Лилия Хисамова – Плюс одна разница (страница 19)
Ответ приходит мгновенно:
«Ты измотала меня прошлой ночью…»
Улыбаюсь, печатая следующее:
«Ой, а кто это тут жалуется? Тот самый мужчина, который вчера утверждал, что не устал?»
«Сама виновата. Подо мной никогда так сладко не кончали».
Я краснею до корней волос. А Глеб пишет уже следующее сообщение:
«Поужинаешь со мной?»
Глупая, безоблачная улыбка намертво прилипает к моему лицу. Как назло именно в этот момент дверь кабинета открывается, и Глеб замечает мою реакцию.
Глава 17.
17.
Ему двадцать четыре.
Мне тридцать.
Шесть лет разницы.
Шесть!
Цифра, которая кому-то может показаться пустяком, а для кого-то превратится в непроходимую пропасть.
Я никогда не представляла, что буду встречаться с парнем младше по возрасту.
Встречаться, пожалуй, слишком громкое слово для того, что между нами происходит.
Мы с Глебом провели вместе на этой неделе три ночи. И даже их приходилось обрывать, практически силой выпроваживая парня домой.
Иначе как объяснить, почему по утрам меня мутит?
В пятницу утром я сижу за своим столом. Пальцы машинально стучат по клавиатуре, но взгляд то и дело скользит к двери Глеба.
По офису ползут слухи, что в понедельник нас ждут глобальные перемены. Глеб объявит список на сокращение. И, что пугает меня куда больше, он представит нового директора.
С приходом чужого человека всё может измениться. Возможно, я больше не увижу Глеба в офисе. И что тогда? Продолжатся ли наши отношения?
Смотрю на экран монитора, но буквы расплываются.
— Тебе идут очки! Ты выглядишь в них… — раздаётся вдруг голос Градового. Он неожиданно останавливается у моего стола, и я вздрагиваю, вырываясь из омута раздумий.
— Не смей говорить, что я выгляжу в них старше, — предупреждаю, слегка нахмурившись.
Гаденыш неприлично долго разглядывает мои губы, а потом ещё и подмигивает:
— Сексуальнее. Жду тебя в кабинете.
Затем сразу отходит, направляясь к Марине.
— Сделайте копию этого договора.
— Конечно‑конечно, Глеб Константинович, будет готово через пять минут, — кивает женщина, словно заводная кукла, и тут же срывается с места.
Я прикусываю губу, сдерживая глупую, но такую тёплую улыбку.
Мне кажется, впервые за долгое время с тех самых пор, как Потёмкин разбил моё сердце вдребезги, я чувствую себя по‑настоящему счастливой.
Как же хочется, чтобы время замерло, оставив меня в этом хрупком, но таком драгоценном равновесии.
Но где‑то на краю сознания, словно назойливый комарик, сидит противный чертёнок. Он шепчет, вкрадчиво и ехидно: «Это иллюзия, и скоро всё рухнет».
Я мысленно хватаю воображаемый молоточек и так и эдак примериваюсь, прибить бы его, да покрепче, чтобы замолчал.
Поправив юбку, направляюсь в кабинет шефа.
Сердце стучит чуть чаще, чем обычно, но я стараюсь держать спину прямо, а шаг — уверенным.
Глеб уже сидит за своим креслом. При моём появлении он откладывает бумаги в сторону.
— Итак…
— Итак? — я подхожу ближе. — Ты хотел мне что-то сказать?
— Мне нравится твоя юбочка. Я хотел взять её с собой на обед, подумал, может, и ты к нам присоединишься?
Глупые шуточки из его пухлых губ звучат невероятно сексуально.
— Сегодня не могу. Я обещала пообедать с Зиной.
Глеб поднимается и, обойдя стол, подходит ко мне.
— А меня значит оставишь голодным?
— Ты уже большой мальчик. Можешь и сам позаботиться о себе.
— Но я хочу, чтобы ты позаботилась обо мне.
— Как именно?
Глеб подхватывает меня за бёдра и усаживает на стол.
— Ты с ума сошёл? — пищу я.
— Да. И во всём виновата ты.
Охнуть не успеваю, как он поднимает мои ноги вверх, укладывая лодыжки себе на плечи.
— Должен заметить, — улыбается, — ты охренительно смотришься на моём столе.
Аккуратно снимает мои трусики, убирая их себе в карман.
— Глеб, мы же на работе.
— Вечером я буду занят. А в обеде ты мне отказала.
Парень опускается на колени, разводя мои бёдра в стороны. Его влажные губы касаются моей кожи, а пальцы поглаживают ноги выше.
— Давно хотел попробовать тебя на вкус, — его нос упирается в мой лобок.
Ничего себе!
Он действительно хочет это сделать.
Помню, как я однажды попросила Мишу поласкать меня там, так он скривился, будто я его попросила не доставить мне удовольствие, а почистить унитаз.
А Глеб сам…
Я делаю глубокий вдох, когда он, поглаживая мои бёдра, губами касается половых губ.
— Какая же ты нереальная. Вкусная везде.
Я вижу, как раздуваются его ноздри. Парень полон нетерпения.