Лина Деева – Звёздочка для Демона (страница 34)
— Спокойно, девочки! — донеслось до меня. Я хотела поблагодарить, но шквал больно ударил меня в лицо, затыкая рот.
— К холмам! — Флегетон ещё пытался найти укрытие.
— Поздно! — крикнул герцог. — Держитесь!
И на нас обрушилась буря.
Ни верха, ни низа, ни направления — только кусачий рой льдинок. Только толкающий со всех сторон ветер, только жуткий холод, от которого очень быстро перестаёшь чувствовать пальцы на руках и ногах. И дикий, животный страх — где все? Неужели я потерялась, осталась одна в этой белёсой круговерти? Куда скакать? Или надо, наоборот, остановиться?
— Где вы?!
Издевательский хохот бури.
«Га-а-арм!!!»
И в ответ спасительное, похожее на раскат грома:
— Держите лошадей!
От земли вверх бесшумно вспыхнула золотая обратная молния. Осветила янтарём серую мглу, растопила жаром злой лёд. И улеглась вокруг нас, сбившихся в кучу, как испуганные дети. Окружила стеной из огненной чешуи, крышей раскинула полупрозрачные перепончатые крылья.
— Великие Прежние! — ахнул позабывший о высокородном достоинстве герцог, и в наших головах прозвучало недовольное: «Я бы попросил!»
— Прости. — Герцог спрыгнул с коня, оставив животное на попечении уже спешившегося Эктиарна, и шагнул к защищавшему нас огромному змеиному телу. Стянув перчатку, протянул руку к переливающейся жёлто-оранжевыми всполохами чешуе — и тут же отдёрнул, будто обжёгшись.
«Осторожнее».
К нам опустилась увенчанная острыми рогами драконья голова — в точности, как на картинках в моих детских книжках — и окинула нас вполне узнаваемым насмешливым взглядом антрацитовых глаз без зрачка и радужки. Кони перепугано захрапели, зато позабытый мною смирр с восторженным «Ми-и-у!» вырвался из-под плаща и принялся умильно ластиться к дракону, рядом с которым выглядел совсем крошечным. И хотя, как мне показалось, последний был этому совершенно не рад, зверька он прогонять не стал.
Где-то поблизости громыхнул новый раскат, заставив нас невольно втянуть головы в плечи.
«Не волнуйтесь, — хладнокровно успокоил Гарм. — Меня молнии обойдут стороной».
— Я и не представлял, что ты способен на такое, — Флегетон смотрел на дракона почти не мигая, однако приблизиться и коснуться, как герцог, даже не пытался.
Гарм немного смущённо скосил глаза и признался: «Я сам не представлял. Чего только не сделаешь, когда жить захочешь».
— Думаю, дело не в этом, — негромко заметил Эктиарн, которому наконец удалось успокоить лошадей. А Гарм вдруг спросил: «Госпожа Астрейя, вы в порядке?»
— Д-да, — только сейчас я поняла, что всё это время наблюдала за происходившим будто со стороны.
— Это от сильного потрясения, — герцог немедленно оказался рядом с Жемчужиной. — Давайте помогу вам спуститься.
— Спасибо, не надо. — Я перекинула ногу через спину единорога, но неудачно зацепилась каблуком за стремя и почти свалилась герцогу на руки. Пробормотала:
— Благодарю, — однако тот пропустил фразу мимо ушей. С тревогой заглянул мне в лицо: — Вам надо отдохнуть, — и одновременно с этим воздушная волна мягко толкнула смирра в мою сторону. Зверёк всё понял верно: без промедления подлетел ко мне и прижался к груди.
«Маленький предатель, — пробурчал Гарм. — Без пинка о хозяйке не позаботится. — А затем, не давая мне возможности вступиться, обратился ко всем: — Буря закончится нескоро, отдыхайте. Я скажу, когда можно будет ехать».
На земле, рядом с горячим, как печка, драконьим боком для меня соорудили подобие кушетки из сложенного с несколько раз полотнища и спальных мешков, обложенных седельными сумками. Я расположилась на нём в обнимку со смирром, а после того как сгрызла порцию выданного Флегетоном сухпайка, расслабилась окончательно. И под беснования снежной бури снаружи и негромкие разговоры спутников о будущем маршруте незаметно для себя задремала.
«Подъём».
Меня будто слегка тряхнули за плечо. Так не хочется, горестно вздохнула я. Там холод и много лиг в седле, а здесь так тепло и безопасно.
«Я понимаю, пташка. Но если мы не хотим ещё больших проблем, надо сегодня добраться до Тиада. Давай, ты можешь».
Да, конечно.
Я заставила себя разлепить веки и кое-как встала на ноги.
— Вы точно в порядке? — обеспокоенно уточнил герцог.
— Да, — выпустив смирра, я с силой потёрла щёки. — Всё хорошо, я готова ехать.
— У вас очень сильная невеста, — заметил Эктиарн, нагружая поклажей своего найтмара.
— Я уже понял, — серьёзно кивнул герцог. — И даже немного жалею, что здесь у меня нет шансов.
Ответное «Пф-ф!» Гарма было очень громким и очень говорящим. А я, хоть и слегка зарумянившись, с укоризной спросила у герцога:
— Зачем вы так?
Тот незло усмехнулся и, понизив голос, объяснил:
— Это месть. За годы регулярных нарушений субординации.
«Чрезвычайно коварно», — едко отозвался Гарм. Окружавшее нас кольцом драконье тело вдруг исчезло, и выяснилось, что с тёмного неба по-прежнему сыпет ледяная крупа, а ветер, пусть не ураганный, противно задувает под одежду.
— Давайте-ка шевелиться. — Совершенно обычный Гарм уже помогал Флегетону застёгивать ремни последней седельной сумки. — И так приедем в Тиад не раньше полуночи.
С этим спорить никто не стал, так что вскоре наш отряд вновь зарысил по засыпанной снежным крошевом пустоши.
Глава 46
У Тиада мы и впрямь оказались глубокой ночью. Остановились невдалеке от ворот, и герцог молча отдал Гарму небольшой футляр. Метаморф в одиночку подъехал к зловонному рву, окружавшему город, и остановился напротив поднятого моста. Что-то вынул из футляра, подбросил вверх, и я догадалась — вестница! Конечно, как же ещё дать о себе знать страже за крепостной стеной в три роста взрослого мужчины?
«Надеюсь, нас скоро впустят».
Потому что даже присутствие смирра больше не помогало от свинцовой усталости во всём теле. А ещё мне было холодно, поскольку великодушно отданный Гармом плащ («— А как же вы? — Я? Пташ… Кхм, госпожа Астрейя, вы же видели мою истинную форму. По-вашему, я могу замёрзнуть?») перед городом пришлось вернуть владельцу.
«Великие Прежние, ну скорее!»
И словно проникнувшись моим нетерпением, мост вздрогнул и со скрежетом начал опускаться. После того как его край глухо ударился о землю, герцог обратился ко мне:
— Пусть ваш питомец побудет зеркалом, — и направил своего найтмара к городу.
Флегетон поскакал за ним, а я опустила взгляд на сидевшего передо мной смирра. И как донести до него это распоряжение? Просто сказать, как с просьбой о лечении Следопыта? Фамильяр посмотрел на меня в ответ, и его вдруг окутало золотистое сияние. А когда оно погасло, я едва успела подхватить возникшее на месте зверька зеркало.
— Понятливый, — заметил Эктиарн.
— Да. — Я спрятала зеркало под куртку.
— И хорошо, что он всегда рядом, — продолжил демон. — Мне теперь будет гораздо спокойнее за тебя.
Эта безыскусная фраза согрела лучше кружки горячего пунша, и я благодарно улыбнулась:
— Спасибо.
Эктиарн вернул улыбку и сказал:
— Давай поторапливаться, пока нас не хватились.
Замечание было справедливым, и мы пустились догонять спутников.
Когда копыта лошадей гулко застучали по толстым доскам моста, защищавшая ворота решётка со скрипом поползла вверх. А затем открылись и сами ворота, а стоявшая по обеим сторонам стража вытянулась во фрунт перед знатным гостем. Я чувствовала на себе любопытствующие взгляды, но, естественно, никто из солдат не осмелился даже звуком выказать удивление по поводу «ангелки».
Мы миновали длинную, похожую на туннель арку, освещённую полудюжиной факелов, и остановились на небольшой площади.
— Ваша светлость, господин маршал, — пожилой стражник с нашитым на плаще гербом — три чёрных зубца крепостной стены на красном фоне — опустился перед конным герцогом на одно колено. — Добро пожаловать в Тиад. Господин магнус уже оповещён, и с нетерпением ожидает вас и ваших спутников.
— Благодарю за расторопность, — с достоинством отозвался герцог. — И хочу заметить, что для начальника ночной стражи ты весьма учтиво изъясняешься. Твоё имя и прошлое звание?
— Калеб, ваша светлость, — солдат поднялся на ноги и посмотрел герцогу в лицо. — До перевода в Тиад я был капитаном Чёрного отряда столицы.
— Вот как, — негромко, будто сам себе, заметил герцог и коротко взглянул на Гарма. Тот понятливо наклонил голову:
— Я разберусь, — после чего, спешившись, протянул начальнику стражи говоряще звякнувший кожаный мешочек. — Чтобы было чем отметить окончание дежурства.