Лилия Хисамова – Плюс одна разница (страница 2)

Потёмкин переехал к своей любовнице. А ещё нашёл другого спонсора для своего стартапа. И, похоже, дела у него идут в гору.

Прошло полгода.

Стала ли я счастливой?

Не думаю.

Предательство жениха раскрошило часть меня.

Ту самую хрупкую часть, которая отвечала за доверие к мужчинам. Она треснула, как тонкое стекло, и осколки разлетелись так далеко, что собрать их уже невозможно.

Я перестала видеть в мужских взглядах искренность. Любовь, о которой пишут в книгах и поют в песнях, кажется мне сейчас неприятной шуткой.

А ещё мне исполнилось тридцать.

Эта цифра как отметка на невидимой шкале времени, напоминающая, что молодость с её розовым взглядом на жизнь осталась в прошлом.

По крайней мере, у меня есть работа, которую я люблю. И скоро, я почти уверена, получу долгожданное повышение.

— Ваш торт, — вежливо произносит официант, ставя передо мной изящную тарелку с кусочком шоколадного десерта.

Я заказала его, чтобы отпраздновать свой юбилей.

За окном валит снег. Крупные хлопья кружатся в воздухе, словно танцуют под невидимую музыку, и мягко ложатся на тротуар.

Это слишком красивый вечер, чтобы проводить его дома в одиночестве. Но и встречаться с кем‑то сегодня выше моих сил.

Поэтому я пришла сюда. В свой любимый ресторан. Здесь всегда приглушённый свет, ненавязчивая музыка и атмосфера, в которой можно одновременно чувствовать себя частью большого мира и совершенно уединённой.

В этот момент дверь ресторана плавно распахивается, и внутрь входит высокий парень.

Габаритный.

Статный.

С уверенной походкой, от которой у окружающих невольно выпрямляются спины: будто сам воздух вокруг парня становится плотнее, а пространство подстраивается под его ритм.

У меня буквально челюсть падает настолько он… шикарный.

Не просто красивый — ошеломляющий.

Лёгкая щетина.

Идеально уложенная, будто небрежная, но явно стоившая мастеру не одного часа работы шевелюра.

А когда парень снимает пальто, под тонкой рубашкой проступают контуры мышц. Не гипертрофированные, а именно те, что говорят: «Я не живу в спортзале, но знаю цену своему телу».

Сколько ему?

Лет двадцать пять?

Может, чуть больше?

Но он явно младше меня.

Взгляд парня скользит по залу, задерживается на чём‑то, и в этот миг я ловлю себя на мысли, от которой внутри вспыхивает непривычный жар.

Впервые за долгие месяцы я думаю: а что, если позволить себе хотя бы на секунду представить, как его пальцы касаются моей руки, как его голос звучит где‑то совсем близко, шепча что‑то на грани слышимости?

Вот с ним я бы не отказалась провести ночь.

А может сразу и… несколько.

Господи, о чем я только думаю?

Отвожу взгляд и делаю глоток вина, пытаясь унять внезапный трепет.

Потом смотрю на торт. Глубоко вдыхаю аромат шоколада и ванили, и на секунду закрываю глаза, впитывая момент.

— С днём рождения меня, — тихо произношу, как вдруг слышу:

— Есения!

Поднимаю взгляд.

Только не это!

Сердце делает короткий неожиданный скачок.

Возле меня, обнимая брюнетку с круглым животиком, стоит человек, которого я никак не ожидала увидеть сегодня.

— Миша?

Глава 2.

2.

Бывший смотрит на мой торт, украшенный одно свечой, потом переводит взгляд на меня и усмехается.

— Празднуешь свой день рождения в одиночестве? — голос звучит нарочито небрежно, и в нём отчётливо слышится яд.

Я открываю рот, пытаясь что‑то сказать, но слова застревают в горле.

Вот вроде сильная женщина.

На работе меня даже мегерой за спиной называют.

А тут сижу, прижатая к стулу, и пошевелиться боюсь.

— Иу, какая жалкая картина, — фыркает его спутница, брезгливо оглядывая мой столик. — Миш, пошли отсюда.

Боже…

Так ничтожно я себя ещё никогда не чувствовала.

Ещё подливает масла в огонь их внешний вид.

Стерва, которая украла у меня жениха, выглядит потрясающе. Даже несмотря на беременность. Идеально подобранный наряд, профессиональный макияж, как будто она только вышла из салона.

Миша в дорогом деловом костюме — воплощение успеха и уверенности.

Эти двое словно сошли с обложки глянцевого журнала: счастливая, безупречная пара.

Моё тело становится ватным.

Я даже не могу заставить себя встать и уйти. Сижу, вцепившись в край стола, чувствуя, как горячие слёзы подступают к глазам.

Миша, словно учуяв мой страх и оцепенение, продолжает:

— Погоди‑ка. Слушай, Есь… Ну вот мне интересно прям. И чего ты добилась? Опозорила себя перед друзьями и родными на свадьбе. И что получила? Сидишь одна в свой юбилей. Никому не нужная. Никчёмная. Брошенная…

— Привет, любимая!

Внезапно рядом со столиком возникает парень, которого я приметила ранее. Его появление разрывает этот кошмарный момент, как яркий свет — тьму.

— Прости, что опоздал, — красавчик легко целует меня в щёку и садится рядом, будто так и надо.

Его рука уверенно ложится на спинку моего стула, а на лице расцветает самая обезоруживающая улыбка, от которой у многих девушек подкашиваются колени.