Лина Чуб – Тайны замка Бембрук. Путешествие во времени (страница 3)

Только те первые мои семь лет- семь беззаботных лет моего детства я была по-настоящему счастлива. Это было то время, когда еще были живы мои мать и отец. А потом все переменилось.

Говорят, что невозможно сохранить в себе ранние воспоминания. Но это неправда!

Бережно хранимые, словно хрустальные диковинные фигурки, я доставала их из тайников моей памяти всякий раз, когда в моей душе было серо и лил холодный осенний долгий дождь, сотканный из одиночества и непонимания.

Я отогнала от себя навязчивые воспоминания. Надо уже собираться. Я достала из своего маленького рюкзачка пухлый бабушкин конверт, тщательно запечатанный и запаянный, как в стародавние времена, сургучом на обратной стороне конверта. Ее красивым витиеватым почерком был выведен адрес получателя. Я прочла его еще раз. «Графу P.R.R. Замок Бембрук. Графство Херефордшир»

Мне казалось, что бабушкина жизнь всегда была проста и понятна. Она родила ребенка, когда ей было всего лишь шестнадцать, так и не выйдя потом никогда замуж и не имея рядом с собой мужчины. Бабушкина жизнь была посвящена только работе, не оставляя ни малейшего просвета для чего-то еще, даже для единственной внучки. Воспитывая дочь (мою мать) самостоятельно, бабушка Хлоя тщательно пыталась сделать из нее идеального ребенка, вкладывая в нее всевозможные знания. Уроки игры на скрипке и латынь, танцы и высшая математика и конечно-же, лекции по всемирной истории и географии. Но моя мать ответила моей бабушке тем, что родила ребенка в те же шестнадцать лет, что и мать Хлоя и, избавляясь от навязчивой опеки, она сбежала с моим отцом в Нью-Йорк.

Я снова увидела свою бабушку только после смерти родителей. Но что же ее связывало с этим графом? И что мне нужно делать после того, как я передам из рук в руки этот конверт? Этого я не знала. Но знала одно- позавтракав в отеле, мне нужно освобождать мою комнату и ехать на железнодорожную станцию в ожидании моего поезда.

В последний раз я огляделась, удостоверившись, что ничего не забыла и взялась за ручку своего маленького дорожного чемоданчика, выкрашенного все в тот же любимый мною фиолетовый цвет с нарисованными поверх него крупными белыми ромашками.

Часы пробили семь утра. Пора уходить.

Глава 3.

Дверь лифта распахнулась под звуки тоненького звоночка. И снова чемоданчик Эйрианн отбивал этот знакомый стук маленьких колес. Опять ее ждет дорога!

–Надеюсь, вы хорошо выспались, маленькая мисс? – учтиво произнес дворецкий, пряча в своих роскошных седых усах добрую улыбку.

–Да, благодарю вас! Мой номер был очень милым, и я спала, как убитая. – быстро произнесла Эйрианн и чуть не прикусила себе язычок за свои последние слова.

–Тогда вас ждет омлет с поджаренным беконом и фасоль в темном соусе. Конечно же, есть еще и наши традиционные домашние колбаски с тушенными овощами, и картофельные оладьи. А может, маленькая мисс пожелает жаренных грибочков? Вы ведь слышите их аромат? – заговорщически подмигнул мне дворецкий.

–Нет, спасибо. Яичницы с картофельными оладьями для меня вполне хватит.

–Ну, тогда я думаю, что мисс точно не откажется от десерта.

–А что сегодня на десерт? – немного помедлив, спросила я. Эта еще моя детская привычка к чему-то сладенькому! Я помню, как моя мама готовила бесподобно вкусные пудинги. Сочные и мягкие. Их аромат всегда поднимал меня с постели в воскресное утро.

–Белый и черный пудинг! – с достоинством ответил дворецкий, словно это он сам выпекал их по собственному фамильному рецепту и теперь его блюда он не прочь предложить и самому королю.

Я улыбнулась. Этот небольшой отель действительно был очень мил. Жалко, что мне приходится уезжать отсюда так быстро. Это были те места, где я родилась, и я чувствовала атмосферу родного края всеми своими фибрами.

Поставив свои вещи около небольшого обеденного стола, одиноко стоявшего около окна, я направилась к столику раздачи, щедро насыпав себе большую порцию горячего и прихватив с собой несколько ломтиков пудинга. Насладившись ароматами, я быстро закончила свой завтрак и глянула на часы, довольно кивнув. У меня есть еще время неспеша выпить чашку, а то и две, горячего душистого чая и набраться сил перед долгой поездкой.

Одна семейная пара грузно присела рядом со мной за столик, выгружая свои подносы, с полные тарелками всего, что только было приготовлено на кухне. Пожилая тучная дама довольно рассказывала своему супругу о преимуществах новой мази от ревматизма, а тот в ответ громко ее переспрашивал, пытаясь наладить что-то в своем новеньком слуховом аппарате. Я поискала глазами себе другое, более укромное местечко.

Несмотря на еще раннее субботнее утро, посетители начинали уже просыпаться и, бодро спускаясь по массивной резной лестнице, активно подключались к очереди у раздаточного столика в поисках добротного завтрака. Скоро эта маленькая зона столовой будет напоминать оживленный улей во время заготовки меда!

Мой взгляд скользнул вглубь зала, туда, где всегда царил загадочный полумрак. Я видела, как сменились бармены у своей стойки и, вместо веселого балагура и весельчака, явно ирландских кровей, готового наливать всем и каждому, на его место стал степенный смуглый индиец и сразу приступил к своим обязанностям, мягко и вежливо объясняя подвыпившему запоздалому ночному посетителю, что ему уже пора отдохнуть и немного поспать. Подвыпивший парень устало кивнул ему несколько раз и, уже явно засыпавший на ходу, неловкими движениями начал пробираться к лифту, ведущему на спальные этажи. Уф! Наконец-то! Путь для меня был свободен.

Я сидела за небольшим высоким столиком неподалеку от барной стойки. Бармен неспешно приступил к уборке, выставив себе вереницу бокалов и явно не обращая на меня никакого внимания. Я облокотилась на спинку стульчика, напоминающему скорее удобное небольшое кресло, с мягкой обивкой из дешевого дерматина глубокого терракотового цвета. Это было что-то из числа той мебели, что была модной еще в те славные времена выхода Ирландии из Британского Содружества. Попивая горячий чай, я довольно оглядывала все кругом из моего безопасного уголка.

Под старым стеклом витрин, обрамленных тяжелыми наличниками то ли из яблони, то ли из вишни, стояли всевозможные виды бокалов, сияя своими натертыми до блеска боками. Столешница стойки была из того же дерева, явно выбиваясь из общего ансамбля интерьера, выдержанного в более темных тонах. Декоративные стеновые панели остались здесь еще со старых времен и пафосно говорили о некогда былом и весьма дорогом интерьере, прикрывая пятнами масляной краски свои уже пообтертые бока. Краской чуть более светлого оттенка были замазаны швы старинной кирпичной кладки, подразумевая этим, что таким и был изначально замысел дизайнера.

На темно-фисташковых стенах по обе стороны дверей были привешены разные полочки со всевозможной жестяной утварью. Фотографии популярных личностей были обрамлены в массивные деревянные рамы и чинно стояли на полках, около которых в хаотичном порядке были развешены маленькие картинки с изображением пейзажей, а над дверным проемом гордо высилась надпись «Ирландия», выведенная крупными печатными буквами.

Допив свой чай, я засмотрелась на одну из картинок с изображением башни О ‘Брайана и взялась за свой толстый альбом рисунков, быстро набрасывая эскиз.

–Ты хорошо рисуешь. – донесся до меня чей-то знакомый голос.

Я подняла глаза. Нет! Этого не могло быть! Под тусклым светом лампы в сером жестяном плафоне, висевшем над моим столиком, я разглядела Его!

Эти глубоко посаженные пронзительно-голубые глаза, отливающие стальным блеском, пристально в упор разглядывали меня. Копна светло-соломенных волос была уже тщательно причесана и разделена пробором. Простая клетчатая рубаха на мускулистом торсе и поверх нее легкий трикотажный кардиган выдавали в нем интеллигента.

«Еще очки бы нацепил- был бы вылитый профессор!»-я поморщила носик, продолжая рассматривать неожиданного гостя.

–Еще чашечку чая? – то ли спрашивая, то ли утверждая, произнес Лешек, ставя свой кожаный безукоризненно аккуратный портфель на мой столик.

–Давай, не отказывайся. – улыбнулся Лешек, воспользовавшись моей секундной заминкой. – Других гостиниц рядом с утесами Мохер не так уж много, так что наша встреча была ожидаема. Я принесу тебе еще чаю и кусочек пудинга, а ты покажешь мне свои рисунки.

Я нервно затарабанила пальцами по столу.

«Откуда он здесь взялся и что ему от меня надо! Я не хочу никого видеть сейчас, я хочу быть одна!»– проносились мои мысли.

Я видела, как он, подмигнув мне, скользнул в зону готовки, минуя предупреждающую надпись. До меня послышался его голос и, наконец от вынырнул обратно, победоносно держа в руках большую кружку с нарисованным эльфом. Я прыснула от смеха.

«Конечно, я и не сомневалась, что эта кружка предназначалась для меня! А все-таки он забавный!»-подумала я.

Я уплетала очередной кусочек пудинга, а Лешек медленно рассматривал мой альбом. Вдруг он резко вскинул на меня свой взгляд. В нем не было ни капельки присущей ем насмешки над всем вокруг. Он казался очень серьезным и немного печальным.

–Я и не думал, что ты такая талантливая! Как ты это делаешь? – воскликнул Лешек. – Ты ведь учишься на художественном факультете? Из тебя определенно выйдет известный художник. У тебя есть еще более ранние твои работы?