Лина Деева – Отверженная. Новая жизнь бабушки Арины (страница 7)

Так вот, как убили Тилни!

Я аккуратно сдвинула лист и увидела мастерски сделанную зарисовку трёхгранного кинжала — по-моему, такие назывались мизерикордами. Неужели лорда закололи им? То есть убийца оставил орудие на месте преступления? Я ещё сдвинула верхнюю бумагу и прочла под рисунком: «Мизерикорд из личной коллекции лорда Тилни. Был взят со стены в коридоре».

Так-так. Интересно, что насчёт отпечатков пальцев? И где же у нас произошло убийство? Неужели в кабинете? И в какое время? Успел ли Тилни съездить в клуб? Айрис ведь поначалу отказывались пускать к лорду, мотивируя именно этим.

К сожалению, найти хотя бы один ответ на свои вопросы я не успела. За дверью послышался шорох, ручка начала поворачиваться, и я испуганной ящеркой юркнула под стол. Вжалась в угол между задней стенкой и тумбой стола, словно могла уменьшиться до размеров Дюймовочки, а в голове набатом стучало: «Господи, что я делаю? А вдруг это Мэлоун? Как буду оправдываться?»

Но мне повезло: в кабинет вошёл отнюдь не его хозяин.

Шелест платья, шарканье войлочных подошв. Кадди? Неужели собралась убирать? Тогда она точно обойдёт стол, увидит меня и…

Подошвы прошуршали совсем рядом, и я перестала дышать. А экономка остановилась возле стола (к счастью, сбоку от него) и, судя по шороху бумаги, принялась перебирать документы.

«Эй, а что это она в хозяйских вещах роется?»

Я сидела тихо и неподвижно, потея и дыша через раз, однако не могла не удивляться поведению Кадди. И, конечно же, не преисполниться подозрений.

Неужели экономка — засланный казачок преступного мира? Никогда бы о ней не подумала!

— Вот он. Отлично.

От негромкого бормотания, сопровождавшегося звуком сминаемой бумаги, у меня чуть сердце не остановилось, так неожиданно оно прозвучало. А Кадди, очевидно, обнаружив что хотела, отошла от стола. Мне сразу стало легче дышать, а когда в двери тихо щёлкнул язычок замка, всю меня затопило облегчение: «Пронесло!»

Тем не менее я заставила себя помедлить: вдруг экономке вздумается вернуться? И только сосчитав до десяти, опасливо выбралась из своего ненадёжного убежища. Окинула столешницу взглядом: надо же, как будто бумаги никто и не трогал. Профессионально экономка сработала. Заглянула под стол: точно ничего не потеряла? И на носочках перебежала к двери. Прислушалась к звукам за стенкой: тишина. Аккуратно-аккуратно приоткрыла дверь и буквально просочилась через щель в коридор.

Взгляд направо, взгляд налево — пусто. Ещё одна перебежка до лестничной площадки и…

И я нос к носу столкнулась со спускавшейся по лестнице Кадди.

— Вот вы где, мисс. — Экономка смотрела на меня с видом прокурора. — А я искала вас в мансарде.

— Я была в библиотеке. — Мне хотелось надеяться, что у меня получился наивно-невинный вид. — Вот, взяла книжку, чтобы почитать.

И как щитом заслонилась от Кадди таскаемым с собой томиком.

Экономка сухо кивнула, заметила:

— Если вам что-то понадобится, зовите меня или Китти, — и продолжила путь вниз по лестнице.

А я заспешила наверх: надо было как следует всё обдумать в спокойной обстановке. И вдруг замерла, увидев на ступеньках белый бумажный комочек.

Неужели Кадди?..

Я торопливо подняла бумажку, однако развернуть не успела: на лестнице вновь послышались шаги. Тогда я кое-как затолкала комочек в рукав и продолжила подниматься, будто ничего не случилось.

— Подождите, мисс!

Я послушно остановилась и повернулась к догонявшей меня экономке.

— Да, мисс Кадди?

— Скажите, — та буквально препарировала меня взглядом, — вы ничего не находили сейчас на ступеньках?

Я с самым простодушным видом замотала головой.

— Нет, мисс Кадди. А что? Вы что-то потеряли?

— Да, — как ни странно, экономка не стала юлить. — Я несла мусор, чтобы выбросить внизу, но где-то оборонила.

— Бывает, — посочувствовала я. — Если вдруг что-то увижу…

— Просто не трогайте это, мисс, — холодно прервала Кадди. — Я позже пришлю Китти навести порядок на лестнице.

— Хорошо, мисс Кадди, — послушно ответила я.

Экономка в последний раз смерила меня пронзительным взглядом, кивнула и с пустым: «С вашего позволения, мисс», — отправилась вниз. Впрочем, я была уверена, что она собиралась дождаться, пока я уйду к себе, и тщательно осмотреть ступени.

«Можешь заниматься этим, сколько угодно», — мысленно сообщила я Кадди и заторопилась в свою комнату: очень уж хотелось посмотреть, что там за «мусор» она утащила со стола Мэлоуна. А в том, что это был именно тот листок, я не сомневалась ни секунды.

И вот, наконец очутившись в мансардной комнатушке, я на всякий случай подпёрла спиной дверь, достала бумажку и, волнуясь, развернула её. Азартно пробежала глазами по строчкам, и лицо моё вытянулось от разочарования.

Счёт на бакалею? И что в нём такого важного?

Глава 10

Я ещё раз перечитала бумажку, покрутила её в руках: точно ли нет каких-то других записей? Однако находка была исключительно счётом за покупку сахарной головы (10 фунтов), чая (1 фунт), овсянки (10 фунтов), муки (20 фунтов) и так далее.

Почему же Кадди решилась ради неё забраться к Мэлоуну в кабинет? Или это в самом деле не та бумага? Нет, экономка бы не стала выбрасывать такой документ — всё-таки отчётность, бухгалтерия, хозяйские проверки…

А может, в этом и дело? Может, по бумагам у Кадди всё прекрасно, только суммы за покупку выше. И разница — те самые два процента из анекдота, на которые она и живёт.

Я задумчиво разгладила счёт. Конечно, меня это не касалось, и вообще, не было резона поднимать шум. Однако бумагу, пожалуй, стоило сохранить. На всякий случай.

С этой мыслью я достала из шкафа несессер и убрала счёт в почти потайное отделение с зеркалом. Спрятала несессер обратно, бросила взгляд на позабытый на столе том Шекспира, но вместо того чтобы наконец почитать, прилегла на постель.

Всё правильно. Адреналин схлынул, а я к тому же на первых месяцах. Логично, что вдруг навалилась усталость. Лишь бы только токсикоз не начался — когда я носила Верку, первое время (по меткому выражению соседки) блевала дальше, чем видела.

От воспоминаний мне слегка поплохело, и я прикрыла глаза, торопливо возвращая мысли к убийству Тилни. Жаль, что из-за Кадди с её махинациями не удалось разведать об этом побольше. Эх, знать хотя бы место и примерное время! И вспомнить бы, чем занималась Айрис после того, как её выставили из особняка.

Я сосредоточилась. Вообразила кабинет лордёныша, вспомнила звук, с каким упал на ковёр мешочек с подачкой. Как больно схватили чужие руки, как поволокли прочь. Как взгляд цеплялся за развешенное по стенам коридора старинное оружие, а в висках злыми молоточками билось: схватить бы любое да ворваться обратно в кабинет… А потом ударить себя, потому что это конец. Ей не простят, от неё откажутся, что она будет делать одна?..

Нахлынувшее чувство тотальной безысходности было таким всеобъемлющим, что я рванула из него, как пловец из тьмы омута. Глотая ртом воздух, распахнула глаза: мирная комната в мансарде, пасмурный свет Лондона, начинавшая пробираться под одежду зябкая сырость. Надо попросить, чтобы развели огонь в камине и принесли чай… Или, может, сходить на кухню самой? Конечно, не хотелось нарваться на Кадди, однако пообщаться с Китти и кухаркой (я была уверена, что Мэлоун держал кухарку) тоже было надо.

Никогда не знаешь, какой дружелюбный разговор в итоге станет той самой подстеленной соломкой.

— Всё в этом мире завязано на общение, — пробормотала я. Неохотно поднялась с кровати, одёрнула платье, поправила причёску и вышла из комнаты.

***

Кухня, кладовые и комнаты прислуги находились даже не на первом этаже, а в цокольном. Я не без опаски спустилась из холла в полутёмный коридорчик и услышала где-то впереди взрыв хохота.

«Ага! Раз смеются, значит, Кадди там нет».

Ободрённая этим заключением, я уже обычным шагом миновала коридор и остановилась перед полуоткрытой дверью в его дальнем конце. Судя по голосам, а также вкусным ароматам, это было именно то, что нужно. Однако прежде чем войти, я прислушалась.

— А я и говорю: «Так все счета господин забрал, хотел посмотреть». А она как позеленеет, как завизжит: «Я тебе что говорила?! Всё, что приносят, сразу ко мне!» Ух, думала, её удар хватит!

«Китти», — узнала я звонкий девичий голос.

— Вот же странная, — гортанно отозвалась собеседница горничной. — Будто ты хозяину указ!

— Её такое не волнует! — фыркнула Китти.

Входить на середине перемывания экономкиных косточек явно не стоило. Поэтому я сделала несколько неслышных шагов назад и приблизилась к двери во второй раз, уже стараясь шуметь как можно сильнее. Разговор в кухне сразу стих, однако я ещё для порядка стукнула по косяку и лишь потом вошла. Улыбнулась:

— Доброе утро, — и Китти с незнакомой мне дородной женщиной немедленно поднялись из-за накрытого к чаю стола.

— Доброе, мисс. — Кухарка разглядывала меня с нескрываемым интересом.

— Я хотела попросить чаю, — улыбнулась я самым приветливым образом. — И, если можно, растопить камин в мансарде.

— Камин? — Отчего-то растерялась Китти. — Простите, мисс, я не уверена, что мисс Кадди разрешит… Понимаете, уголь… Но я могу подать вам чай в гостиную, если хотите.

Где тоже вряд ли топили со вчерашней ночи. И вообще, сидя в одиночестве, много полезного не узнаешь.