Лина Деева – Непокорная жена слепого ярла (страница 9)
— Сиара, хозяин велел, чтобы ты немедленно шла в долгий дом.
Я слишком резко дёрнула кудель, и нитка оборвалась. Однако Улла, принёсшая мне распоряжение Ульрика, даже внимания на это не обратила.
— Давай, поживее! — речитативом выдала она, едва ли не стаскивая меня с лавки.
— Да что случилось? — Я ведь не сделала ничего, за что мне можно было бы приписать колдовство! А иных причин меня видеть у Ульрика не могло быть.
— Откуда мне знать? — дёрнула плечом Улла. И проговорилась: — Там и хозяйка, и остальные. Беги скорей!
За-ши-бись. И Агду вряд ли позвали.
Адреналин шарахнул в кровь, как шампанское, выпитое на пустой желудок. Однако опция для меня была предусмотрена лишь одна: подчиниться. Потому я послушно отложила веретено и с нарочитой торопливостью вышла из женского дома. Правда, оказавшись во дворе, шаг замедлила и закрутила головой: может, увижу старуху?
Увы, сегодня мне такая удача не выпала: к долгому дому я подошла одна. Замялась на пороге, вновь повторила про себя, что будь на мне вина, Ульрик послал бы дружинника, и решительно вошла.
Здесь ничего не изменилось. Тот же полумрак, те же трофеи на стенах, те же люди, сидящие на почётных местах у северной стены. Вот только сейчас у меня возникло ощущение, что Ивар как-то отодвинулся от остальных. Разногласия в семье? Лица у всех тоже не особенно довольные.
«Ладно, а я здесь причём?»
Задаваясь этим риторическим вопросом, я приблизилась к хозяевам. Учитывая ошибки прошлого, поклонилась, однако устремлённые на меня тяжёлые взгляды легче не стали. Один Ивар смотрел в пол — выражал таким образом протест?
— Слушай внимательно, тира, — наконец нарушил Ульрик гнетущее молчание. — Тебе выпали большая честь и удача. Я желаю, чтобы ты заменила мою дочь на брачной церемонии и вместо неё стала супругой ярла Ронгвальда.
Глава 19
Я была бы в меньшем шоке, если бы Ульрик процитировал отрывок из «Евгения Онегина». Мне заменить собой Бьорг? Стать супругой ярла? Мне, рабыне?
— Да вас за такой обман на куски порубят!
Фраза вырвалась, прежде чем я успела придать ей более вежливую формулировку. Ульрик свёл брови натуральным Тором-Молотобойцем, однако у меня неожиданно появился союзник.
— Всё так, отец! — смело произнёс Ивар. — Я тоже люблю Бьорг, но это не повод рисковать благополучием всей нашей семьи! Кровная вражда…
— Не будет вражды! — Ульрик сердито ударил кулаком по раскрытой ладони. — Ярлу недолго осталось… Кхм. К тому же формальности будут соблюдены. Я дам тире вольную и признаю нашей родственницей. Её возьмут второй женой, без обрядов. На пиру она будет сидеть под покрывалом, а дальше… будет видно.
— Отец!
— Тихо! — голос Ульрика громыхнул раскатом грома. — Ты всё слышала, тира? Готовься и не болтай лишнего.
— А если нет?
Это было не особенно разумно, но мне слишком уж не нравились недомолвки в плане Ульрика.
— Если нет, — взгляд хозяина устрашающе потемнел, — отдам тебя в пользование Дагену. Пусть проверит, какая ты вёльва.
Я до хруста сцепила зубы. Медленно перевела взгляд от Ульрика к Бьорг: твоя идея, змея? И хозяйская дочка приподняла губы в высокомерно-торжествующей усмешке.
— Ступай, — хмуро бросил мне Ульрик. — Вечером тебя позовут. И помалкивай, слышишь! Иначе я своими руками вырву тебе болтливый язык!
Я не стала кланяться. Просто молча развернулась и ушла.
***
Вот подстава так подстава!
Не имея моральных сил возвращаться в женский дом, я самым наглым образом спряталась в сарае с сеном. Забилась в уголок так, чтобы меня не было видно, села, подтянув колени к груди, и сжала ладонями виски.
Ну, Ульрик! Ну, интриган доморощенный! Сто процентов спелся с противниками ярла — может, даже дочку за кого-нибудь из них пообещал выдать. Но в открытую разорвать договор с Ронгвальдом опасался, потому с подачи Бьорг придумал вот такой «изящный» способ выкрутиться. Ярл слеп, подмены по первости не заметит, а если что-то пойдёт не так, крайней сделают меня. Наговорят, будто околдовала Бьорг или ещё что-нибудь в том же духе. Мол, мы этой тире-вёльве свободу дали, в семью приняли, а она презлым заплатила за предобрейшее. Тьфу!
«Надо посоветоваться с Агдой. Вот прям срочно надо!»
Но старуха после обеда ушла за какой-то надобностью к скалам фьорда. Вернуться должна была к вечеру, а до того момента мне требовалось не наделать глупостей.
— Улла!
Голос Кельды прозвучал где-то совсем рядом: не то перед входом в сарай, не то за его стенкой, и я замерла, как зверь, мимо укрытия которого шли охотники.
— Да, хозяйка?
— Где новая тира, Сиара?
— Не знаю, хозяйка! Её звали в долгий дом…
— Она давно ушла оттуда, и в женском доме её нет. Ты больше не видела её?
— Н-нет.
— Увидишь — пусть всегда рядом с тобой будет. Одну никуда не отпускай, поняла? И ночует пусть с вами в женском доме. Я скажу Агде.
— Да, хозяйка!
Зашибись. Может, они меня ещё запрут где-нибудь, чтобы не болтала и не сбежала? И общества Агды захотели лишить — вдвойне фиговый знак. Эх, как бы мне её дождаться, не попадаясь никому на глаза… И чтобы масштабных поисков по одалю не устроили.
— Сиара!
Я даже дёрнулась, настолько неожиданно прозвучал голос у меня над ухом. Резко повернулась и увидела Уллу.
— Ты что это лодырничаешь? — сузила та глаза. — Ну-ка бегом работать!
«И как я не сообразила, что уж ей-то должны быть известны все закутки хутора!»
— Хорошо, иду. — Если я не хотела оказаться запертой, нужно было до последнего притворяться покорной.
Ульрик загнал меня в угол, однако ещё оставалась пусть призрачная, но надежда выпутаться.
По крайней мере, пока я не обсудила всё с Агдой.
Глава 20
Улла выполняла распоряжение хозяйки с такой скрупулёзностью, что я даже в уборную ходила под конвоем. И чем ниже склонялось солнце к щетинившимся лесом холмам, тем сильнее нервничала.
Где Агда? Когда вернётся? Получится ли с ней увидеться? Хорошо бы до того, как меня второй раз призовут в долгий дом! Сама-то она не спохватится, пока не подойдёт время ложиться спать — ужинала я обычно с остальными рабынями.
— Сиара! Ты опять порвала нитку!
— Да, нечаянно. Прости, Улла.
— У хозяйки будешь прощения просить! Работай внимательнее!
Ну да, внимательнее. Поработаешь тут, когда голова тревожными мыслями занята!
— Сиара!
Злосчастная нитка снова оборвалась, однако мне было плевать. В дверях женского дома стояла Агда.
— Идём со мной, — властно махнула она. — Поможешь травы разобрать.
— Погоди! — незамедлительно взвилась Улла. — А прясть за неё кто будет? Как мне хозяйке объяснять…
— Я тебе дам три мотка, положишь к остальным, — поморщилась старуха и бросила мне: — Что сидишь? Оленьим мхом надо сразу заниматься, не то он пользу потеряет!
Я отмерла. Торопливо вскочила, положила веретено на лавку…
— Стой! Агда, хозяйка Кельда велела, чтобы новая тира ночевала здесь! — Улла не могла сказать, что ей приказано не отпускать меня, и использовала последнюю попытку.
— Переночует, — отмахнулась старуха. — Только прежде поможет мне с травами.
И я, всеми силами пряча радость, вышла во двор следом за ней.
***
— Агда, ты знаешь, что от меня хочет Ульрик?
— Знаю. — Стоило нам оказаться под защитой стен землянки, как старуха заметно помрачнела. — Ивар нашёл меня у фьорда и рассказал. Опасное дело затеяно.
Хмурясь, она замолчала и принялась выгружать на стол содержимое своей сумки.
— Они хотят сделать из меня разменную монету. — Я не спрашивала, а констатировала. — Как мне выжить, Агда?
У старухи вырвался горький смешок.
— Как нам всем выжить, хочешь сказать? Ивар прав: Ульрик слишком полагается на обещания Эйрика Чёрного и слишком торопится скинуть с доски Ронгвальда Зоркого, которого все так торопятся назвать Незрячим.
Она достала последний ломкий кустик ягеля, положила его на столешницу и неожиданно тяжело оперлась на её край. Посмотрела на меня исподлобья.
— Если ты хочешь совета, как избежать повиновения Ульрику, мой ответ: никак. Он обещал сделать тебя лейсинг? Не артачься хотя бы ради этого. Будь послушна, но держи уши и глаза открытыми. Только боги знают, что может случиться по пути на юг, а с тобой в Вестфольд поедет Ивар. Будешь не одна.
— А ты? — вырвалось у меня. — Ты сможешь поехать?
Агда опустила голову, и на сердце легла тяжесть: нет.
— Стара я, а путь нелёгкий… Да и Ульрик не отпустит: пусть мне дарована свобода, без его дозволения я уйти не могу. Впереди же тёмные дни, когда хвори и лихоманки гуляют по миру. — Агда запнулась и с неожиданной силой продолжила: — Но подарок от меня ты получишь, вёльва Сиара. Хороший подарок, многим он костью поперёк горла встанет. А пока слушай внимательно сегодняшний урок. Не так много их у тебя осталось.
И старуха, по-звериному встряхнувшись, начала рассказ о целебных свойствах ягеля.
***
Не знаю, попало ли Улле за то, что она меня отпустила. Возможно, никто из хозяев об этом и не узнал: я вернулась в женский дом до ужина, а Уллу, в отличие от меня, прочие рабыни любили и вряд ли стали бы на неё доносить.
Как бы то ни было, я съела свою порцию похлёбки и только собралась отправиться на отведённое мне место, как Ульрик прислал за мной рабыню.
Я полагала, меня вновь позовут в долгий дом, но не учла, что в это время он полон народа, а Ульрику лишние уши были ни к чему. Потому он решил устроить тет-а-тет на свежем воздухе, и рабыня проводила меня к колодцу.