Лина Деева – Попаданка в Академии элементалей 2 (страница 25)

— Вы в порядке, Арс? — немедленно уточнил Нортон, поднимаясь из-за стола. — На некромантии вы были не такой бледной.

— Всё хорошо, господин ректор, — я изобразила улыбку. — Просто сильно волнуюсь.

Отчего-то мой ответ заставил Нортона хмыкнуть.

— Садитесь, — указал он на стул для посетителей. — Сейчас должен подойти ваш куратор, и приступим.

Куратор? Редвир? Или он о кураторе факультета?

Я напряжённо опустилась на край стула и замерла с идеально прямой спиной и сложенными на коленях ладонями.

— Скажите, Арс, — между тем поинтересовался ректор, — вы были сегодня у госпожи Торн?

— Н-нет, — с запинкой ответила я. — Она не говорила явиться к ней.

— Понятно, — отозвался Нортон и распорядился: — Заходите на магдиагностику ежедневно после завтрака. Мне нужно знать, как проходит ваше выздоровление.

— Для попечительского комитета? — осмелилась спросить я.

— Нет, — спокойно ответил ректор. — Для себя.

Я замялась в сомнении: уточнить, что он имел в виду, или не дразнить тигра… то есть дракона? И пока решалась, в кабинет вежливо постучали.

«Редвир!» — подпрыгнуло сердце, и я резко повернулась к двери, едва не упав со стула.

— Доброго вечера, — произнёс вошедший Редвир. Встретился со мной взглядом и слегка нахмурился: — Арс, вы хорошо себя чувствуете?

— Да! — я поняла, что это прозвучало слишком громко, и поспешила добавить уже обычным тоном: — Это от волнения.

Редвир с сомнением кивнул и выжидательно посмотрел на ректора.

— Я обдумал ваше предложение и аргументы, — без лишних предисловий начал Нортон, — и вынужден согласиться: Арс необходима магическая защита. Поэтому, если ни у кого из вас нет возражений, предлагаю провести церемонию здесь и сейчас.

Церемонию? Защита?

Я растерянно захлопала ресницами, и Редвир мягко заметил:

— Господин ректор, Арс не в курсе моей идеи.

После чего объяснил:

— В моём роду испокон веков передаётся умение создавать защитные амулеты, способные отражать направленную на их владельца недобрую магию любой природы. Единственный нюанс: они работают только для членов рода или тех, кто связан с нами брачными обязательствами.

— Обручальной меткой! — вырвалось у меня.

— Именно, — подтвердил Редвир. — И если вы не передумали…

— Не передумала! — ляпнула я, помешав ему договорить. Поймала насмешливый и неожиданно понимающий взгляд Нортона и вспыхнула до корней волос.

Прокололась.

— В таком случае, — ровный тон ректора не изменился ни на йоту, — повторяю предложение провести церемонию прямо сейчас.

По-прежнему красная как рак я молча кивнула и поднялась со стула. Нерешительно шагнула к Редвиру и, потупившись, вложила пальцы в протянутую ладонь.

— Улия Арс…

О, эти бархатные обертоны, от которых всё внутри переворачивалось и сладко сжималось!

— … согласны ли вы принять моё предложение и соединить наши жизни от ныне и до посмертной Черты?

Я заставила себя поднять глаза.

Да, сейчас всё было не так, как в ночь Смены времён года: кабинет вместо волшебного заснеженного парка, чужое имя вместо моего настоящего, безмолвный свидетель в лице ректора. Но чувства. Наши чувства были всё теми же. Или даже крепче, закалённые пережитой смертельной опасностью.

— Согласна.

Пальцы сплелись неразмыкаемым замком.

— Тогда призываю в свидетели элементалей всех стихий — запечатлите наше обещание друг другу.

И в точности, как полмесяца назад, запястья окутало четырёхцветное облачко. Пощекотало кожу и растаяло, оставив после себя изящную печать — сплетённые лозу и молнию, отдалённо напоминавшие буквы Р и А.

— Поздравляю, — абсолютно серьёзно произнёс ректор, и мы, машинально разжав руки, повернулись к нему. — Действительно, поздравляю, хотя это до такой степени против устава Академии…

Не закончив, он сделал обречённый жест и напомнил:

— Амулет, господин Редвир.

— Да, конечно, — как будто встряхнулся тот. — Улия, у вас есть какая-то вещь, которую вы постоянно с собой носите? Желательно на теле.

Я с огорчением покачала головой:

— Нет, — потому что и впрямь не носила никаких украшений.

— Тогда возьмите это, — ректор достал из ящика стола ленту-закладку, и прямо у меня на глазах она превратилась в металлическую полоску браслета. — Подойдёт, господин Редвир?

— Полностью.

Редвир взял браслет, и не несколько секунд блестящий металл затуманило заклятие. По гладкой поверхности побежал хитрый узор: то ли растения, то ли просто причудливые кривые.

— Вашу руку, Улия. Ту, на которой метка.

Я протянула левую руку, и тёплый, будто живой, браслет плотно обхватил запястье.

— Не снимайте его, пока ваша магия не вернётся, — сказал Редвир. — И теперь можете смело общаться с кем угодно, вы под надёжной защитой.

— Спасибо! — благодарно улыбнулась я и, спохватившись, повернулась к Нортону: — И вам большое спасибо, господин ректор!

У того вырвался тихий вздох, и впервые на моей памяти его каменные черты смягчились.

— Не за что, Арс. Однако я очень прошу вас не афишировать ни вашу помолвку, ни свойства этого украшения. Это исключительный случай, и я очень надеюсь, что он таковым и останется.

— Разумеется, — заверила я. — Можете не беспокоиться.

Достаточно и того, что теперь нас вновь связывает тайная ниточка помолвки. А ещё — что я снова могу уверенно ходить по территории Академии.

«Всё налаживается. Магия скоро восстановится, главное прожить эту неделю до конца и следующую. И всё будет хорошо».

Глава 34

Под этим девизом — «Всё наладится» — и прошли следующие два дня. Выполняя просьбу Нортона, я каждое утро заходила в лечебницу, где госпожа Торн, поводив вокруг меня диагностическим камнем, удовлетворённо кивала, но не забывала выписать мне очередную порцию зелий. После наступало время идти на занятия, и впервые за два месяц учёбы в Академии я проводила его почти с удовольствием. Надо мной (временно) не висел дамоклов меч экзаменов, новые однокурсники пока ко мне больше присматривались, но в целом относились дружелюбно, а преподаватели чётко придерживались выданных лекарем рекомендаций. Амелия после разговора с куратором перестала обращать на меня внимания, и лишь иногда я ловила на себе её взгляд. Браслет при этом немного холодел, отчего я догадывалась: суккуба пробовала мою защиту «на зуб».

Несколько раз я сталкивалась с Лиром — в библиотеке и в столовой. Однако недруг как будто потерял ко мне интерес и редко, когда удостаивал хотя бы равнодушным взглядом.

Словом, моя студенческая жизнь почти вернулась на круги своя: занятия, корпение над книгами, отработки в фамильяриуме. С Чернышом я теперь расставалась только на время пар, и лишь с Редвиром нам удавалось видеться постольку-поскольку. Ведь несмотря на то, что он оставался моим куратором, необходимость ежедневных магических тренировок пока отпала. Но я всё равно чувствовала его незримое присутствие рядом — через обручальную метку и защитный амулет. И неважно, было ли это взаправду или плодом моего воображения.

— Арс, идёшь завтра на ярмарку?

Я отвлеклась от подготовки очередного доклада и подняла взгляд на соседку по комнате. Лейна собиралась на традиционную «пятничную вечеринку», как я называла её про себя.

— Не собиралась. Там будет что-то интересное?

— Ну конечно! — соседка оторвалась от зеркала, перед которым рисовала на веках идеальные стрелки. — Это же последняя ярмарка зимнего сезона! Следующая будет только весной, на равноденствие. Поэтому давай завязывай с учёбой, в выходные надо отдыхать! И завтра после обеда идём с нами — хоть познакомишься с кем-то, пообщаешься. А то ты как орчиха какая-то: сидишь в своей пещере и нос никуда не высовываешь.

«Ярмарка… — Высказывание про орчиху я благополучно пропустила мимо ушей. — Может, предложить Редвиру? Мы ведь уже ходили вдвоём на ярмарку — тогда, когда спасли Черныша. Но с другой стороны, если там будет половина Академии…»

И чтобы подтвердить последнее соображение, я уточнила: