Линь Ифу – Китайская экономика: вызовы, текущие итоги, перспективы на будущее (страница 15)

Ещё одним условием того, чтобы цены играли решающую роль в распределении ресурсов, является их стабильность. Если инфляция высока, то поведение потребителей искажается. Если цена на тот или иной товар постоянно растёт, потребители будут спешить купить больше этого товара, когда цена на него низкая, это приведёт к значительному увеличению спроса. С точки зрения производителей, когда компании видят, что цены продолжают расти, они откладывают продажи и ждут три-шесть месяцев, прежде чем возобновить продажи, и цены растут дальше. В результате получается замкнутый круг: высокие цены приводят к значительному увеличению спроса и значительному сокращению предложения. Таким образом, стабильные цены являются необходимым условием эффективного распределения ресурсов на рынке.

Как достигается ценовая стабильность? Необходимым условием является сбалансированность государственного бюджета. Если государственный бюджет не сбалансирован и существует дефицит, то этот дефицит в конечном итоге будет монетизирован. Увеличение количества денег приводит к инфляции, а инфляция – к искажениям.

Поэтому в 1980-х годах появился так называемый Вашингтонский консенсус, основанный на неолиберальном мышлении того времени. В соответствии с ним для успешного перехода в этих странах необходимо обеспечить маркетизацию, приватизацию и макростабилизацию, причём эти три реформы должны проводиться одновременно, чтобы быть эффективными. Если рынки будут либерализованы, а права собственности не будут реформированы, то результаты не будут положительными. Даже если рынки будут либерализованы, а права собственности реформированы, результаты будут неудовлетворительными, если будет наблюдаться макроэкономическая нестабильность.

Опыт трансформации моей страны и размышления о нём

Реформы, начатые нами в 1978 году, не соответствовали сложившейся в то время международной точке зрения. В процессе перехода к рынку мы проводили двухколейные поэтапные реформы, руководствуясь принципами либерализации и прагматизма: предоставляли защитные субсидии на переходный период государственным предприятиям, которые ранее были приоритетными для развития, либерализовали доступ в некоторые трудоёмкие отрасли, подавляемые в прошлом, и активно направляли их развитие в соответствии с обстоятельствами. Поскольку инфраструктура изначально была очень слабой, а условия ведения бизнеса – очень плохими, были созданы особые экономические зоны и зоны переработки и экспорта для улучшения инфраструктуры, предоставления услуг по принципу «одного окна» и создания благоприятных местных условий для преодоления недостатков в инфраструктуре и условиях ведения бизнеса.

В 1980 – 1990-е годы в мире сложилось мнение, что переход от плановой экономики к рыночной может быть успешным только в том случае, если институциональные механизмы, необходимые для рыночной экономики, будут внедрены в одночасье с помощью «шоковой терапии». Существовал также международный консенсус о том, что постепенный переход на двухколейную систему, подобную той, которая была реализована в Китае, когда ресурсы распределяются и рынком, и государством, является наихудшим из возможных институциональных механизмов и что он приведёт к экономике ещё менее эффективной, чем первоначальная плановая экономика, и с ещё большим количеством проблем. Почему это худший институциональный механизм? Из-за одновременного существования плана и рынка низкая цена государственного плана и высокая цена рынка создают возможности для арбитража, порождают коррупцию и ведут к увеличению разрыва в доходах.

В Китае такое явление возникло после переходного периода, и одна из наиболее распространённых сделок в 1980-е годы получила название демпинга. До 1978 года таких сделок не было, но после постепенного внедрения двухколейных реформ в 1978 году появились демпинг запланированных государством товаров и сделки, основанные на получении распределения между запланированными и рыночными ценами. Более того, чтобы получить эти дешёвые плановые товары, демпингующие вынуждены использовать все свои связи для извлечения ренты, что приводит к коррупции и создаёт проблемы распределения доходов.

Именно из-за этих практических проблем в Китае в 80-е годы прошлого века началось противодействие постепенному реформированию двухколейной системы, что и стало причиной появления «теории краха Китая», когда экономическое развитие страны замедлилось. Однако за последние 40 лет наша экономика не только быстро росла, но и сделала Китай единственной страной в мире, не испытавшей за это время экономического кризиса. В большинстве других социалистических и развивающихся стран изменения проводились в соответствии с господствующим Вашингтонским консенсусом, что привело к экономическому краху, стагнации и кризисам. Кроме того, проблемы коррупции и разрыва между богатыми и бедными, проявляющиеся в нашей стране, существуют и в других странах, причём зачастую более серьёзные, чем в нашей стране. Всемирный банк и Европейский банк развития провели ряд эмпирических исследований в Советском Союзе, Восточной Европе и Латинской Америке, которые подтверждают эту точку зрения. Они обнаружили, что после маркетизации, приватизации и макростабилизации средние темпы роста в этих странах были ниже, чем в 1960 – 1970-е годы до начала переходного периода, кризисы случались чаще, а такие проблемы, как коррупция и растущее неравенство доходов, были более серьёзными, чем в Китае.

Почему доминирующая экономическая теория не смогла преобразовать развивающиеся страны?

У китайского делового сообщества есть вопрос, над которым стоит задуматься. Теории призваны понять и преобразовать мир, но почему так получается, что основные экономические теории так успешно понимают проблемы развивающихся стран и стран с переходной экономикой, но развивающиеся страны неизменно не могут сформулировать политику развития и преобразования в соответствии с этими теориями? Я думаю, что основная причина заключается в том, что эти теории исходят из развитых стран и используют развитые страны в качестве системы отсчёта, игнорируя тот факт, что различия между развивающимися и развитыми странами являются эндогенным результатом различных условий.

Например, если в развивающихся странах отрасли, как правило, трудо- или ресурсоёмкие и имеют низкую производительность труда, то в развитых странах сосредоточены капиталоёмкие, технологически развитые и высокопроизводительные отрасли. Однако такая дифференциация в структуре промышленности определяется эндогенными факторами. Развитые страны имеют капиталоёмкие и технологически передовые отрасли, поскольку после двух-трёх веков накопления капитала в результате промышленной революции они стали относительно богатыми капиталом и получили сравнительные преимущества в таких отраслях. Каковы общие характеристики развивающихся стран? Они не имеют сравнительных преимуществ в капиталоёмких отраслях из-за крайнего дефицита капитала.

Если страна развивает отрасли, в которых она не имеет сравнительных преимуществ, например, трудоёмкие производства в развитых странах и капиталоёмкие – в развивающихся, то эти отрасли неизбежно не способны к саморазвитию на открытых конкурентных рынках и не могут выжить без защиты и субсидий. Однако основная теория развития, возникшая после Второй мировой войны, не признавала, что промышленная структура отдельных стран определяется эндогенными факторами, и рассматривала в качестве проблемы только низкую производительность традиционных отраслей в развивающихся странах, а также способствовала развитию передовых капиталоёмких отраслей, не меняя экзогенных причин эндогенных следствий, что приводило к провалам и неизбежно заканчивалось неудачами.

Первоначально неолиберальная теория очень убедительно доказывала, что государственное вмешательство и искажения неизбежны в переходный период. Однако следование этим идеям в переходный период привело к замедлению темпов экономического роста по сравнению с первоначальными представлениями. Почему же политика, которая следовала таким аргументам, на самом деле привела к снижению темпов экономического развития и увеличению частоты кризисов? Основная причина заключается в том, что неолиберальная теория игнорирует тот факт, что различные искажения, предшествовавшие переходному периоду, также были эндогенными. Почему эти перекосы, интервенции и защитные субсидии существуют? Причина в том, что отрасли, которым следовало бы отдать предпочтение до начала переходного периода, настолько капиталоёмки, что предприятия этих отраслей не могут самостоятельно существовать на открытом и конкурентном рынке и не могут выжить без защитных субсидий. Согласно неолиберальным представлениям, для создания эффективных рынков, аналогичных рынкам развитых стран, необходимо одновременно проводить маркетизацию, приватизацию и макростабилизацию, чтобы сбалансировать государственный бюджет, что требует немедленного отказа от защитных субсидий всех видов. В результате отмены субсидий отрасли, не отвечающие сравнительным преимуществам, не смогут выжить, что приведёт к частым банкротствам предприятий, массовой безработице, социальной нестабильности, политической нестабильности и экономическому коллапсу. В то же время многие капиталоёмкие отрасли связаны с национальной обороной и безопасностью, и без защиты и субсидий они не смогут выжить, а национальная оборона и безопасность не будут гарантированы. Так было и на Украине. Когда-то она могла производить ядерные бомбы, авианосцы и самые большие в мире самолёты, но когда в 1990-е годы в стране произошла трансформация, она не получила субсидий для обеспечения финансового равновесия и была вынуждена отказаться от всех этих отраслей.