Лилия Альшер – Вакансия для злодея (Академия Морока. Практикум по выживанию) (страница 9)

– Да нет, говорят, сама выскочила…

– Ох, крови столько…

– Опять тот ритуал?

Болтовня зевак становилась всё более интригующей и щедро перчёной подробностями. Заслушавшись, Адалин поднырнула под чужую руку и вдруг с удивлением обнаружила, что попала впритык к силовому ограждению, которое выставили патрульные. Упругой стеной оцепили весь сквер, ближе не подойти. Впрочем, она и не собиралась. И отсюда видела достаточно, чтобы сон ночью перестал быть таким уж крепким.

На тёмной дорожке сквера резко и тревожно выделялось прямоугольное полотнище ткани, такое же белое, как рубашка Лорана. И на ткани уже проступили мокрые, жирные пятна крови, будто несколько алых нетвёрдых следов неведомого гиганта. Полотнищем накрыли тело. Женское, сомнений нет. Но увидеть больше не удавалось.

– Расходитесь, – бросил один из полицейских, высокий и светловолосый молодой мужчина в длиннополом пальто. Он недовольно скользнул невидящим взглядом по толпе, и махнул рукой. – Расходитесь!

– Кто это? – спросила рядом пожилая магесса, щуря глаза. Её кудри под шляпой отдавали некромантским серебром.

– Кажется, тот новый следователь, которого из-за той девочки прислали, – ответил ей худощавый, тоже пожилой мужчина с костяной тростью. – Эйрон? Айрон?

– Аарон Дорнел, – подсказал равнодушно молодой парень со значком Академии Морока на лацкане, вытягивая тощую шею.

Магическое ограждение дрогнуло, помутнело и затемнилось, скрывая от глаз зевак место преступления. Вот так. Изящно и эффективно. Толпа разочарованно рассредоточилась, рассеялась по проулку, продолжая гудеть впечатлениями. Спектакль окончен, ждите рецензий в вечерних газетах. Адалин помедлила и отошла.

«Аарон Дорнел, значит», – машинально отметила она про себя, возвращаясь к Вейле, так и стоявшей возле магазинчика.

Похоже, он и был тем столичным следователем, про которого она говорила.

Но при чем тут Лоран?

В душу крались подозрения.

***

К вечеру вся Академия болтала о новом убийстве. И если газеты опустили жуткие подробности (явно по настоятельной дружеской просьбе столичного Аарона с применением угроз и шантажа), то студенты не скупились на ужасы. Кровь в рассказах лилась рекой до самого моста, показания путались. Даже Николь, провалявшаяся всю шумиху на кровати, божилась демоническими глубинами, что никогда не забудет этого зрелища. Адалин иронично умолчала, что для начала следует хотя бы помнить, что собираешься забывать, а глубинам грозило провалиться ещё глубже.

Из всего услышанного и увиденного Адалин сделала несколько выводов, стоивших бессонной ночи и лишней чашки кофе на завтрак.

Во-первых, убита студентка, приехавшая только вчера, во-вторых, девушке тоже выжгли магический дар, а в-третьих, Лоран точно замешан. Если он в Академию Морока приехал и не по её душу, то причина у него была. И какая же?

Стоя утром перед высокими дверями той проклятой аудитории, где бывший жених должен научить её тонкостям демонологии (демон чертов!), Адалин хмурилась и вспоминала, что в прошлом году отец рассказывал что-то про скандал с жутким ковеном в Аркхенте, где Датур поучаствовал. Не в качестве злодея, конечно, но не бывает дыма без огня.

Надо бы освежить память. Что-то нынешняя история слишком напоминает преступления ковена. Там фанатики тоже убивали ради магии. Подозрительно.

– … и теперь все думают, что вернулся Охотник, – закатила глаза Николь, стоявшая рядом, и Адалин поняла, что ей уже полчаса пересказывают свежие версии.

– Прости, что?

Она повернулась и успела заметить, как золотистые глаза Николь снова закатываются к сводчатому потолку коридора.

– Я говорю, что все думают, что в Эллидар вернулся Охотник. Это псих, который лет двести назад магов выслеживал и убивал, когда тут ещё Академии Морока не было. Он тоже дар выжигал.

Адалин подняла бровь.

– Серьёзно? Двести лет?

Николь фыркнула:

– А я тебе о чём толкую! Совсем с ума сошли. Да и Эллидар теперь полностью магический город. Убивать тут ведьм – безумие.

– Но ведь убивают, – резонно напомнила Адалин, и Николь пожала плечами.

Удар колокола пронёсся по коридорам, звеняще отражаясь от серых холодных стен, и двери аудитории распахнулись, как объятия дорогой бабушки. Адалин успела заметить, что Лоран уже сидел за рабочим столом с крошечной чашкой кофе, но его сразу загородила жаждущая знаний молодёжь. Кажется, бессонной ночь была не только у неё.

– Пойдём скорее, я хочу сесть поближе, – промурлыкала Николь, поправляя смелое декольте, которым собиралась услаждать рабочие будни Лорану, и мгновенно забывая о сплетнях. – Темнейшие боги, какой же он лапочка.

Демонический лапочка, отвратительно собранный и привлекательный, прошёлся невидящим ледяным взглядом по хлынувшим в аудиторию студентам, едва задержавшись на лице Адалин. Более долгому взгляду помешала Николь, уже тащившая её за руку на первый ряд. Ещё бы: оттуда ведь открывался такой вид на лапоч… на кафедру.

Взглянув ещё раз на Лорана, она отстранённо спросила у себя, что он вообще забыл в этой Академии. В каждом его скупом жесте сквозила сексуальная аристократичная надменность. Дорогая бледно-голубая рубашка, сменившая ту белую в пятнах крови, подчёркивала глаза и ценой превосходила, наверное, половину зарплаты декана. Красивый, холёный, с потрясающей осанкой и фигурой маг совершенно не походил на человека, который горит преподаванием. И совершенно не походил на человека, готового ради денег преподавать.

Глядя на уверенную неспешную грацию, с которой он поднимался из-за стола и вытаскивал прямо из воздуха журнал их группы, Адалин подумала, что с тем же успехом до Академии Морока мог бы снизойти принц. Декан… Что за дурацкая вакансия для чистокровного злодея?

Всё-таки отец выбрал ей в женихи лорда, старшего наследника одного из могущественных родов Букета. Она не знала Лорана, но знала отца. Дамьен Солан считал не только деньги, но и места в очереди на трон.

Он никогда не выбрал бы неравную партию.

Значит… Датур притворяется.

Опять-таки, зачем?

Мысленно пожелав ему провалиться ещё разок со всей его привлекательностью, Адалин бросила сумку на скамью и села, доставая тетрадь и новенькую стеклянную ручку. Лоран ожидаемо не провалился, а магическим пассом захлопнул дверь.

– Темнейших ночей, – поприветствовал он всех и улыбнулся.

Адалин прищурилась, но так и не смогла определить, то ли бессонная ночь действительно не отпечаталась на настроении и внешности проклятого декана, то ли он так хорошо владел маскирующими чарами.

– Для начала давайте познакомимся.

Взгляд голубых глаз остро скользнул по Николь и Адалин, сидящим прямо перед ним в первом ряду. Неприятно признавать, но в груди что-то все же волнительно дрогнуло в ответ.

Что ж, с ней он уже познакомился. Не прошло и семнадцати лет. Хотя, теперь, пожалуй, лучше снова делать вид, что они не знакомы. Адалин кривовато улыбнулась.

Он положил журнал на край стола и распахнул быстрым хищным движением. В чернильных строках, напротив каждого имени, зажглась зелёная точка, Адалин это видела даже с места. Присутствовали, кажется, все.

Лоран неспешно зачитывал имена, и студенты вставали по одному, показываясь профессору, чтобы не путал, кого наказывать проклятием за шум на уроке. Группа была небольшая, знакомство не затянулось. Её имя он тоже назвал, голос даже на полтона не изменился, и Адалин поднялась с подобающей высокомерной грацией. Он посмотрел на неё почти так же, как вчера в городе, тяжело и давяще, только глаза остались голубоватым льдом, а не чернильной пустотой. Мгновение, и он уже называет следующее имя.

– Что ж. Приятно видеть, что сегодня обошлось без опозданий.

Он оставил журнал и вышел ближе к аудитории. Остановился перед своим столом и по-простецки присел на край. В просторном гулком зале витали шепотки, приглушённый смех…

Адалин с интересом и лёгким подозрением следила за ним, покручивая гладкое стеклянное перо. Шум неуловимо нарастал. Студенты пока не знали, чего от него ждать, но прекратить болтать не торопились. Она снова улыбнулась. Уже жалеете, что влезли в шкуру преподавателя, дорогой демонический лорд?

Будто услышав её мысли, Лоран обернулся к ней со странным выражением. Этакой смесью предостережения и отстранённого оценивания.

– Тьма великая, – сладко пробормотала Николь, неуютно поёрзав на месте. – Я бы его так и съела.

Только тогда Адалин заметила, что Николь вообще не отрывала глаз от Лорана. Как прилежная ученица, внимала каждому жесту преподавателя. Вряд ли с просветительской целью. Его внимание она тоже на свой счет, похоже, приняла.

Датур, надо признать, выглядел действительно эффектно. Высокий, стройный, источающий силу и тёмную магию. Если бы не вся эта история, она бы тоже не отказалась откусить кусочек. А сейчас эта мысль была почти кощунственной.

– Как вы уже знаете, я лорд Лоран Датур, – заговорил он. Ровно и властно. – Я буду вести у вас Демонологию и Тёмные Искусства вместо магистра Азарума. Эти предметы неразрывно связаны, и я советую всем очень внимательно отнестись к обоим из них, – он говорил, чуть понизив тон, заставляя всех замолчать и прислушаться к его речи. – В прошлом семестре вы уже успели уяснить общие понятия и, надеюсь, не успели забыть. Сейчас в вашей группе восемнадцать магов, к последнему курсу останется не больше пяти. И в лучшем случае, двое из вас продолжат работу по специальности… Я хочу, чтобы вы приняли для себя взвешенное решение, действительно ли хотите соприкасаться с теневыми сущностями.