Лилия Сурина – Рыжая на его голову (страница 19)

Встаю и переодеваюсь в домашнюю одежду. Раз уж у меня выдался выходной, то устрою генеральную уборку и тотальную стирку. На глаза попадается спортивный костюм, в котором была на пикнике. Он уже не цвета беж, скорее напоминает торт «зебра», со светло-темными полосами. Зато я обыграла Страйкера!

Переделав все дела, я иду на работу. Команды нет, не за кем подбирать шайбы, но я могу помочь Оксане с малышней. Надеваю коньки и куртку, и выхожу из своего кабинетика, сталкиваюсь с той, которую меньше всего хотела бы видеть.

— Эй, овца, думала я тебя не найду? Защитничек уехал, а ты как трусливая крыса в норке спряталась? — Лиза стоит в дверях, строя страшную физиономию. Но мне скорее смешно, чем страшно.

— Чего тебе, Егорова? Прямо говори, что надо, мне некогда, — натягиваю перчатки, мне не до разговоров сейчас.

— Ты чего борзая такая? — хватает меня за куртку и прижимает к стене. — Не поняла еще, что я не отступлюсь?

— Да мне вот интересно, если я уйду с твоей дороги, то как ты Глеба в себя влюбишь? Он уже ненавидит тебя, за твою настырность. Он не станет тебе подчиняться, не из таких…

— Да что ты понимаешь? Свали, сказала, дальше я сама знаю… иначе, пожалеешь!

— Что ты мне сделаешь? Устроишь травлю, заставляя меня уйти из школы? Я тебя не боюсь, если попортишь мои вещи еще хоть раз, то сообщу в полицию, молчать не стану больше. И убери от меня свои лапы!

Бью по наманикюренным пальцам, Лиза вскрикивает и раздраженно рассматривает свои наращенные ногти. Меня переполняет злость, так и хочется вцепиться в блондинистые патлы, явно выбеленные. Едва сдерживаю себя. Отталкиваю одноклассницу и выхожу из малышовой раздевалки в общий коридор, направляясь на малую площадку.

— Вот овца, маникюр попортила, — слышу ворчание позади, усмехаясь.

Я еще никогда не делала такой маникюр, только сама ухаживаю за ногтями и иногда крашу почти бесцветным лаком. Хочется, конечно, с узорами, красивые. Но потом, когда стану совсем взрослой. А пока хочу еще немного побыть девочкой.

— Куда почапала, блоха, — дергает меня за капюшон, чуть не падаю, неустойчивая у меня позиция на коньках. — Мы не договорили.

— Ты бы хоть определилась, кто я, а то, то овца, то блоха, — резко разворачиваюсь и из всех сил толкаю Егорову. — И я предупредила — не трогай меня своими лапами!

Лиза морщится, хватаясь за грудь. Да, неприятненько, когда тебе отпор дают. Но она быстро приходит в себя и делает шаг ко мне.

— Ладно, Дроздова, больше приставать не буду. Пока. Но если еще раз увижу твою хилую невзрачную тушку рядом с Глебом, пеняй на себя. Мой дядя здесь директором работает, — она обводит взглядом стены коридора. — Как думаешь, Шмелев сильно расстроится, если его выпрут из команды? А дядя меня любит, всегда желания исполняет. Имей в виду.

Егорова ухмыляется и уходит, а я стою в растерянности. Угрозы мне я могу проигнорировать. А вот хоккей — это все для Глеба, с самого детства тренируется, тратит все силы и время на спорт.

— Загрузилась? Молодец, думай. А, еще, я и соцсети твои проверю, если увижу его в твоих друзьях, то сразу к дяде в гости наведаюсь, — подмигивает мне и скрывается за углом.

Я что-то так устала, резко. Присела на скамью у стены. Вот сейчас, мой боевой дух пропал и мне хочется плакать. Закрываю глаза, откидываясь назад. В кармане куртки вибрирует смартфон, но я даже пальцем не шевелю. Глеб звонит. А я пока не знаю, что делать, как поступить.

Одно точно знаю — Глеба подставлять не буду…

Глава 26

Он не успокоится, пока не услышит мой голос. Когда в очередной раз начинает трезвонить, я нацепляю улыбку на лицо и принимаю видеозвонок. Вот какой, ему даже мало слышать, видеть нужно.

— Чего долго не отвечала? — спрашивает строго, так мило хмурит брови.

— Выходила, телефон не брала с собой, — вот, я уже врать научилась, но не говорить же правду, через полчаса у Глеба матч, настрой терять нельзя.

— А нос чего розовый?

— Глеб, — смеюсь, глядя в его яркие голубые глаза, — а каким должен быть мой нос? Зеленым или синим? Здесь холодно, вообще-то…

— Ты в ледовом? Сказал же — сиди дома! — парень все больше хмурится и начинает рычать. — Егорова тебя и там может достать. Как знал же… надо было тебя взять с собой.

— Перестань, ничего она мне не сделает. К тому же, я сейчас пойду к Оксане, туда точно не сунется. А ты иди готовься, жду с победой.

Еще с минуту прощаемся, пока не вспоминаю о поцелуе, я же талисман Страйкера, чмокаю экран смартфона.

— Ну все, ритуал исполнен, иди, а то мальчики снова смеяться начнут, — машу рукой, настроение поднялось и уже не страшны слова этой злючки Егоровой.

— «Мальчики» укатались на тренировке, по гаджетам залипли, — Глеб поворачивает свой смартфон, показывая мне раздевалку хоккеистов, называет по именам, и то один, то другой поднимает голову от телефона и машет мне, улыбаясь, кричат «Привет». — Видала? Отдыхают, черти. Сейчас перекур кончится и пойдем порвем «Юность». Ладно, птаха, беги к Оксане, работай.

Но я еще сижу, сбросив вызов. Да, пойду к Оксане, посоветуюсь. Она лучше знает, на что способен директор ледового, и пойдет ли на поводу у своей племянницы. Думаю, вряд ли он это сделает, взрослые адекватнее юных. А на Глебе команда держится, он же бомбардир, его трудно заменить.

Дверь в кабинет тренерши приоткрыта, и я слышу ее голос и еще чей-то, парень чужой. Хочу уйти, но не успеваю, Оксана выходит и вместе с ней гость. Высокий симпатичный парень, с улыбкой смотрит на меня, взъерошивая темные волосы. В руках огромная спортивная сумка, у Глеба такая же.

— Даниэла, познакомься, это Олег Корецкий, будущий бомбардир команды «Торнадо». А это наша подбирашка, и моя помощница, даже скажу больше — моя правая рука, — теперь представляет меня новичку, я же застываю от неожиданности. — Если что-то будет нужно, то можешь смело обращаться к девочке, она поможет.

— Хорошо, — парень протягивает мне руку, я на автомате пожимаю ее. — Покажешь, где раздевалка команды?

Я киваю, покажу, конечно. Разве так бывает? Дядя Лизы Егоровой уже воплотил ее угрозу в реальность? Но как так быстро? Я только несколько минут назад разговаривала с Глебом, решив, что не послушаюсь ее. И сразу на его место приходит новый нападающий. И я веду его в раздевалку команды, он осматривается, подходит к одному шкафчику, который оказывается заперт, потом дергает за ручку другую дверцу.

— Не знаешь, какой свободен? — спрашивает, а я пожимаю плечами.

Внутри раздевалки не бываю. Тоже подхожу к шкафчикам и пробую открыть. Потом замечаю, что у крайнего шкафчика приоткрыта дверца. Он пустой. Олег складывает свои вещи в него, закрывает дверцу на ключ, найденный на полке.

— Ну что, лед покажешь? А кафетерий есть в здании? А разговаривать ты умеешь, Даниэла? — шутит парень, делая жест в сторону двери.

— Умею. Пойдем, все покажу, — раздраженно говорю, мне неприятен этот приветливый парень, который пришел заменить моего Глеба.

— А чего грустишь? — идет рядом не торопясь, оглядываю мельком его опрятную одежду, дорогой спортивный костюм и белые кроссовки. — Не нравлюсь тебе?

— А ты должен мне нравиться? — останавливаюсь, взрываясь и упирая руки в бока. — Ты пришел, чтобы моего парня выкинули из команды?

— Ух, какая боевая! А кто он, твой парень? Я же не в курсе.

— Глеб Шмелев, нападающий команды.

— А, понял. Давай поясню? — мы пришли на трибуны, Олег садится в кресло на верхнем ряду, я стою рядом. — Присядь.

— Ну попробуй, — располагаюсь через кресло, рядом сидеть не хочу.

— Я пришел на место твоего Шмелева, все правильно, вот когда он уедет в столицу, через полгода или чуть больше, а может даже и раньше, тогда только стану полноправным бомбардиром команды. Так что, не кусайся, я никого раньше времени смещать не собираюсь. Просто всегда заранее ищут замену, чтобы не метаться потом. А я в этом городе надолго, надеюсь лет пять буду играть за «Торнадо». Пока возраст позволит.

— А сколько тебе лет? Где учишься? — у меня проснулось любопытство, дружелюбие Олега его разбудило.

— Я неделю назад приехал в этот город, родители погибли, и дядя оформил опекунство… — парень замолчал, глядя задумчиво на лед.

— Ой… прости…

— Да ладно, я уже давно не горюю, восемь лет прошло. Так вот, дядька мой перетащил свой бизнес на побережье, он тут родился. Всегда сюда тянуло, а из-за меня пришлось все бросить и приехать в мой город, там после родителей дом и компания остались, правда в долгах. Он дело поправил и мы решили приехать сюда. Мне лично пофиг, где жить, лишь бы ледовый под боком был. Я как твой Шмелев, с детства на коньках. А учусь в той же школе, что и он, только в десятом классе. Мне шестнадцать летом исполнилось.

Мне не верится, он выглядит взрослее, будто уже не в школе учится. Наверное, досталось в жизни, пришлось быстро повзрослеть. Мы идем вниз, парень с восхищением осматривает ледовую площадку, трибуны и большое табло.

— Зашибись! У нас намного хуже ледовый, а тут прямо супер! — поворачивается ко мне, улыбается. — Ну что, пойдем отметим? Где тут у нас кафетерий?

— Где кафетерий покажу, но праздновать с тобой не буду, уж извини, — сразу пресекаю попытки Олега подружиться поближе. — Глебу не понравится, если я буду с другим парнем по кафешкам ходить, пока он на сборах.