Лина Алфеева – Прелесть для владыки, или Хозяйка приюта «Милая тварь» (страница 26)

— Хочешь сказать, что это она дала тебе доступ в Заповедник?

Эрн, уже шагнувший ко мне, замер и улыбнулся. А потом вдруг развеялся черным дымом, чтобы воплотиться четко в моей постели. Хотела стукнуть наглеца, но он ловко перехватил мою руку и прижал к подушке.

— Спокойнее, Абриэль, не будем портить такой приятный совместный сон.

— Сон?.. — вконец обалдела я.

— А ты думала, что я наяву полезу через охранки Заповедника? Нет, однажды, конечно, я прокачаюсь и до этого уровня. А пока прости, Моя прелесть, но я ценю свое здоровье.

— Я не твоя Прелесть! — я попыталась пнуть наглеца ногой, но он быстро забросил на меня свое бедро и растянулся рядом.

При этом его физиономия замерла где-то в районе моей груди.

— А давай, мы хотя бы сейчас не будем ругаться? Ты только полюбуйся: во сне у меня руки целые.

Я от удивления даже вырываться перестала, а потом потребовала:

— Покажи!

Сев на постели, принялась пристально изучать пальцы Эрна. Он не ошибся, когда сказал, что сейчас они в полном порядке.

Я осторожно потрогала руку Эрна. У него были длинные, но крепкие пальцы, чуть шершавая широкая ладонь. Ладонь воина, а не мага белоручки, привыкшего полагаться исключительно на руны. Сейчас руки Эрна выглядели иначе. А настоящие он  прятал под иллюзией. С такими руками его могли вообще в академию не принять.

И всё-таки он сдал испытания по физподготовке. Зря я не осталась и не посмотрела.

— Болят? — спросила я и, осознав, что мое изучение руки Эрна несколько затянулось, отодвинулась от него.

Теперь мой взгляд приковывала его грудь, где под тонкой светлой рубашкой угадывалось свечение моего художества.

— Жрец понемногу восстанавливает мне фаланги. Они еще болят и плохо гнутся, но зато уже не похожи на стариковские палки.

— Чем это тебя?

— Проклятием. Ударили, когда я от приемных родителей сбегал. А активировали позже, как раз когда погиб мой первый слуга. Братья твари, видимо, чью-то смерть, как активатор в формулу прописали. Это чтобы я наверняка сдох, — как-то совершенно спокойно и буднично поведал Эрн.

— Прелестная у тебя семейка.

— Дрянная. А вот ты — прелесть, Рыжая.

Эрн выбросил руку и дёрнул меня за прядь. Я тут же хлопнула по руке. Звук вышел такой реальный, словно мы в самом деле находились рядом.

— Надо же. Какая достоверность. Как смогла? Что это ты мне нарисовала? Даже жрец расшифровать не смог.

— И не сможет. Это семейные руны Райнов. Такие мои братья носят, чтобы чувствовать друг друга на расстоянии.

— М-м-м… Так ты хочешь меня чувствовать, Абриэль Райн. Дерзай. Я весь твой, — Эрн порочно улыбнулся.

— Я хочу, чтобы ты доучился. И не сдох, когда станет известно, что ты сын герцога, — не слишком вежливо, зато предельно честно объявила я.

— Да уж… Эта задачка посложнее, чем снятие твоей печати.

— А ты сможешь? — мигом оживилась я.

— Я нет, зато мой жрец сможет. Точнее, я как бы тоже могу, но…

— Не хочешь?

— Что ты, Рыжая, очень даже хочу. И уверен, способ тебе точно понравится, но вот последствия… Я не готов жениться. Ты не согласишься не связь без обязательств.

Осознав, какое именно распечатывание имеет в виду Эрн, я почувствовала, как в груди начало жечь от смущения. И сразу такая четкая реальность потускнела. Зато Эрн неожиданно схватил меня и притянул к себе, чтобы произнести чуть ли не в самые губы:

— Так и знал, что не стоит тебя смущать. В реальности было бы приятнее. Кстати, ты знаешь, что мой жрец практически в тебя влюблен?..

Меня выкинуло из сна. Точно на поверхность из-под толщи воды выбросило. Дыхание сбилось, по спине стекал пот. Я села на постели и прижала руки к пылающим щекам. Луна все также серебрила небо и заливала бледным светом мою комнату. Я же подошла к окну и задернула штору. Подумала — и охранную руну на окно повесила.

— Хотя бы дверь не блокируй. А то я вляпаюсь — и орать буду громко, — сонно пробормотали с соседней кровати.

Аманда! Совсем о ней забыла.

— Ты поздно вернулась?

— Ага. Ты уже спала. Не стала будить воплощенный Страх, Ужас и Коварство Агревуда.

— Это что меня теперь так называют?

— Угу. Вежливые так. Другие предпочитают вариант покороче. Но мне нравится, как ты о себе заявила. Продолжай в том же духе. Конечно, если ответка не беспокоит.

— Не особо. Меня другое беспокоит… Точнее, другой.

Аманда тут же села на кровати, сонно потерла лоб и улыбнулась из-под спутанных во время сна прядей.

— Так и знала, что у тебя с этим темным что-то есть!

— Да из него темный, как из меня светлая, — буркнула я.

Аманда щелчком пальцев зажгла свет, подвесила шар в воздухе и, зевнув, объявила:

— Абриэль, ты такая забавная. Ещё скажи, в тебе есть тьма.

— Я знаю темные руны. Я выросла в Гиблой долине, — упрямо произнесла я. — Мои братья все темные.

— А ты нет.

Аманда вскинула руку ладонью вверх, и с нее на пол упала темная клякса. Мне даже показалось, что я расслышала смычный “шмяк”. Вот этим все и закончилось. Упав на пол, магия Абриэль развеялась дымом и исчезла. Наверняка вернулась к хозяйке.

Обученные темные умели воплощать свою магию в предметы. Она притягивала жутких существ с Изнанки нашего мира и заставляла их служить. Но Аманда этого пока не умела, хотя и использовала магию на каждом шагу. Причем проделывала это так легко и демонстративно, чтобы все поверили, что на самом деле она распечатана. Вот только в группу к темным леди она не попала. Точнее…

 — Ты специально сделала все, чтобы тебя вышибли к резервистам! Не захотела учиться со своими, чтобы никто не выяснил, что ты пока девственница и умеешь не так много.

В прошлый раз, когда я спросила у Аманды, распечатана ли она, темная не захотела отвечать, а сейчас кивнула.

 — Верно. Но мне удалось всех обмануть. Поэтому преподаватели и не стали настаивать, чтобы я занималась вместе со всеми. Вроде как я и так всех на голову выше и наставник не представляет, что со мной делать. На самом деле он очень даже представлял, из-за чего я ему чуть самое ценное не прищемила. Когда обсуждала этот моментик с ректором Кирком, он краснел, как девственница в армейской казарме.

— Ты обсуждала такое с Кирком?

— А ты думаешь, как я добилась, чтобы меня оставили в покое? Я хожу на лекции, имею доступ к полигонам, но при этом никто не дышит мне в затылок, чтобы заодно облапать и научить призывать тьму.

На ладони Аманды снова возникла темная субстанция, которую она со всей силы впечатала в стену. Черная клякса начала стекать по ней маслянистой грязью, а потом испарилась.

— Миленькая у меня магия? Да?

— У моих братьев похожая. Только они из нее столько всего умеют создавать.

— Везет, — завистливо вздохнула Аманда. — Мужчинам в этом мире проще. Темным сразу открыт доступ к магии.

— Тебе грех жаловаться, вон как лихо артефакты используешь, никто и не догадался, что это не твоя магия.

— У меня был хороший учитель. Да и артефакты… они же все под меня делались.

— Вот как. А где теперь этот учитель?

Аманда так на меня посмотрела, что я решила: скажет не мое дело. А она вдруг выдохнула:

— Далеко, — некоторое время она молчала, а потом протянула с тоской: — Мне замуж надо. Или хотя бы удачно распечататься. Так чтобы маг был  сильнее, но не смог подчинить мою магию своей. И все это до того, как я вернусь в Темные земли.

— Потому что там он?

— Да. Я же сбежала от него, Светлая. Нехорошо сбежала. Он меня больше месяца считал мертвой. И если он меня найдет… В общем, мне лучше получить мужа, как приложение к диплому. Ладно! — Аманда хлопнула ладонью по постели. — Хватит о делах моих печальных. Сама-то что будешь делать?