Лина Джонс – Тайна привратников (страница 21)

София решительно оседлала один из маленьких вагончиков, сложив длиннющие ноги так, чтобы ступни аккуратно разместились на специальных подставках.

Она сердито посмотрела на меня, приподняв бровь.

– Ты всегда так тормозишь?

Я поджала губы и шагнула ко второму вагончику. Перекинула ногу через крышу, села и ухватилась покрепче.

– Трогаемся! – воскликнула профессор. Мотор ожил и запыхтел, и мы двинулись вперёд.

Сначала поезд двигался невероятно медленно. Я гадала про себя, зачем эту дорогу вообще здесь установили. Мы бы пешком быстрее дошли! Но потом поезд начал набирать скорость. И разгонялся куда быстрее, чем я могла бы предположить.

Рельсы под нами – каждый немногим толще шоколадного батончика – пугающе тряслись. Стены тоннеля превратились в расплывчатые полосы. Поток встречного воздуха резал мне глаза и трепал волосы. Я изо всех сил вцепилась в вагон, пригнувшись и стараясь наклоняться всем телом то вправо, то влево на поворотах. Мы мчались по лабиринту переплетающихся тоннелей, и, несмотря на все неудобства такой езды, я не могла отрицать, что скорость приводила меня в восторг. А уж как долго бы пришлось преодолевать всё это расстояние пешком!

Наконец, завидев красный огонёк вдали, профессор налегла на тормоза. Заскрежетал металл. Дребезжащие рельсы последний раз содрогнулись – совсем как стиральная машина при отжиме, и мы остановились перед широкими каменными ступенями, ведущими к внушительной двери.

Крякнув, профессор поднялась со своего места и тихо усмехнулась.

– Всегда любила прокатиться с ветерком! Честно говоря, я и центр переливания крови сегодня выбрала лишь потому, что оттуда можно добраться поездом.

Она улыбнулась мне, и я улыбнулась в ответ. Очевидно, быть членом Гильдии страшно увлекательно! София, судя по выражению её лица, моего энтузиазма не разделяла.

Мы поднялись к двери – большой и чёрной, с серебряным дверным кольцом по центру. Такие величественные двери я видела на Даунинг-стрит или в Букингемском дворце – это официальная, парадная дверь. Не удивлюсь, окажись за ней вооружённые охранники.

На этот раз профессор не стала доставать ключ, а отрывисто постучала в дверь, отступила на шаг и замерла в ожидании. Хотя глазка на двери не было, за нами наверняка следили при помощи какой-нибудь камеры, потому что через несколько секунд послышался лязг отодвигаемых засовов, и чёрный портал открылся. В тоннель вырвался сноп яркого света, на миг ослепивший меня.

Бросив взгляд назад, я увидела, что профессор и София вскинули руки к глазам, заслоняясь от этого сияния.

Из-за двери раздался голос:

– Добрый вечер, профессор.

В проёме показалась фигура охранника. Я была права: на поясе у него висели служебный пистолет и полицейская дубинка. А сзади, кажется, чуть высовывались электрошокер и баллончик слезоточивого газа.

Бо́льшая часть исследованной мной подземной сети никак не охранялась. Наверное, непрактично патрулировать каждый тоннель, лифт, проход и подъём на поверхность. Привратники уповали на крепкие двери, надёжные замки и специальные ключи, такие, как мой ключ, – судя по всему, не простой, а с секретом, потому что отпирал он огромное количество разных дверей. Лиам считал, что это благодаря запрятанному в ключ особому микрочипу, который можно найти, если просветить его рентгеновскими лучами. Но я так боялась случайно повредить мамин ключ, что мы никогда не пробовали воплотить идею Лиама в жизнь. Как бы то ни было, а эта дверь, похоже, была слишком важна, чтобы оставаться без охраны.

Мы шагнули вперёд. Наши ноги утонули в мягком дорогом ковре с цветочным узором. Перед нами протянулся коридор, с потолка свисали красивые светильники, а по обеим стенам тянулся ряд дверей.

Не верилось, что я наконец здесь, в штаб-квартире Гильдии Привратников. Тут бывала и моя мама. Я представила, как она шагает по отделанному деревянными панелями коридору. Такая, какой я её запомнила, – решительная и целеустремлённая. И смеющаяся – она всегда много смеялась. Что бы ни таилось тут, в архивах, эта информация должна помочь мне хоть немного продвинуться в понимании, как и почему она умерла. Над чем она работала, что навлекло на неё беду?

Дверь за нами резко захлопнулась. Я тут же вышла из задумчивости. У впустившего нас охранника имелся напарник по другую сторону дверного проёма. Он ничего не сказал, но Дороти с Софией протянули ему свои идентификационные карточки. Профессор объяснила, что я здесь в качестве её гостя. Второй охранник, тот, что не промолвил ни слова, провёл нас по коридору мимо доброй дюжины дверей без каких бы то ни было опознавательных знаков. Наконец мы свернули направо и очутились в очередном величественном тоннеле.

Всё в том же молчании мы шагали по лабиринту одинаковых коридоров. Через некоторое время я начала гадать, как тут вообще можно не заблудиться?! Всю дорогу я мысленно рисовала карту в голове, чтобы потом ею можно было воспользоваться.

Налево, налево, направо, налево, направо, направо, налево, прямо, снова налево… Я заметила, что профессор на ходу украдкой посматривает на меня с улыбкой, оценивая мою реакцию.

Наконец мы достигли нашего назначения – двери, не похожей на мириады всех тех, что мы миновали по пути. Начать с того, что она была заметно больше других и запиралась на очень сложную систему замков. Справа располагалась панель управления с множеством переключателей. У двери стояли двое охранников, вооружённых ещё внушительнее, чем те, которых мы встретили раньше, а ещё один сидел за пультом – надо полагать, для управления замками.

Если не считать охранников, то до сих пор во всём лабиринте нам не встретилось ни души, но перед этой дверью скопилась небольшая очередь на вход. Нам пришлось оставить сумки в камерах хранения, а потом пройти через сканеры, чтобы доказать, что у нас нет с собой ни телефонов, ни фотоаппаратов. Охранники проверили удостоверения личности у всех в очереди – и с особым вниманием отнеслись к рассказу профессора обо мне. Потом, судя по всему, охраннику у панели управления дали сигнал, дверь механически зажужжала и отворилась. Мы вошли внутрь, в потрясающее архивное помещение.

Впервые я видела архивы краем глаза в тот раз, когда разведывала подземелья. Мы с Лиамом тогда колесили на велосипедах в хитросплетении тоннелей под столицей, стараясь найти источник красной слизи, льющейся из всех лондонских кранов. Обнаружив эти огромные комнаты, ломящиеся от документов, мы так и замерли, наблюдая, как множество мужчин и женщин в атмосфере строжайшей секретности заняты своей ежедневной работой.

И хотя я уже знала о существовании этой комнаты, я всё равно не могла скрыть своего изумления. Эти люди как ни в чём не бывало работают в секретных подземельях Лондона! Что они рассказывают про свою работу семьям? На дворе уже почти полночь, а они ведут себя так, как будто средь бела дня пришли в обычную библиотеку.

Они рылись в каталогах, просматривали стеллажи, заставленные аккуратно подписанными коричневыми папками. Что-то доставали с полок, что-то ставили на место, разносили папки и отдельные документы к маленьким кабинетикам, отгороженным друг от друга низкими, не доходящими до потолка стенками. В каждом кабинетике стоял письменный стол, лампа с зелёным абажуром и деревянный стул. Похоже, изучать содержимое папок полагалось именно так: в этой комнате, на виду у всех остальных.

Быстрый взгляд на потолок подтвердил мои подозрения: архив находился под видеонаблюдением. Мы с профессором и Софией вошли сюда в обществе нескольких людей, которые ждали под дверью вместе с нами. Они все деловито устремились к стеллажам – явно знали, что именно ищут и как тут всё устроено.

Профессор подвела нас к стойке с компьютерами, за которыми сидели консультанты. В комнате, где было столько печатных материалов, компьютеры выглядели до неуместного современными. Интересно, почему Гильдия не ведёт электронные архивы? Может быть, считает, что компьютерную систему взломать не в пример проще, чем просочиться в спрятанное глубоко под землёй помещение, где дежурят вооружённые охранники?

– Здравствуйте, – обратилась профессор к одной из консультанток, – мне бы хотелось найти одну папку…

Консультантка, девушка, не сильно старше Софии, в блестящих болтающихся серёжках и огромных очках, ослепительно улыбнулась.

– Я к вашим услугам! Что именно вы ищете?

– Доступ к материалам на одного из наших бывших агентов.

Девушка принялась что-то набирать на компьютере.

– Что за агент?

– Клара Фрикс.

Девушка пристально посмотрела на нас. Улыбка тут же пропала с её лица. Она перевела взгляд на профессора, потом на меня, и в её глазах отразилось понимание.

– А-а, ну да… – пролепетала она, набирая запрос.

У меня перехватило дыхание, я не могла произнести ни слова. Консультантка нервно сглотнула, глядя на экран, написала на листке координаты и протянула профессору.

– Вот в том ряду, примерно через пятнадцать стеллажей. – Она показала налево, в дальний угол комнаты.

– Премного благодарна, – отрывисто промолвила профессор.

Мы двинулись через огромный зал. Звуки шагов тонули в мягких толстых коврах.

Я шла за профессором, София – за мной. Я чувствовала себя совсем как узник между двумя охранниками. Меня трясло от мысли, что я вот-вот получу доступ к делам, над которыми мама работала перед смертью. Найдутся ли там сведения о её гибели? Я до сих пор не была уверена, знает ли профессор, что именно произошло, но спросить её об этом напрямую не отважилась. В ушах гулко стучала кровь. Секунд через тридцать я осознала, что уже не слышу деловитого звука компьютерных клавиш за спиной.