Линь Ифу – Китайская экономика: вызовы, текущие итоги, перспективы на будущее (страница 14)

Для оборонно-промышленного комплекса и стратегических развивающихся отраслей, где пока нет сравнительных преимуществ, НИОКР требуют государственной финансовой поддержки в основном в виде прямых финансовых субсидий, хотя государство может также создать фонд для субсидирования НИОКР и закупок через национальное казначейство.

В целом, для вступления в новую эпоху, за которую ратовал XIX Всекитайский съезд, для осуществления великого возрождения китайской нации, для укрепления Китая и удовлетворения потребностей людей, стремящихся к лучшей жизни, необходим целый ряд инноваций. В инновационном процессе должны использоваться различные подходы в зависимости от особенностей каждого сектора. Для того чтобы финансы способствовали развитию реальной экономики, они должны поддерживаться соответствующими финансовыми механизмами в соответствии с развитием каждой отрасли и инновационным подходом. В инновационном процессе также следует уделять внимание координации, экологичности, открытости и обмену опытом. Если этого удастся достичь, то, я думаю, цели великого возрождения китайской нации и укрепления Китая будут достигнуты.

ИННОВАЦИИ В ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ ЗА 70 ЛЕТ РАЗВИТИЯ11

Поскольку в 2019 году исполняется 70 лет со дня основания Нового Китая, я хотел бы проанализировать современную экономическую теорию с точки зрения развития китайской экономики за последние 70 лет и в целом обсудить необходимость и направление самостоятельного обновления современной экономической теории.

Экономическое развитие Китая за последние 70 лет и доминирующее международное мышление

С широкой точки зрения экономическое развитие Китая за последние 70 лет можно разделить на два этапа: первый – с 1949 по 1978 год, когда была реализована плановая экономическая система, и второй – с момента проведения реформ и открытости в конце 1978 года по настоящее время, когда была создана социалистическая рыночная экономика с китайской спецификой.

В период плановой экономики теориями, которые мы анализировали, были оригинальные марксистские тексты и советская социалистическая политэкономия, а опытом, на который мы ссылались, был опыт Советского Союза, который в основном пытался построить полную систему тяжёлой промышленности на безденежной основе.

Анализируемая нами советская социалистическая политэкономия в то время во многом соответствовала доминирующей мировой экономической теории того времени: кейнсианство стало доминирующей макроэкономической теорией на Западе после Великой депрессии 1930-х годов, подчёркивая несостоятельность рынка и государственное вмешательство в ответ на это и утверждая, что для успешного экономического развития любой страны необходимо опираться на государство, чтобы преодолеть ограничения рынка в распределении ресурсов для успешного экономического развития любой страны. В то же время после Второй мировой войны многие развивающиеся страны вышли из колониального и полуколониального статуса и начали модернизацию своих государств под руководством лидеров первого поколения. В ответ на эту потребность в западной экономической науке возникла новая дисциплина – экономика развития.

Первое поколение теории экономики развития, известное сегодня как структурализм, утверждало, что для того, чтобы развивающиеся страны стали богатыми и сильными и догнали развитые страны, им необходимо развивать современную крупномасштабную промышленность наравне с развитыми странами. Это объясняется тем, что для «обогащения народа» и получения такого же уровня доходов, как в развитых странах, им необходим такой же уровень производительности труда, как в развитых странах; для того чтобы иметь такой же уровень производительности труда, как в развитых странах, им необходим такой же уровень передовых технологий и промышленности, как в развитых странах; а для того чтобы «сделать свои страны сильными», им необходима передовая военная техника, произведённая на основе передовых технологий и промышленности. Однако на самом деле вся промышленность развивающихся стран в то время базировалась на традиционном сельском хозяйстве и природных ресурсах. Поскольку производительность труда была очень низкой, то и уровень доходов был очень низким, а страна не обладала национальной мощью. Поэтому структурализм утверждает, что развивающиеся страны должны стремиться к развитию современной и передовой промышленности, что, собственно, соответствует цели нашей страны – «догнать Великобританию и перегнать США» в 1950 – 1960-е годы. Однако в развивающихся странах эти современные отрасли не могут быть созданы рынком, поэтому они рассматриваются как провалы рынка, и развивающиеся страны должны напрямую мобилизовать и распределять ресурсы для развития современных отраслей путём импортозамещения.

Такой тип развития позволяет развивающейся стране быстро построить современную промышленную систему на базе бедности. В частности, в 1960-х годах Китай смог испытать атомную бомбу, а в 1970-х – запустить в небо спутники, что, безусловно, является очень выдающимся достижением. Однако общие показатели экономического развития в развивающихся странах, придерживающихся такого подхода к развитию, оказались довольно низкими. Если посмотреть на ситуацию внутри страны, то уровень жизни населения долгое время оставался невысоким. К 1978 году, когда начался процесс реформ и открытости, уровень индустриальной структуры нашей страны казался очень высоким и передовым, но уровень дохода на душу населения был очень низким. После 30 лет упорного труда, прошедших с момента образования Нового Китая, уровень дохода на душу населения в нашей стране не достигал и трети от уровня беднейших африканских стран мира.

Другие социалистические страны находятся в той же ситуации, что и мы. Они могут быть передовыми с точки зрения индустриальных систем, но сильно отстают по уровню жизни. Другие несоциалистические развивающиеся страны, в том числе страны Латинской Америки, Южной Азии и Африки, под влиянием господствующей в то время теоретической идеологии также преуспели в индустриализации, но пережили экономическую стагнацию и различные кризисы, не сумев поднять уровень жизни населения.

В конце 1978 года Китай стал первой социалистической страной, перешедшей от плановой экономической системы к рыночной экономике. Другие социалистические страны, включая Советский Союз и страны Восточной Европы, начали процесс перехода в 1980 – 1990-х годах, в то время как другие несоциалистические развивающиеся страны Латинской Америки, Южной Азии и Африки также перешли от государственной импортозамещающей экономики к открытой рыночной экономике.

Доминирующей международной идеологией в 1980-е годы был неолиберализм, утверждавший, что низкий уровень экономического развития социалистических и других развивающихся стран обусловлен различными искажениями, вызванными чрезмерным вмешательством государства в рынок, и что низкий уровень экономического развития связан с неэффективностью государства. Эмпирически эффективность государственной экономической системы не столь эффективна, как эффективность рыночной экономической системы в развитых странах. Поэтому целью преобразований стал переход к рыночной экономической системе. В то время преобладало мнение, что переход к рыночной экономике требует создания необходимых институциональных механизмов рыночной экономики. Каковы же необходимые институциональные механизмы для рыночной экономики? Преимущество рынков заключается в том, что они позволяют эффективно распределять ресурсы. Как можно добиться эффективного распределения ресурсов?

Цены должны устанавливаться, а до переходного периода все виды цен в основном устанавливались государством, поэтому первая рекомендация заключается в том, чтобы страны вывели цены на рынок и затем позволили спросу и предложению на самом рынке определять окончательную цену, а также позволить цене определять распределение ресурсов. Более высокие цены на тот или иной товар означают, что спрос на него высок, и ресурсы направляются на увеличение производства для удовлетворения спроса. И наоборот, если цена на товар падает, то ресурсов на этот товар выделяется меньше. Эта логика очень понятна.

Цены не только устанавливались на рынке, но в то время в Китае и других странах с переходной экономикой и развивающихся странах существовало большое количество государственных предприятий, и даже если цены устанавливались на рынке, если предприятие было государственным, то государство должно было субсидировать его, а предприятие перечислять государству любую прибыль, так что цены не могли выполнять функцию распределения ресурсов. В этом случае, даже если цены на различные ресурсы и элементы определяются на рынке, по сути, в рыночной экономике, если цена на элемент повышается, компании должны использовать его экономно, чтобы повысить производительность, но в случае государственных предприятий, если цена на элемент повышается, это повышение не является явной проблемой, поскольку государство всё равно его субсидирует. Даже если цены на факторы растут, они не прибегают к мелким мерам по снижению издержек. В то же время, если цены на производимую продукцию растут, то, по логике рыночной экономики, они должны стремиться производить больше и получать больше прибыли. Однако поскольку прибыль государственных предприятий должна перечисляться государству, то при росте цен на продукцию государственные предприятия не стремятся к увеличению производства. Поэтому в то время существовало мнение, что все государственные предприятия должны быть приватизированы, чтобы рыночные цены играли решающую роль в распределении ресурсов, и эта логика была очень ясной и понятной.