Лин Няннян – Спасение души несчастного. Том 1 (страница 72)
У Чан думал: для чего все это представление? Ведь сразу было понятно, что демон хочет лишь устроить проверку. О настоящем состязании с выяснением, кто сильнее, и речи не шло. Без сомнений, будь у демона злой умысел, он уже давно отцапал бы юноше руку или всадил ему его же клинок прямо в горло.
Но больше всего не давала У Чану покоя чудаковатость нечестивца. Слишком уж тот спокойный ко всему, холодный и безэмоциональный. Будто все, что сейчас видит У Чан, является очередной маской демона – пустышкой. Пронизывающие темноту своим сиянием, словно из черного жемчуга, волосы, ровное, без единой морщинки лицо, напоминающее безупречно отшлифованный мрамор скульптуры, губы, складывающиеся в улыбку, и прямые брови – все застыло. Все, что служит для выражения эмоций, в его теле словно одеревенело.
– Э-эй, притворщик! – обратился У Чан. – У тебя кровь, не хочешь что-то с этим сделать? Рана непохожа на обычный порез.
Сянцзян моргнул и монотонно ответил:
– Мне не больно. И не жалко. Пусть течет.
И наконец услышав это от самого нечестивца, ответ на вопрос о его чудаковатости возник в голове сам: раз ему не больно, значит, и его одеревеневшие мышцы лица не знают, как реагировать на подобное.
– А нападать? Нападать больше не хочешь? Раз так, значит, отвечай на вопросы.
Сянцзян сдержанно вздохнул.
– За сегодня ты меня успел и утомить, и удивить. Я отвечу на твои вопросы, но только на что-то новое. Уж постарайся – не в моем характере повторять дважды.
– Зачем ты за мной следишь?
Ответа не последовало.
– Хорошо, вот тебе другой вопрос: что тебя связывает с моим учителем?
– Служба.
– Что в эту службу входит?
– Его защита.
– Ты защищаешь моего учителя? – У Чан не больше минуты думал над следующим вопросом: – От кого? От кого ты его должен защищать?
– От всех неприятелей.
– Небеса! Бой с тобой был в разы интереснее, чем разговор… Ты и правда не умеешь вести хоть какие-то беседы!
У Чан в задумчивости воткнул меч в землю и следом же вздрогнул от старой привычки. С клинком отца он обращался без капли уважения, стараясь всеми силами вынудить родных лишить его этого дара. Но оружие, которое сейчас было с ним, слишком дорого его сердцу. Тем более что Сяньбай не отвернулся от нового хозяина в трудную минуту. У Чан резко вынул цзянь из земли и вернул его в белоснежные ножны.
Выглядело это со стороны так, будто ребенок тешится со своей новой игрушкой, сдувая с нее пылинки, что даже позабавило Сянцзяна. Он качнул головой, одернул одеяния на груди, прикрыв рану, и выдал:
– Знаешь, мне однажды сказали, что неприятель, интересующийся жизнью человека слишком долго, в конце концов станет доброжелателем…
У Чан отвлекся от меча и устремил взор на демона, будто признал хозяина данного выражения.
– Тебе не следует рассказывать Го Бохаю о нашем знакомстве, не стоит упоминать, чем мы с тобой занимались и о чем говорили. Если бы я желал зла твоему учителю, то с тобой с первым уже что-то случилось бы. Не советую рассказывать ему и о том, что произошло по дороге в Лунъюань. Го Бохай – человек впечатлительный, и, узнав, что ты мог пострадать, он будет сильно переживать. Погляжу, ты здоров как бык. Поэтому если не хочешь его волновать лишний раз, то воздержись от этого. Лучше поведай ему, как тебе понравилось быть в роли будущего бога. Этому он точно будет рад.
Бровь на лице У Чана вопросительно задралась.
– Откуда такому, как ты, это знать? И почему… – его осенило: – Хочешь, чтобы я утаил от своего учителя подобное – в этом твой замысел, верно? Считаешь, я стану ему врать, если он спросит?! – У Чан вспомнил про два листка, которые сейчас лежали на письменном столе, и уточнил: – Не знаю, правду ли ты мне сказал о демоне Душ, но покрывать выродка Мокуана, такого же, как и ты, я не стану! Предсказательница Му четко увидела, что вашему отродью из мира демонов что-то нужно от учителя.
Сянцзян почувствовал, как его голова начинает потихоньку пухнуть от громкоголосого наследника. Он прервал его вопросом: «Что?» – а после добавил:
– Хоть ты и не мой ученик, все же совет я тебе дам: последние, кому можно верить в этой жизни, – предсказательницы и тайновидцы. А еще гадалки, что пророчат тебе хорошую жизнь.
– Эта женщина увидела символ гармонии. Если бы не он, я бы еще долго ходил вокруг да около и не знал о тебе.
– Ох, да у тебя совсем ветер голове! При чем тут я? – Сянцзян сделал паузу, посмотрев на непонимающее лицо У Чана, и добавил: – К подобному пустозвонству можно притянуть что угодно. Подумай о Го Бохае, что изо дня в день заботится о таком тугодуме, как ты. Мне продолжать? Озвучить свои предположения, вокруг кого он днями и ночами крутится? В символе же две стороны, а значит, должно быть две противоположности.
У Чана позабавили его слова. Однако, когда Сянцзян замолчал, ему на мгновение показалось, будто бы он сам вот-вот станет истуканом, которому нечего ответить.
– Про Мокуана я все…
– Про Мокуана в особенности ничего не говори Го Бохаю. Не вороши прошлое человека, если он сам о нем не хочет вспоминать.
Сянцзян был предельно серьезен, что никакие сомнения на этот раз в голову У Чана не закрались. Однако это известие слега подкосило его. Поразмыслив немного, он произнес:
– Я не доверяю тебе. Но если ты столь уверенно заявляешь о подобном, тогда должен знать почему. Что… – У Чан уже шагнул вперед, чтобы выказать свою решимость, как вдруг яркая вспышка в небе заставила его замолчать.
За высокими стенами ночного сада что-то невиданных размеров ринулось к облакам. Выглядело это как огромный столб света красно-оранжевого оттенка, прорастающий из земли. Это нечто недолго бороздило небо, и, когда начало спадать, рассеиваться и клубиться, оба, У Чан и Сянцзян, в голос воскликнули:
– Огонь?!
Это необузданное пламя, разносящее свой жар по округе, было ни с чем не спутать. Уже через мгновение ночную прохладу окутало теплом.
Нечто похожее на взрыв находилось в тридцати минутах быстрого хода, как раз за большими и средними воротами поместья Луань – на окраине городской площади. И пока стоявшие в садике разглядывали разрастающийся огромный язык пламени, прогремели еще два удара. Новые взрывы были менее масштабными, но все же задели несколько строений. Спокойный город вмиг погрузился в кошмар, наполняясь криками и тревожным звоном колоколов.
Свержение правящего клана? Народный мятеж? Или же новая многолетняя война, что развернулась на фоне появления новых будущих небожителей? У Чан не мог понять, что происходит. Неожиданно Сянцзян подошел ближе и выдернул наследника из размышлений:
– Последователи культа демонов!
Он шагнул вперед, сделал прыжок в сторону стены, за которой прогремел первый взрыв, и его окутала беспросветная тьма. Клубы тумана на глазах разрослись до невиданных размеров, и из них вылетел змей длиной в три чжана, не меньше. В отличие от обычного пресмыкающегося, у него было мощное черное тело с густой гривой на спине, двумя парами лап со стальными когтями, с мощным хвостом и клыкастой пастью, над которой виднелась пара тонких усиков. Этот образ не умещался в голове оцепеневшего У Чана – разве подобное не только на картинках можно повстречать?
Он выкрикнул:
– Притворщик, ты куда?!
Услышав голос позади и быстро приближающиеся шаги У Чана, змей вцепился когтями в черепицу стены сада и мотнул хвостом в сторону наследника, свалив его с ног.
– Сиди здесь и не высовывайся! Если с тобой что-то произойдет, Го Бохай оторвет мне голову!
Изогнувшись своей длинной спиной, змей бросил презрительный взгляд на упавшего У Чана и взмыл в воздух.
– В смысле сиди здесь? В смысле?! Как я могу? Ты… – У Чан собрался с силами и прокричал: – Ты сам туда ринулся, а мне запрещаешь?
Он схватил меч, что успел выронить, и рванул в глубь поместья. Носиться по неизвестным коридорам долго не пришлось: все уже покинули свои покои и рабочие комнаты и сейчас, так же как будущий бог, бежали к главным воротам, чтобы лично посмотреть на происходящее. Пока У Чан был в толпе неизвестных, за стенами здания раздался гонг, звон которого не унимался и разгонял тревогу по жилам людей. Большинство, кто бежал рядом с У Чаном, были облачены с головы до ног в доспехи и вразнобой горланили.
– Нападение? Но это не может быть Юго-Запад!
– Это вы так думаете!
Один из солдат не выдержал:
– Ни к чему спорить, я уже знаю – это последователи демонических культов! Парочка была обнаружена в северном крыле поместья, они что-то выискивали и называли друг друга последователями Хоцзучжоу[97].
– Впервые слышу!
– Я тоже!
Один из говоривших остановился и дернул У Чана за руку.
– Господин! Это слишком опасно! Зачем вы идете с нами? Лучше останьтесь внутри, тут мы хотя бы сможем вас защитить.
У Чан возмутился:
– Послушай себя, что ты говоришь! Как я, будущий бог, могу стоять в стороне сложа руки, когда Востоку грозит опасность?! К тому же от самих демонов!
Другой человек, облаченный в легкие доспехи, поспешил:
– Но господин, если вы пострадаете, как нам объясняться перед Небесами и вашими родными за случившееся? Вы еще не вознеслись и на данный момент являетесь близким и дорогим гостем нашего владыки!
У Чан ускорил шаг и холодно отчеканил:
– Вот и подумайте над этим сами!
Два солдата переглянулись и догнали остальных.