Лина Коваль – Моя единственная (страница 6)

Взяв портфель, он склоняется надо мной, чтобы кинуть папку на стол, и стремительно покидает кабинет, унося за собой, пожалуй, самый сложный разговор в моей жизни и не оставляя ничего взамен.

Глава 6. Таисия

– Привет, к тебе можно?

– Привет, Тай.

Макс снимает очки и активно потирает переносицу, а затем вытягивает ладонь перед собой, приглашая войти. Сжимаю в руках ту самую папку, захожу и, как обычно, с интересом изучаю обстановку.

Максим – суперсовременный молодой мужчина. Весь его кабинет заставлен различными гаджетами и модной мебелью. Огромное массажное кресло для отдыха, мультимедийный экран во всю стену с навороченным проектором, длинный стол из черного камня для совещаний и встреч, по периметру окруженный стульями и яркой зеленью в горшках, и, в общем-то, само рабочее место. Но главную загадку для меня представляет телескоп у окна.

Когда понимаю, что Максим, пока я разглядываю обстановку, внимательно наблюдает за мной, краснею и поправляю выбившиеся из небрежной косы волосы.

– Прости, засмотрелась.

– Ничего страшного, – смеется он. – Я тоже.

– Я внесла правки, как просил… заказчик, – скромно сообщаю.

Положив проект на стол, сажусь в удобное крутящееся кресло.

– Правки-то годные? – спрашивает Максим.

– Да, – смущаясь, отвечаю. – В первый раз я не учла некоторые нормативы и переусердствовала с фантазией в отделке стен, плюс еще несколько менее значительных моментов. Все исправила, надеюсь, сейчас строители будут довольны.

Янковский, не открывая, убирает папку в сторону и, вытянувшись в кожаном кресле, скрещивает руки на груди. Когда наши взгляды сталкиваются, кивает.

– Как у тебя вообще дела?

– Нормально, – пожимаю плечами.

– Как Эл?

– Элли растет, – улыбаюсь, думая о дочке. – Учит новые слова. Представляешь, вчера назвала «букой» мой ноутбук, и я вдруг поняла, что, наверное, много работаю дома.

– По возможности, конечно, не стоит, – соглашается он. – Дома надо отдыхать, ты привыкнешь, когда работы станет больше.

– Да, – грустно произношу, думая о том, что если увеличить нагрузку, то я просто не потяну. – Я, наверное, и мать плохая, и работник не очень, раз все время бегу, бегу и ничего на свете не успеваю. Вот и… Соболев мне замечание про опоздание сделал. Он тебе не жаловался?

– Нет.

– Это хорошо.

– Думаю, он так тебя задеть хочет. Типа заигрывает.

Вспыхиваю, пытаясь угомонить беспокойное сердце. На флиртуна Ваня и раньше похож не был. Он всегда прямой, как армейский сапог. Упрямый десантник.

– Да зачем ему со мной заигрывать, Максим? У него девушка для этого есть.

– Бах? – приподнимает брови.

– В смысле?

– Алиса Бах. С которой он заявился в ресторан. Мы с ней раньше в одной студенческой тусовке были. Здесь, в Москве. Эх, молодость-молодость.

Гашу желание расспросить Макса об Алисе поподробнее, но он и сам с удовольствием продолжает:

– У нее отец – шишка в Комитете по архитектуре и градостроительству. Да и сама она не промах. Выучилась в МГУ, правда, о дальнейшей судьбе не знаю. Сорри, – разводит руками.

– Ничего страшного.

– Не думаю, что тебе по поводу ее стоит переживать. Алиса – взбалмошная девица, себе на уме. Раньше такое вытворяли – стыдно вспомнить.

– Я и не переживаю, – поспешно его заверяю. – Мне все равно.

– Это тебе так, для информации. Предупрежден – значит вооружен, – Макс подмигивает и стряхивает невидимые крошки с лацкана пиджака. – Может, пообедать сходим? Тут недалеко веранду на днях открыли, обещали вкусные морепродукты и годное безалкогольное вино.

– Мне домой надо, – вздыхаю, поднимаясь из кресла. – Алиса с няней.

– Тогда в следующий раз?

– Ага, обязательно сходим, Макс. Как-нибудь договорюсь с Адель, чтобы посидела.

– Было бы здорово.

Пока еду домой, прокручиваю в голове новую информацию. Если Ванина Алиса из Москвы, значит, она переехала к нему в город и у них все серьезно? Я, конечно, не думала, что муж будет бережно хранить верность бездушному штампу в паспорте, но представлять их вдвоем дико неприятно.

Уговариваю себя, что не быть второй – мое собственное решение. Да, принятое на эмоциях. Жалею ли я? Честно признаюсь, иногда бывало и такое. До зубовного скрежета хотелось позвонить, все рассказать и довольствоваться тем… что дают.

Пожалуй, это судьба, но останавливали меня самые разные обстоятельства. И сейчас я ни о чем не жалею.

С тех пор как Ваня, попросив развод, покинул кабинет, прошло несколько дней, но информации о конкретном месте и времени не поступало. Соболев совершенно точно в Москве, потому что с Максимом они активно работают над документальным подтверждением сотрудничества, но мы больше не виделись.

Освободив няню, провожу совместный вечер с дочкой. Готовлю ужин, запускаю стирку с детским бельем. Пока Адель налаживает связи с однокурсниками, хозяйничаю одна.

Снова обо всем забываю. Материнские заботы вытесняют другие мысли до тех пор, пока не раздается трель домофона.

Посмотрев на часы, улыбаюсь малышке, ероша пальцами тонкие воздушные волосики.

– Бабушка приехала, Элли.

Тороплюсь, чтобы быстрее открыть.

Алиса перебежками добирается до коридора чуть медленнее и с опаской таращится на дверь, а когда та отворяется, хохочет и радостно хлопает в ладоши.

– Здравствуйте, – приветливо машу рукой и забираю дорожную сумку.

– Как же я по тебе соскучилась, сладкая, – пропевает Яна Альбертовна и подхватывает бегущую к ней внучку на руки.

Глава 7. Таисия

Теплый свет ночника после долгого дня расслабляет. Прислонившись к бортику белоснежной кроватки, задумчиво смотрю на дочку.

– Мне кажется, Алису пора социализировать, – шепотом произносит Яна Альбертовна, глядя на спящую малышку. – Она так быстрее разговорится. Ей нужно видеть деток своего возраста, учиться общаться с ними.

– Ей только год и почти три месяца, – непримиримо качаю головой, отвечая так же тихо. – Да, она очень хорошо развивается, но я пока совсем не готова к детскому саду.

Соболева вскидывает на меня понимающий взгляд и успокаивающе постукивает по руке.

– Тогда, возможно, стоило подождать с работой, Тая? Или у тебя финансовые проблемы? Скажи, я помогу.

– Может, и стоило, – соглашаюсь. – С деньгами все в порядке, Яна Альбертовна, я бережно их трачу. Просто Максим предложил освободившееся в штате место, а я испугалась, что, когда буду искать работу, такого предложения больше не поступит. Еще и учитывая маленького ребенка.

– Да, материнство или самореализация – выбор, конечно, не из легких.

Она снова с умилением смотрит на мою Элли. У меня внутри это же чувство, только с примесью гордости. Я родила самую красивую девочку. Нет ничего такого же волшебного в этом мире, как рождение ребенка.

Алиса, вымотанная вечерними играми и эмоциями от приезда бабушки, спит сладко и безмятежно. Поправляю белую кофточку от хлопковой пижамы и укрываю тонким одеялом.

– Пойдем на кухню, Тая. Хочу поговорить с тобой.

Вздыхаю удрученно, прекрасно понимая тему предстоящей беседы.

Яна Альбертовна о существовании маленькой Алисы Ивановны узнала не так давно. Когда я сбежала от Вани, честно, не могла общаться даже с ней. Слишком горько было понимать, что я к семье Соболевых больше не имею никакого отношения. Все-таки их дом, тепло и уважение ко мне сыграли немалую роль в том, что я согласилась выйти замуж, так и не услышав от любимого главных слов.

Думала, все как-то перемелется, сложится. Моей любви с лихвой хватит на двоих. Любви, может, и хватило бы, а вот сил – нет.

Периодически Ванина мама звонила, чтобы осторожно и не давя на меня узнать, как дела. Я просто не могла ее игнорировать. Не хотела показаться неблагодарной. Она была так добра ко мне, так заботлива. Было бы невежливо вычеркнуть из жизни и ее.