Линь Ифу – Китайская экономика: логика развития и перспективы (страница 14)
Различия между китайско - американским соперничеством и американо - советской холодной войной
Китай и США находятся в состоянии соперничества, а в некоторых сферах даже появились первые признаки холодной войны. Чем это отличается от холодной войны между США и СССР в прошлом? На сайте Guancha.cn было опубликовано интервью с американским стратегом-реалистом Джоном Миршаймером (John Mearsheimer). По его мнению, нынешняя ситуация между Китаем и США мало чем отличается от холодной войны между США и Советским Союзом. Несмотря на обширные и глубокие экономические связи между Китаем и США, они не имеют значения перед лицом военного и геополитического соперничества, по крайней мере, не являются решающими факторами. Если вспомнить причины Первой мировой войны, становится ясно, что торгово-экономические отношения не могут повлиять на геополитику двух стран.
На мой взгляд, нынешние отношения Китая и США отличаются от холодной войны между США и СССР. Холодная война между США и Советским Союзом велась за победу одной идеологии над другой. Это была борьба не на жизнь, а на смерть, и соперничество носило глобальный и всеобъемлющий характер. Между США и СССР практически отсутствовали экономические и социальные связи. В то время как в отношениях Китая и США продвижение собственной идеологии носит «односторонний» характер: к этому стремятся США, у Китая же таких планов нет. В этом аспекте соперничество между двумя странами явно не является «смертельным». Оно не носит всеобъемлющего характера и сосредоточено в основном в геополитической и технологической сферах, причем геополитическое противостояние ограничивается западной частью Тихого океана. Кроме того, между Китаем и США установлены тесные экономические и социальные связи.
Сходство с холодной войной между США и СССР заключается в том, что все три страны имеют разные идеологии и системы ценностей, а военное и технологическое соперничество также носит всеобъемлющий характер.
В идеологической сфере существуют так называемые «Вашингтонский» и «Пекинский консенсус». Изначальное значение «Вашингтонского консенсуса» отличалось от современного. В 1980-х годах западные страны-кредиторы, Всемирный банк и Международный валютный фонд разработали этот консенсус для решения долгового кризиса в Латинской Америке. Он требовал от латиноамериканских стран проведения структурных экономических реформ, выраженных в «трех основных пунктах» и «десяти подпунктах». Первый принцип - разумная денежно-кредитная и фискальная политика, запрет монетизации дефицита и необоснованного повышения налогов; второй - приватизация; третий - ослабление контроля над экономикой и либерализация. В этом смысле Китай открыто и честно реализовал «Вашингтонский консенсус».
После 2010 года значение «Вашингтонского консенсуса» существенно изменилось: теперь он означает «демократическую политику плюс либеральный капитализм». На этом этапе появился «Пекинский консенсус», трактуемый как «авторитарное правление плюс государственный капитализм». «Пекинский консенсус» - это западная концепция, созданная для противопоставления новому «Вашингтонскому консенсусу». Мы должны быть бдительны в этом вопросе. Возможно, это попытка некоторых западных кругов дискредитировать экономические достижения Китая. Согласно «Пекинскому консенсусу», эти достижения ничего не стоят, являясь результатом государственного капитализма при авторитарном режиме - роста, достигнутого за счет благосостояния народа. Такая модель, по их мнению, не должна распространяться на другие страны.
Мы должны четко осознавать, что стремительный экономический рост Китая никоим образом не обусловлен так называемым государственным капитализмом и не является результатом только государственного вмешательства. Напротив, он достигнут главным образом благодаря развитию частного сектора. Большая часть экономического роста создана частными предприятиями. В Китае существует консенсус на всех уровнях от руководства до простых граждан относительно концепции «50, 60, 70, 80, 90» (частный сектор обеспечивает более 50% налоговых поступлений, более 60% ВВП, более 70% технологических инноваций, более 80% городской занятости и более 90% общего числа предприятий). Государственные предприятия остаются прибыльными в основном потому, что большинство из них относятся к сырьевым отраслям, занимая монопольное положение как поставщики ресурсов, а также получая государственную и банковскую поддержку на льготных условиях.
Нам следует быть весьма осторожными относительно концепции разделения на «авторитарные» и «демократические» режимы, поскольку она несет в себе множество проблем. Между «личной диктатурой» и популизмом существует непрерывный спектр различных форм правления, включая множество дополнительных факторов. Китайская система во многих аспектах содержит значительные демократические элементы, представляя собой смешанную форму правления. Упрощенное деление на авторитаризм и демократию ненаучно, однако на Западе четко противопоставляют «Вашингтонский» и «Пекинский» консенсусы.
Во время пандемии это противопоставление усилилось. С одной стороны, Китай добился поэтапных успехов в борьбе с эпидемией. После введения карантина в Ухане стране удалось добиться длительного ослабления эпидемии ценой краткосрочных трудностей. С другой стороны, реакция Запада была более сложной. Сначала там считали, что пандемия их не коснется, что это проблема «отсталого Китая». Некоторые даже заявляли, что болезнь поражает только «желтую расу», проявляя постколониальное высокомерие и расистские настроения. На следующем этапе западным странам пришлось принять те же меры, что и Китай: вводить карантин, сначала в Италии, затем в США, Великобритании и других странах. На позднем этапе они стали более раздраженными, поскольку Китай успешно справился с кризисом, первым вышел из пандемии и возобновил экономическую деятельность. Запад начал обвинять Китай в сокрытии информации, что является полнейшей чушью.
На церемонии открытия видеоконференции 73-й Всемирной ассамблеи здравоохранения председатель Си Цзиньпин выступил с речью, поддержав оценку мер по борьбе с пандемией. Информационное бюро Госсовета КНР опубликовало Белую книгу «Меры Китая по противодействию новой коронавирусной пневмонии». Следует отметить, что Запад стал более настороженно относиться к китайской модели.
С точки зрения геополитики американская стратегия «возвращения в Азиатско-Тихоокеанский регион» похожа на животный инстинкт защиты своей территории. Китай естественным образом сопротивляется этому. США называют себя «городом на холме», но Китай - единственная в мире страна с тысячелетней цивилизацией, также имеющая глобальные амбиции. По стремительному развитию военно-морского флота и военно-воздушных сил Китая видно, что разрыв в вооружениях между двумя странами сокращается, поэтому противостояние в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях неизбежно.
Кроме того китайская инициатива «Один пояс - один путь» представляет собой уникальный, активный и амбициозный международный проект Китая после 1949 года. Это также вызвало настороженность Запада, который опасается, что Китай намерен распространять свою модель и расширять международное влияние. Конечно, в развитии инициативы есть проблемы, такие как чрезмерный масштаб, большое количество проектов и кредитов, недостаточный экспорт идей и практик, которые требуют корректировки.
Во время пандемии Китай оказал гуманитарную помощь Европе: впервые в истории развивающаяся страна (или так называемая «отсталая» страна) помогла центру западной цивилизации. Это вызвало обеспокоенность в США и Европе относительно возможных геополитических последствий.
Неразрывные технологические связи Китая и США
Пол Самуэльсон (PaulSamuelson), один извеличайшихэкономистов XXвека, опубликовал в 2004 году свою последнюю научную статью, в которой поставил проблемы негативного влияния китайских технологий на США. В то время технологии Китая не были столь передовыми, поэтому мало кто из американцев обратил на это внимание. После 2010 года США начали предпринимать активные действия, связав свою стратегию «возвращения в Азиатско-Тихоокеанский регион» с технологическими ограничениями против Китая.
Хочу подчеркнуть, что изменение политики США в отношении Китая началось не с Трампа. Фактически, еще при Обаме США обвинили Китай в «краже» американских технологий. От «Инцидента с компанией Sany» и «Дела ZTE» до «Специального отчета 301» и «Дела Huawei» - черный список Министерства торговли США против китайских компаний постоянно растет. Недавно в него включили Харбинский политехнический университет, Пекинский университет авиации и космонавтики и другие технические вузы, ужесточив контроль за китайскими студентами в областях STEM (наука, технологии, инженерия, математика). Кроме того, начались преследования преподавателей американских университетов, сотрудничающих с Китаем, что привело к сокращению научно-исследовательского взаимодействия между вузами двух стран.
Жесткая и деспотичная технологическая блокада США против Китая подняла вопрос: приведет ли это к формированию двух параллельных технологических систем? Для ответа нужно учесть два фактора.