Лина Деева – Попаданка в Академии элементалей 2 (страница 26)

— Туда же многие пойдут, да?

— Естественно! — для Лейны это было само собой разумеющимся. — Так ты с нами?

Я замялась: с одной стороны, хотелось праздника, с другой, праздника в компании Редвира, а не малознакомых людей и нелюдей. С третьей, если в Академии никого не будет, может, мы лучше проведём вечер здесь? И только я открыла рот, собираясь промямлить: «Не знаю, надо подумать», как вспомнила некое объективное обстоятельство, делавшее все сомнения бессмысленными.

— Прости, я не смогу. Полиция запретила мне выходить за пределы Академии, пока они не закроют дело по пособникам Тьмы.

— Выдумываешь? — с испытывающим прищуром поинтересовалась Лейна.

Я пожала плечами:

— Зачем мне? Если бы просто не хотела идти, сказала бы прямо.

У соседки вырвался смешок.

— Ну да, ты такая. Слушай, но тогда я сочувствую, серьёзно. Это сколько же тебе та история аукаться будет?

— Пока магия не вернётся, — грустно усмехнулась я.

Пока снова не услышу в голове голос элементаля. Кто бы мог подумать, что стану скучать по своей «магической шизофрении»?

— Я принесу тебе что-нибудь вкусненькое, — щедро пообещала Лейна. — И обязательно ярмарочный фонарик. Твой фамильяр оценит.

Лежавший у меня на коленях Черныш приподнял мордочку, верно уловив, что разговор о нём.

— Спасибо, — мне стало немного неловко. — Но это необязательно, правда.

Лейна отмела мои возражения решительным взмахом руки и вернулась к макияжу.

— Брось, Арс, — первое слово получилось у неё с протяжным «о», потому что в этот момент она красила ресницы, — праздник нужен всем.

И с этим трудно было не согласиться.

С самого утра следующего дня я пыталась отыскать Редвира, чтобы обсудить планы (или их невозможность) на редкий вечер, когда в Академии будет почти так же пусто, как на каникулах. А в последнем сомнений не возникало: группки адептов ручейками утекали из высоких ворот на свободу. В обед в столовую пришла едва ли половина от обычного количества едоков, к ужину же народа ожидалось ещё меньше.

В общем, надо было пользоваться моментом, но одно обстоятельство перечёркивало все благие намерения.

Редвир как сквозь землю провалился.

Я не нашла его ни в учебном кабинете, ни в библиотеке, ни в главном корпусе. Он не появлялся в столовой, а когда я, отчаявшись, рискнула зайти в преподавательское общежитие и обратиться с вопросом к тамошнему консьержу, то получила ответ: «Господин Редвир ушли утром и не возвращались».

— Ну где же он может быть? — риторически спрашивала я Черныша, в компании которого вела поиски, и лий-си отвечал недоумённым чириканьем.

Наконец, отчаявшись и жутко расстроившись, я вернулась в свою общежитскую комнату. Лейна давно ушла, за окнами сгущались зимние сумерки. И именно благодаря царившему полумраку я сразу заметила мерцание стоявшего на столе лепсаноприёмника.

— Послание? Но от кого?

В самом деле, единственным моим корреспондентом до сих пор был Рейден Арс, а ему сейчас было не с руки писать старшей дочери.

— Может, новости от полиции?

Или от Редвира?

Волнуясь и по-глупому надеясь на чудо, я открыла шкатулку и достала бумажную полосочку.

«Арс, жду в кабинете магии разрушений».

Без подписи, но почерк вроде бы знакомый. Хотя кто может звать меня в такое место?

— Только он! — со счастливой улыбкой заключила я и, не медля ни секунды, устремилась обратно в прихожую — одеваться.

Глава 35

Я решила не брать с собой Черныша: всё-таки свидание (тут сердце сладко затрепетало) — это для двоих. Однако лий-си, доселе хоть и без энтузиазма, но послушно остававшийся в комнате на время занятий, как взбесился. Он категорически не желал расставаться со мной: путался под ногами, мешал открыть дверь, тянул зубами за край плаща, предупреждающе шипел.

— Да что с тобой такое, малыш? — безуспешно спрашивала я. — Это же Редвир, я иду к Редвиру.

Но фамильяр отказывался меня понимать, и в итоге пришлось пойти на хитрость. Сделав вид, что смирилась и остаюсь, я сняла плащ и отправилась в ванную якобы мыть руки. Не до конца доверявший мне Черныш увязался следом, и вот тут-то я, улучив момент, выскочила из ванной и быстро закрыла дверь.

Обманутый фамильяр издал гневное курлыканье и громко заскрёбся, требуя выпустить его.

— Прости, Черныш, — я и впрямь чувствовала себя неуютно, — но будет лучше, если я схожу одна. Скоро вернусь, обещаю.

Отошла от ванной, и понявший это лий-си взвыл и всем телом ударился в дверь.

— Малыш, пожалуйста! — совесть грызла меня, как сладкоежка — леденец. — Подожди совсем чуть-чуть!

Ответом мне был новый глухой удар, курлыканье и скрежет когтей по дереву. Не в силах больше это слушать, я подхватила плащ и, скороговоркой проговорив: «Всё, я ушла», — позорно сбежала из комнаты.

На улице уже стемнело, и по всей территории Академии зажглись магические фонари. Щёки пощипывал лёгкий морозец, тёмное небо было засыпано звёздной крошкой. Решив срезать путь к корпусу факультета земли, я сошла с расчищенной аллеи, и под ногами тоненько заскрипел снег. Облачка пара таяли перед лицом, тёмная громада здания приближалась.

«Надеюсь, там не заперто, — запоздало подумала я и тут же ругнулась на свою глупость: — Да нет же, было бы заперто, Редвир не позвал бы меня».

Мысли перескочили на запертого Черныша, и я ускорила шаг. Вновь вышла на уложенную плиткой дорожку, каблучки моих ботинок зацокали по промёрзшему камню. Вот и крыльцо в четыре ступени, и массивная деревянная дверь. Я потянула за бронзовый кругляш ручки, и она, вопреки моим глупым страхам, отворилась. В лицо дохнуло теплом, и я змейкой проскользнула в большой холл.

Здесь было тихо и пусто. Горели лишь несколько светильников, да на полу таинственно мерцали мозаичные узоры. Я не рискнула пересекать холл напрямик и вдоль стеночки прошмыгнула в уходившей наверх мраморной лестнице. На цыпочках взбежала по ступеням на третий этаж и, опасливо озираясь, подошла к кабинету магии разрушений. За весь марш-бросок мне не встретилось ни души, однако чувство настороженности не исчезало. И даже радостное предвкушение скорой встречи не могло до конца заглушить червячка тревоги, запущенного в душу странным поведением фамильяра.

Но всё-таки, помявшись перед кабинетом, я стукнула в дверь и аккуратно её приоткрыла.

Никого, и так тихо, что слух автоматически напрягался, стремясь уловить хотя бы звук. Однако над преподавательским столом горел светильник, а значит, меня ждали. Я толкнула дверь и, борясь с накатившей робостью, переступила порог.

— Здравствуйте!

Не голос, а какой-то позорный писк. Я прочистила горло, сделала ещё шаг и вдруг услышала шорох за спиной. Вздрогнув, я начала оборачиваться, и в эту секунду на затылок мне обрушился сильный удар.

Дальше была темнота.

Приходить в себя было на редкость мерзко. Голова раскалывалась, как после пьянки, перед глазами двоилось. Я зашевелилась (тело слушалось плохо), с трудом встала на карачки и едва удержала стремившееся наружу содержимое желудка.

«Что со мной? Где я?»

Гладкий каменный пол под ладонями и коленями, голубоватое свечение вокруг. Всё было очень знакомо, но сообразить никак не получалось. Я зачем-то попробовала проползти вперёд, но почти сразу уткнулась лбом в холодную, будто стеклянную поверхность. Держась за неё, медленно встала сначала на колени, а затем на ноги, и, наконец, поняла: колонна. Тренировочная колонна в учебной лаборатории. Но как я оказалась внутри? И где мой зимний плащ, я ведь, кажется, не снимала его?

— Очнулась. Прекрасно.Стены колонны приглушали чужой голос, однако я не сомневалась, что слышала его раньше. Почти прижалась носом к стеклу, но, прежде чем смогла разглядеть происходившее по ту сторону, оказалась в вихре разрушительных магических заклятий.

Глава 36

Когда Алан Редвир заметил мерцание лепсаноприёмника, первой его реакцией было удивление: кто мог писать ему утром выходного дня? Затем в душе всколыхнулась тревога: необычное редко несло с собой хорошие вести. Редвир поспешил открыть резную шкатулку и обнаружил в ней сложенное втрое письмо с тёмно-коричневой печатью. Прежде чем сломать сургуч, Редвир взглянул на оттиск: птица, похожая на букву V. Что-то смутно знакомое.

— Странно, — пробормотал он и наконец открыл послание.

Оно было коротким: «Прошу господина Алана Редвира незамедлительно прибыть для разговора на Гранд-лейн, 8, что в славном городе Ферсоне. Элзре де Виткерс, королевской милостью барон Дормуртра».

Виткерс? Сказать, что Редвир был изумлён, означало бы сильно преуменьшить. Что могло понадобиться от него склочному барону из попечительского совета?

«Он, случайно, не перепутал меня с господином ректором?»

Однако игнорировать приглашение было невежливо. Редвир пожал плечами, спрятал послание за борт сюртука и вышел в прихожую — одеваться.

Неприятные вещи лучше делать сразу.

Магополитен без проволочек доставил его в столицу Оренверна. Там Редвир нанял первый попавшийся экипаж и достаточно быстро доехал до указанного в письме адреса. Сошёл перед высоким, щедро украшенным лепниной зданием из розового мрамора, отпустил извозчика и уверенно поднялся на двухмаршевое крыльцо. Потянул за толстый витой шнур у внушительной двери, на которой висел вычурный герб с уже знакомой птицей. С той стороны донёсся приглушённый звук колокола, дверь незамедлительно отворилась, и с этого момента начались новые странности.