Лилия Сурина – Рыжая на его голову (страница 18)
— Почему я, Глеб? — вдруг спрашивает и голос дрожит.
— А почему не ты? — возвращаю вопрос.
Так тухло в груди, я все испортил. Не будет теперь мне доверять, и гулять больше не согласится. Вот идиот, дался мне этот поцелуй.
— Вокруг тебя столько девчонок, красивых, классных… а я? Никакая.
— С чего ты это взяла?
— В зеркало смотрю. Я не подхожу тебе. Только как друг, вот так прогуляться, поболтать… я выгляжу как ребенок… веснушки эти, косметикой не пользуюсь.
— В этом все дело? — поворачиваю девушку к себе, веснушек не разглядеть, костер уже почти не светит, но я и так их помню. — А ты в зеркало когда смотришь, только лицо разглядываешь? Знаешь, мужчинам важно не только лицо.
— А что еще? Фигура? — обидчиво поджимает губы, мне снова ее поцеловать хочется.
— Лично мне ты вся нравишься, и как девушка, и как человек. В тебе ни грамма фальши, ты не ребенок, просто непосредственная, открытая, не хочешь казаться лучше, чем есть. Ты самая лучшая. Возьми любую девчонку из нашего класса, да и вообще, твоего возраста, в них уже мало что естественного осталось. Один выпендреж и тонна штукатурки. Ты другая…
Смотрит мне в глаза, слушает. Обида прошла, радость прорывается сквозь сомнения. Кажется, не все потеряно.
— Но ты же злился вначале, сказал, что не нравлюсь…
— Вначале да, ты меня за пару дней несколько раз перед ребятами дураком выставила, я бесился. Прости. Никогда еще со мной таких столкновений не происходило, а тут прямо неуклюжим стал вдруг. А вот если тебя напрягает твоя внешность, то давай я тебя к маме в салон отвезу, она сможет помочь тебе повзрослеть, если хочешь. Только вот я тебе от этого нравится не стану больше. И за этот поцелуй прости, все, больше к тебе не лезу. Обещаю. Поехали домой?
Поднимаю руки, будто сдаюсь, отступая к костру.
— Погоди, — смеется, хватаясь за мой жилет, притягивает к себе. — Кто тебе сказал, что ты мне не нравишься? Просто я сомневалась… И поцелуй очень понравился, неожиданно получилось, я растерялась.
Данька поднимается на цыпочки и целует меня. Теперь и я растерялся, действительно неожиданно. Но быстро беру себя в руки и приподнимаю птаху, крепко прижимая к себе. Впитываю нежность ее ароматных губ, закрываю глаза, наслаждаясь.
— Станешь моей девушкой? Официально, так сказать, — смеюсь тихо, щекоча губами зардевшиеся щеки.
— Мне надо подумать… — заявляет Данька, а у меня сердце ухает в пятки. Но и она смеется, сжимая теплыми ладошками мое лицо. — Всё, я подумала.
— И?
— Конечно согласна! Как можно отказаться? Хоть недолго побыть счастливой…
Отпускаю ее, веду за руку к костру, нахожу несколько веток и подбрасываю в огонь.
— Не понял сейчас, почему недолго?
— Сам посуди, скоро мы окончим школу, ты уедешь в свой МХЛ, а я… наверное, вернусь в Верону. Поступлю учиться на педиатра, и мы больше никогда не встретимся, — грустно произносит, отворачиваясь от меня.
— Нет, не вернешься, — сжимаю маленькие пальцы в своей большой ладони, — я заработаю деньги, сниму жилье в столице и заберу тебя. Будешь учиться там на врача. Мы будем вместе.
— Когда же ты успеешь? Пока будешь зарабатывать, я пропущу год, или два…
— Тогда так — поступаешь здесь, потом переведем тебя в столицу. Согласна?
— С тобой, на все согласна, — прижимается ко мне, а я рад, что не спорит. — Ты об этом поговорить хотел? Привез меня сюда для разговора же, или тебе так не терпелось меня поцеловать?
— Я уезжаю завтра, с командой, у нас игра в другом городе. Ты слышала, наверное. Ты в школу не ходи, пока не приеду, потом справку тебе сделаю. Неспокойно мне. Для этого и привез. Да и место необычное, люблю его, часто здесь бываю, вот, решил с тобой им поделиться.
— А как называется это место? Мне оно тоже понравилось, так необычно…
— Местные прозвали мыс «Ярость Нептуна». Так как, посидишь дома?
— Нет. Новые темы начались, не хочу пропускать. Если ты думаешь, что Лиза снова за меня возьмется, то зря паникуешь. Она успокоилась, — Данька вскакивает с бревна, а я хмурюсь. Теперь дергаться буду, пока не вернемся домой. Тоже встаю, ловлю ее в объятия.
— Не обольщайся, она просто затаилась. А темы нагоним потом, всего два дня пропустишь, а там выходной. Прошу тебя, птах, я же не смогу спокойно отыграть, зная, что ты с этой выдрой наедине осталась. Даже Дена не будет, чтобы приглядеть.
Тревога нарастает, Данька насупилась, слишком правильная, не любит врать и юлить.
— Ладно. Но только ради тебя, чтобы ты не отвлекался, и вы приехали с победой, — тянется ко мне, приподнимаясь на цыпочки.
Первый поцелуй продолжается.
Глава 25
Даниэла
— Даня, поторопись, я уже на выходе, — стучится в комнату папа, а я сижу, прижав колени к груди и забившись в угол дивана и смотрю в одну точку. — Доча? Случилось чего? Ты в школу едешь со мной или парень тот приедет.
— Его Глеб зовут, пап… он не заедет, уехал на сборы. Можно я не пойду сегодня в школу?
— Это почему еще? Поругались? — папа присаживается рядом и уже протягивает руки, собираясь успокаивать свою любимую дочурку, но я улыбаюсь, и сама прижимаюсь к нему.
— Наоборот… Глеб вчера предложил мне стать его девушкой.
— А… ясно. Вы там только это, без баловства, школу сначала нужно окончить.
— И в мыслях нет, нам и так хорошо, гуляем вместе, он заботится обо мне, защищает…
— На тебя кто-то нападает, что Глеб защищает? Так ты мне скажи, я быстро этих негодяев на место поставлю, — папа смотрит на наручные часы, торопится.
— Да нет, все хорошо, — успокаиваю родителя, молясь, чтобы ушел наконец, дал мне принять решение. — Ты поезжай. У меня просто живот болит.
— Врача вызвать? — еще больше беспокоится, осматривая мое лицо, трогая лоб рукой. — Чет ты бледная сегодня.
— Ну папа… я же девочка, у меня каждый месяц живот болит, — говорю честно, стараясь не рассмеяться. Я всегда бледная, не только сегодня.
— Ладно, не ходи сегодня в школу, если ругаться будут, то я вступлюсь, — гладит меня по голове и уходит, пожелав приятно провести день.
Живот и правда ноет, с утра на мою голову свалилось женское недомогание, и если честно, то в школу и так не хочется. Я в такие дни чувствую себя неуютно, боясь, как бы не опозориться, было раз уже такое. Но форму надела и сижу в раздумьях. Ведь недомогание не причина для пропуска. И Глеба расстраивать не хочется. На компьютерном столе вибрирует мобильник, подскакиваю. Страйкер.
По видосвязи.
— Доброе утро, птаха, — улыбается во весь рот.
Слышу шум мотора и автобусные кресла сбоку, только поехали.
— Доброе… счастливого пути, жду тебя с наградой, — сердечко сладко сжимается, так и хочется прикоснуться к дисплею, погладить его лицо.
— Не понял, а ты где? Почему в форме? — тут же хмурится и рычит. — Я ведь вернусь сейчас, если ты в школу собралась.
— Ну… хотела. Но не пойду, уже и папе сказала, что дома остаюсь.
— Честно? Не хочу, чтобы ты с этой бешеной оставалась один на один.
— Я ее не боюсь. Ну не убьет же Лиза меня… вынудит уйти, я уйду. На дистанционку. Мне сразу предлагали такое обучение, я сама выбрала посещение школы.
— Это не выход…
— А трястись постоянно — выход? Бояться эту девчонку, сидеть постоянно дома, когда ты будешь уезжать на сборы?
— Я придумаю, что-нибудь… ладно, потом позвоню, а то парни ржут как кони, в шоке от меня.
Глеб и сам смеется, я слышу шутки, что Страйкер розочками покрылся, скоро клюшку в розовый цвет покрасит. И ничего, что у всех тоже есть девушки, причем уже давно. Растягиваюсь на диванчике, обнимаю подушку. Надо подумать.
Жаль, что не веду дневник, и мама у меня не такая, чтобы доверить ей свои мысли и мечты, поделиться сомнениями. Я их просто рассказываю, сидя в своей комнате. Самой себе. включаю тихо музыку, ложусь вот так и рассказываю, все, что накипело. Создается впечатление, что я у личного психолога, просто он молчит, сидя у окна.
Начнем с того, что я не верю в будущее с Глебом. Он смотрит далеко вперед, а я знаю, что через несколько месяцев мы окончим школу и наши пути разойдутся. Он уедет в столицу, там быстро найдет себе другую птаху. Птаха… мне нравится, как он меня называет, так мило. Лучше, чем мелкая.
Итак, он станет знаменитым хоккеистом, а мне дорога обратно в Италию, где оплачен уже первый курс медицинского колледжа. Это в России заранее редко заботятся о будущей профессии своих детей. А во многих странах все планируется заранее, и даже оплачивается. Я твердо решила учиться на педиатра, не учла только одного — что мама выйдет замуж за мужчину, от которого мне придется бежать в другую страну.
Вздыхаю. Я не верю в судьбу, или в сказки. Но у меня есть несколько месяцев на счастье, на радость, которую дает мне общение с Глебом. Я уже не чувствую себя некрасивой, вижу, что реально нравлюсь парню. Вдруг припомнились наши с ним столкновения в первые дни. Да уж, мы буквально ворвались в жизнь друг друга.