Лина Деева – Непокорная жена слепого ярла (страница 7)

Не до конца понимая, что сейчас произошло, и не доверяя своей удаче, я в мыслях досчитала до десяти и медленно опустила руку с ножом. Волк тоже перестал топорщить загривок: похоже, Даген действительно ушёл. Я посмотрела на зверя, зверь ответил мне нечитаемым взглядом и спокойно потрусил к краю поляны. Остановился, обернулся — и я молча двинулась следом за ним.

Не спеша, однако, прятать нож.

Мой странный провожатый выбрал темп, идти в котором было очень удобно. Я старалась следить за дорогой, пусть это было во многом бесполезным занятием — все ели, пеньки и кусты похожи друг на друга. А ещё снова и снова задавалась вопросом: кто и куда меня ведёт? Волк вёл себя либо как хорошо дрессированное животное, либо как какое-то мистическое создание. Но кто мог его выдрессировать? И неужели я попала не просто в прошлое, а в мир, где существовала магия? Звучало дико, но, с другой стороны, волк — вот он.

— Куда ты меня ведёшь?

Зверь бросил на меня короткий взгляд через плечо, показавшийся чрезвычайно таинственным и многозначительным, и потрусил дальше.

— Ну да, чего я ждала? — пробормотала я и больше вопросов не задавала.

Не скажу, как долго мы шли. По ощущениям не очень, но я своему чувству времени не особенно доверяла. Волк снова вывел меня к «брусничной плантации», где пружинил под ногами мох и пахло сыростью, но было ли это то самое место, куда Агда привела нас собирать листья, определить я не могла.

А тут ещё в какой-то момент мой провожатый резко прыгнул в росшие сбоку кусты карликовых берёзок, и не успела я даже крикнуть растерянное «Эй!», как осталась одна.

— Нет, ну не загрыз, и на том спасибо, — пробормотала я, по старой привычке пытаясь взъерошить волосы. Провальная затея, ведь теперь у меня была «коса до пояса», как в народных сказках. Потому мне оставалось лишь оглядеться: куда меня завёл четвероногий Сусанин? И решить, что делать даль…

Между деревьев мелькнул красный платок, и я недоверчиво выдохнула:

— Агда?

Всмотрелась и заорала уже в голос:

— Агда, я здесь!

Бросилась к старухе, да и она, услышав, повернула в мою сторону. И даже крякнула, когда я в порыве чувств крепко её обняла.

— Ну-ну. — Агда поспешила высвободиться из объятия, но за этим мне почудилась не нелюдимость, а смущение. — Нашлась, невредима, и хвала Высокому.

— Ты знала, что я заблудилась? — Я требовательно посмотрела на старуху, и та не стала увиливать.

— Услыхала, как ты зовёшь. Но пока сюда доковыляла, тебя и след простыл. Только это было.

Она протянула мне сумку, которую я швырнула в Дагена, и указала на землю неподалёку. Я присмотрелась: как будто следы, но уже плохо заметные.

— Мужская обувь, — подтвердила мою догадку Агда. — Верный знак, что ты в беде. Сама бы я тебя не нашла, чай, не следопыт. Потому пришлось позвать кое-кого, и, на твоё счастье, он оказался неподалёку.

Кое-кого? Неужели?..

Старуха усмехнулась, как-то по-особенному, с переливом свистнула, и вскоре к нам выбежал тот самый волк, что помог мне спастись от Дагена.

Глава 15

Я ожидала чего-то подобного и всё равно уставилась сначала на зверя, а затем на Агду.

— Ты его приручила? Как?

— Я его спасла, — спокойно ответила старуха. — Малец попал ловчую яму, и пошла бы его шкура лежебоке на рукавицы, не услышь я скулёж. Выходила, выкормила, на волю отпустила. А он, вишь, — старуха потрепала волка по холке, — благодарный оказался.

— Да уж, — пробормотала я, вновь оценивая своё везение. И спохватилась: — Агда, а где Бьорг?

Старуха как-то особенно недобро усмехнулась.

— У Оленьего ручья сидит. Обмануть меня вздумала, отвести подальше, чтоб братцу не мешала. Я не сразу поняла, бревно старое. А она ещё вроде как ногу подвернула, да так охала-ахала — попробуй, не поверь. Только если не опухло место, не там никакого подворота. Тут я ещё твой голос услыхала, далеко так. Высказала лежебоке, что о её притворстве думаю, поспешила к тебе. Она за мной, да и взаправду оступилась. Ну, я её оставила лодыжку перевязать туго да в ручье держать, если охрометь надолго не хочет. Сама сюда поспешила, но только сумку твою увидала и следы. Позвала Гери, дала ему сумку понюхать и отправила за тобой. Он и нашёл.

Закончив, Агда ещё раз любовно погладила волка, и тот издал низкий довольный звук.

— Он меня спас, — тихо сказала я. — От Дагена.

Услышав это, старуха нахмурилась.

— Не порвал бездельника? Ещё не хватало, чтобы на Гери облаву устроили! Он вон и так меченый Ульриковым огнём.

«Подпалина на груди!» — сообразила я и быстро успокоила:

— Нет, только напугал.

— Напугал? — Агда приподняла брови.

Я коротко пересказала сцену на поляне, вырвав у слушательницы непонятный смешок.

— Вот уж правда: что предсказано Верданди, того не избежать. Что же, будь вёльвой, Сиара Беспамятная, хотя бы в глазах Дагена. Вёльву он побоится обидеть, а уж как ещё пуще убедить его в твоём даре, я научу.

— Но почему он так решил? — Я никак не могла понять до конца. — Из-за волка?

— Волка и ворона, — кивнула Агда. — Ведь они сопровождают Высокого — единственного из мужчин, кому не зазорно заниматься сейдом.

Ещё одно новое слово. Ох, как бы разобраться во всём этом! Но главное, в моём будущем наконец-то появился просвет. Надо только хорошо учиться премудростям у Агды и подробнее расспросить её обо всех тайных штуках.

Словно подслушав мои мысли, старуха предупредила:

— Не вздумай болтать обо всём этом! Я и бездельника предупрежу, чтобы языком не трепал! Кому надобно узнать, сами узнают, а ты веди себя как примерная тира, если беды не хочешь.

Беды я не хотела, потому незамедлительно заверила Агды, что ни слова о сегодняшнем происшествии не скажу и в принципе не стану делиться, чему она меня учит.

— Это правильно, — кивнула старуха, успокоившись. — Ну, идём за лежебокой. Надо бы ещё палку для неё найти — не тащить же дурынду на себе.

Агда коротким посвистом отпустила волка, я повесила сумку на плечо и двинулась за старухой, не спуская с неё глаз.

Больше ни за что из виду не упущу.

***

— Агда, ты думаешь, это Бьорг сказала Дагену, куда мы идём?

Ответ был очевиден, и всё же я хотела уточнить.

— Не надо быть вёльвой, чтобы понять это, — буркнула старуха. — Но и это держи при себе: нечего тебе с ней лишний раз ссориться.

Я молча кивнула: да, скандалы с хозяйской дочкой, какой бы подлой она ни была, мне не нужны.

И всё же, как странно складывается моя судьба здесь! То, что в моменте кажется ужасной немилостью, в долгосрочной перспективе выходит на пользу. Какие-то «американские горки», честное слово!

«Где бы только нервов взять, чтобы их благополучно пережить?» — вздохнула я про себя и неожиданно чихнула.

Всё-таки столько лазить по осеннему лесу с мокрыми ногами чревато. А уж после жуткой простуды, из которой Агда меня вытащила едва ли не чудом, организму любой экстрим шёл во вред.

И старуха это поняла. Бросила на меня внимательный взгляд, проворчала:

— Как вернёмся, сразу брусничного взвара у меня выпьешь, — и бодро начала спускаться по длинному, но пологому склону лощины, по дну которой змейкой вился тёмный лесной ручеёк.

Дальше мы пошли вдоль воды и вскоре, обогнув шикарные заросли орешника, увидели Бьорг. Она, чисто сестрица Алёнушка, сидела у воды на плоском камне, опустив в ручей левую ногу. Выражение лица у неё было крайне мрачным и при виде нас отнюдь не посветлело.

— Поднимайся, хозяйка Бьорг, — Агда произнесла формальное обращение тем же тоном, что и прежде «лежебока». — Вот тебе, обопрись, и идём обратно.

Она протянула хозяйской дочке толстую рогатину, отломанную по дороге. Причём я подозревала, что Агда специально подровняла ветку под рост пострадавшей, чтобы та могла использовать её, как костыль.

Однако Бьорг старания не оценила.

— Сдурела, старуха? — окрысилась она. — Да я на ногу ступить не могу! Как я пойду?

— Для того тебе и палка, — полностью владея собой, ответила Агда. — Вот так возьмёшься, — она показала как, — и доковыляешь. Или думаешь, я тебя на закорках понесу? Так я тебе не жених.

И вновь мне почудилось, что при напоминании о женихе Бьорг как-то особенно потемнела. Однако выказывать норов больше не стала. Молча вытащила перебинтованную ногу из воды, натянула башмак и, наконец взяв у Агды палку, неловко оперлась на неё.

— Пойдём короткой дорогой, — постановила старуха. — Сиара, иди последней, да не отставай! И следи, чтобы хозяйка Бьорг не отстала.

Бьорг зыркнула на меня с неприкрытой ненавистью: складывалось впечатление, что пока она здесь сидела, нашла во мне единственную причину своего несчастья.

«Таких людей даже жизнь ничему не учит, — подумала я хмуро. — Вечно у них кто-то другой виноват».

Тем не менее заняла указанное место, и наш маленький отряд двинулся вниз по течению ручья.

Глава 16

До одаля мы добрались благополучно, пускай и медленно. Когда неторопливо ковыляли по дороге между полей, которые заканчивали убирать жнецы, нас заметил Ивар, хозяйский сын. Он о чём-то беседовал с рослым трэллом (мужчин-рабов по именам я почти не знала), однако тут же оставил разговор и быстрым шагом направился к нам.

— Сестра! Что с тобой?

На нас с Агдой он, понятное дело, внимания не обратил.

— Повредила ногу, — пожаловалась Бьорг, не упуская возможности повиснуть на брате. — Ох, Ивар, помоги добраться до дома!

— Конечно. — Хозяйский сын приобнял сестру за талию и устремил на Агду требовательный взгляд: — Что произошло?

— Ложь стала правдой, — хладнокровно ответила старуха. — Так бывает, особенно на рассвете, когда боги внимательно смотрят и чутко слушают.

Ивар поджал губы, но больше ничего не сказал. С лёгкостью подхватил Бьорг на руки и широким шагом направился к видневшемуся впереди частоколу.