Лилия Альшер – Вакансия для злодея (Академия Морока. Практикум по выживанию) (страница 8)

– Практичный подход. Тем более, недавно опять девушка пропала.

– Ты про Аржену?

– Аржену? – Вейла нахмурилась. – А, что-то слышала. Она, кажется, недавно вернулась из Аркхента?

Адалин против воли вспомнила, что там все эти годы счастливо прожигал холостяцкую жизнь и Лоран. Чем им там намазано в этом Аркхенте, зельем наслаждения?

– Да. В столице только о ней и пишут в последний месяц. Подозревают, что могла сбежать.

Вейла кивнула, поддерживая беседу, и шагнула с моста на утоптанную до каменной плотности дорогу в Учебный квартал. На мощении тут хитро сэкономили, гоняя туда-сюда неиссякаемую толпу студентов, лишённых телепортации. Адалин могла бы поспорить, что и в дождь дорогу не размывает.

– Я уже пару лет не была в столице, только в общежитии что-то слышала о новостях.

– А здесь кто пропал? Когда мы ехали по городу, я видела объявление.

– Так ты не знаешь? – Вейла посмотрела на неё с искренним удивлением. – Вообще, довольно громкое дело. Точнее, дела. Говорят, королева даже отправила сюда столичных следователей. За полгода в Эллидаре пропали четыре девушки. Все магессы.

Адалин нахмурилась. Летом она тоже слегка выпала из мира новостей, а Эллидар интересовал только как место, где стоит Академия. Может, поэтому Венсенн так упирался от её перевода?

– И что же, никого не нашли?

– Одну нашли, – невесело и уклончиво ответила Вейла, поведя головой. – Мёртвой и абсолютно без дара. Магию как выжгли.

Адалин беспокойно посмотрела на ярко горящую солнцем витрину канцелярского магазинчика. Свет отражался прямо под ноги на мостовую, разгоняя полумрак кривой улочки, куда они свернули, повинуясь толпе. Шаги и голоса отражались от нависающих каменных домов.

Убита и выжжена, значит. Не самая приятная вещь, которую можно узнать в прекрасное воскресное утро. Пропажи пропажами, но убийство…

– Подозреваю, что все четверо были из Академии?

– Да! – Вейла, кажется, нашла свежие уши, до которых ещё не донесли леденящие кровь сплетни, и вцепилась в них упырьей хваткой. – То есть не совсем. Одна, как потом оказалось, отчислилась почти перед самой пропажей. Похищением. Говорят, она жаловалась, что её преследует что-то тёмное. Но это же Академия Морока. – Вейла развела руками. – Здесь ничего светлого отродясь не водилось. Кто знает, померещилось ей или нет. Да и болтать стали уже после того, как тело нашли.

Адалин кивнула, соглашаясь, что слухами и подробностями обрастает любая история, и чем дальше тем больше. Лезть конкретно в эту историю почему-то очень не хотелось, и не доверять внутреннему голосу причин не было. Но, помолчав, она все же уточнила:

– А что-то схожее между ними было? Не знаю, одна компания, ещё что-то?

Вейла прикусила губу.

– Да, знаешь, не было ничего такого. Ищейки Эллидара тоже с ног сбились, искали сходства. Академию на уши поставили, после третьей пропавшей даже патруль приставили. Только девчонки все разные были. Из разных семей и даже курсы разные. Никаких сект. Ничего общего.

– Кроме Академии и предметов? – не удержалась Адалин от саркастичного напоминания, но Вейла только рассеянно угукнула.

– Кажется, они там до сих пор не уверены, что пропажи связаны. Остальных-то не нашли. А куда мы, собственно, идём? – Вейла вскинула голову и посмотрела вокруг.

– Честно говоря, не знаю, но я не отказалась бы от завтрака и тетрадей. Не хотелось тащить лишнее из столицы.

– Я тоже собиралась перекусить и купить пару новых ручек. Я отправила вещи почтовой доставкой в Академию, и все перья разбились. Не понимаю, что нужно делать, чтобы разбить зачарованные ручки.

– Доверить их почте? – подсказала Адалин скептически, и Вейла рассмеялась.

– Тогда давай сначала тетрадки, тут недалеко есть забавный магазин, а потом поедим в Костяном переулке. Там отличный ресторанчик есть, «Тыква инквизитора». Их фирменный цыплёнок по-инквизиторски бесподобен, язык проглотишь.

В отношении блюд магической кухни это не всегда была фигура речи, так что Адалин приподняла бровь:

– Уже были случаи?

– Только если нахамить хозяйке, мадам Аристе. «Тыква инквизитора», как понимаешь, не совсем про тыкву.

Вейла неоднозначно хмыкнула и ноготочком постучала по своей голове, намекая на бурное прошлое суровой Аристы, а потом потянула Адалин на улочку ещё кривее и уже.

Маленький пыльный магазин можно было принять за закрытый, но Вейла уверенно толкнула стеклянную дверь, матовую от пыли. Кем бы владелец ни был, бытовые чары не его конёк. Вместо звона колокольчика каркнул разбуженный ворон на жёрдочке над дверью, и Адалин с сомнением последовала за Вейлой в темноту.

Магазинчик напоминал музей милых зачарованных глупостей. Вокруг высились стопки книг, некоторые из которых фонили откровенной чёрной магией, на витринах россыпями поблёскивали всякие устаревшие артефакты и проклятые вещицы, вроде серебряных папиросниц и запонок. Адалин готова была побиться об заклад, что за пару-тройку золотых здесь можно поискать даже родовые артефакты Букета. Она украдкой взглянула на лавочника, с которым уже по-дружески болтала Вейла. На вид чуть чокнутый скрюченный старикашка подвида прожжённых барахольщиков.

Если у такого и есть в продаже тетради, то уже исписанные. Чьей-нибудь кровью.

– Иди сюда, – Вейла махнула рукой.

Старикашка наклонился и выложил на грязную витрину низкий ящичек, обитый бархатом. Там россыпью лежали ручки из самых разных минералов – агатовые, аметистовые, цитриновые, малахитовые. Вейла придирчиво рассматривала узоры камней, откладывая в сторону понравившиеся. Но внимание Адалин привлекли несколько… стеклянных. Они блестели в тусклом свете, витые и похожие на сияющие весенние сосульки. Некоторые чисто прозрачные, некоторые с примесью цветного стекла.

Адалин взяла одно перо и покрутила в пальцах. Красивые, лёгкие, но такие хрупкие.

– Они зачарованные, – шипяще сказал старик с насмешливой улыбкой. Его сизые тонкие губы показали истёртые зубы. – Не разобьются, даже если кого-нибудь заколоть ими надумаете, леди.

Адалин вопросительно дёрнула бровью, и старик вдруг пододвинул к ней чистый лист желтоватой плотной бумаги. Тоже как из позапрошлого века вытащенной. Адалин провела стеклянным кончиком линию. Писали перья изумительно.

– Ладно, возьму эти две. – Она взяла ещё одну, с красной сердцевиной и подала старику.

– Прекрасный выбор, леди, – снова отталкивающе улыбнулся он и начал заворачивать ручки.

Тетради у него тоже нашлись. Как ни странно, чистые. Адалин взяла несколько и только успела расплатиться, как с улицы послышался истошный крик, а потом ещё несколько. Кто-то звал помощь и патруль. Вейла вскинула голову, старик без особого интереса обратил к окну мутные глаза. За стеклом в обе стороны бежали люди. Адалин шагнула к дверям и выскочила на улицу.

Крики неслись слева, из утопающего в зелени сада переулка за углом. Несколько человек пробежали туда, несколько – оттуда, и вдруг… Очередной парнишка пробежал мимо, и взгляд Адалин наткнулся на Лорана.

Он вышел из тени угла, утирая щеку ладонью, и яркий солнечный свет выхватил россыпь алых капель на белой рубашке под расстёгнутым жилетом. Они пересекали его грудь как криво нашитые пуговицы. Адалин растеряно скользнула взглядом выше и встретилась с его взглядом – тяжёлым и абсолютно чёрным. Как у демона. Даже свет не отражался в этой чернильной тьме. Вздох замер в горле, и она подняла к приоткрытому рту ладонь.

Лоран исчез в мгновенном телепорте.

ГЛАВА 3. Тёмные искусства

Ученье – свет. Но это не точно…

(Один декан факультета Демонологии)

Адалин вцепилась в край двери, лихорадочно размышляя, какого лысого упыря тут делал Лоран, и какого упыря мохнатого он заодно ещё и в крови. Явно не в своей. И эти глаза. Такие бывают только у демонов. Тьма заполнила даже белки, не только радужку! До дипломированного специалиста по этой нечисти ей, может, и далеко, но кое-что тёмные маги с пелёнок знают. Но Лоран Датур – человек. Так?

Ей показалось, что время замедлилось, но Вейла подошла буквально мгновение спустя, тронула за плечо, возвращая в шумную реальность. По улице уже бежали два патрульных мага, придерживая фуражки: телепортироваться в гущу людей они все равно не могли. Оглушительный свист полицейской тревоги соревновался по громкости с воплями взбудораженной толпы, собиравшейся на углу.

– Что там?

Вейла без особого интереса выглянула из-за её плеча на столпотворение возле сквера и ткнула аккуратным бумажным свёртком в локоть Адалин. Тетради и перья. Похоже, шумиха с полицией была здесь такой обыденностью, что не стоила того, чтобы отвлекаться от упаковки покупок. Старик-продавец даже бант из бечёвки завязал. До скучного ровный. Что же это за город, демон побери?

– Понятия не имею, – пробормотала она, отвечая и себе, и Вейле.

Адалин сунула свёрток под мышку, шагая на мостовую. Здравый смысл робко заметил, что не стоит лезть в чужие тёмные делишки. Но если бы она его слушала, сидела бы сейчас в Ривенском, обручённая кольцом Датура, как отборная выставочная клуша.

Ноги сами понесли её в самую гущу толпы, заглядывавшей друг другу через голову. Первые ряды ожидаемо не знали, что происходит, до них слухи доходили с опозданиями, и Адалин показалось, что здесь тесно не только от тел, но и от шепотков.

– Исполосовал её, как зверь…