Лилит Винсент – Золотая красота (страница 36)

Лицо Ру озарила улыбка, и она бросила взгляд в сторону хижин. Кинан взял её за руку и повел туда, а мы с Блэйзом последовали за ними по пятам.

К тому моменту, когда дверь в хижину Кинана закрылась, я уже скинул почти всю одежду. Ру разделась и упала на кровать, приглашая нас присоединиться, что мы и сделали.

Она уже была влажной и манящей; я ввел в неё два пальца, наслаждаясь тем, как выражение счастья на её лице сменяется удовольствием. Черт, это тесное объятие её плоти — моя самая любимая вещь в мире.

Блэйз оказался рядом и какое-то время просто наблюдал.

— И сколько же в тебя поместится? — спросил он и, проведя пальцем по её клитору, добавил свои два пальца к моим.

Боже, как же это горячо выглядело.

Я оглянулся на Кинана, приглашая его подойти. Он склонился над Ру, вложив ей в рот два пальца, чтобы она их посасывала. Она послушно принялась за дело, и от этого зрелища мой член дернулся.

— Хорошая девочка, — прошептал он, прежде чем погрузить пальцы в неё же.

Мы продолжали в том же духе, добавляя всё больше скользких пальцев, пока она не оказалась заполнена нами до предела.

— Сколько их там уже? — спросил Кинан. Я прикинул:

— Восемь.

Ру со смехом откинула голову назад.

— Восемь? Это же так много, а у вас у всех такие крупные пальцы.

— Этого еще недостаточно. — Блэйз облизал средний и безымянный пальцы левой руки, а затем протиснул их между нашими.

— Десять. Как ощущения, красавица?

— Я полна, — выдохнула она. — Пожалуйста, трахните меня пальцами.

Мы начали двигаться, хотя поначалу в такой тесноте это было почти невозможно. От этих толчков она становилась всё влажнее и влажнее, пока мы не начали проникать удивительно глубоко.

— Ты сейчас кончишь на наши пальцы, Красавица, — сказал я ей, наклоняясь, чтобы мазнуть языком по клитору, и она вскрикнула, вздрогнув всем телом.

Я отстранился, и Кинан приник к ней, делая то же самое, а за ним и Блэйз. Ру смотрела на нас с приоткрытым ртом, пока мы по очереди ласкали её, не прекращая при этом работать пальцами внутри.

Наконец она неистово зашептала:

— Не останавливайтесь, пожалуйста, не останавливайтесь, — и я, не убирая языка, довел её до пика. Она закричала, и её мышцы начали пульсировать вокруг наших пальцев.

— Мать твою, это было невероятно, — выдохнул Блэйз, когда она обессиленно откинулась на подушки, тяжело дыша.

— А как насчет того, чтобы повторить это с нашими членами? — спросил Кинан. Ру вскинула голову с притворно возмущенным видом.

— Кинан!

— А что? Мы все об этом подумали. — он одарил её дьявольской улыбкой.

Блэйз застонал, закусив нижнюю губу.

— Пожалуйста. Я хочу это видеть.

Он вынул пальцы, и мы последовали его примеру. Затем он перекатил её на меня.

— Ты первый, Дексер.

Ру уперлась ладонями в мою грудь и рассмеялась, глядя на меня сверху вниз.

— Какой же он властный, а?

— Лучше делай, что велено, — ответил я, обхватывая свой член и сжимая её бедро, чтобы войти в неё.

Кинан устроился позади неё, и по движениям его руки я понял, что он вовсю ласкает себя, наблюдая, как я её трахаю.

— Хочешь попробовать еще один, Красавица? — спросил он. Ру глянула на него через плечо.

— Пожалуйста.

Я крепко держал её за бедра, любуясь её идеальной грудью и чувствуя, как член Кинана упирается в мой. Я и представить не мог, что когда-нибудь испытаю подобное, но с Красавицей в моих руках это казалось чем-то естественным. Я потянулся, чтобы обхватить её прекрасное лицо ладонями, пока член Кинана начал скользить внутрь, и давление на мой собственный член усилилось. Я едва мог двигаться, хотя отчаянно этого хотел.

— Чертовски хорошая девочка, красавица, — пробормотал Блэйз, просунув руку между нами, чтобы поиграть с её клитором. — Кинан вошел почти целиком.

Нарастающее удовольствие заставило её расслабиться, и мгновение спустя я почувствовал, что Кинан вошел до самого конца. Мы трахали её в унисон; это было странно, горячо и чертовски тесно.

— Не вынимайте. Заполните её, — глухим, тяжелым от возбуждения голосом произнес Блэйз.

— Мы и не собираемся, — прохрипел я сквозь стиснутые зубы. — Но, господи Иисусе, я сейчас кончу.

Я чувствую, как член Кинана движется в ней в такт моему. Делить одну женщину на двоих оказалось куда острее, чем я себе представлял, и теперь мы сможем повторять это снова и снова. Я представил, как она забеременеет от нас — вот так, от двоих сразу, — и едва не сорвался.

Кинану, похоже, это нравилось не меньше моего.

— Мы заполним тебя до краев, Красавица. Хочу, чтобы наше семя стекало по твоим бедрам.

— Кинан, где ты только научился так грязно ругаться? — пропыхтела Ру, зажмурившись.

— Ты меня вдохновляешь, Красавица.

Блэйз продолжал потирать её клитор, и вид того, как меняется её лицо, когда она приближается к разрядке, заставил меня окончательно потерять контроль.

— Не могу… больше… держаться, — прохрипел Кинан сквозь стиснутые зубы.

Прежде чем он закончил фразу, Ру кончила, и я полностью отпустил себя. Горячая влага толчком ударила по моему члену и потекла вниз по яйцам. Мать твою, это просто безумие. Я лежал и хватал ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.

Мы с Кинаном медленно вышли из неё, и Блэйз тут же занял место Кинана. На мгновение он раздвинул плоть Ру, любуясь открывшимся зрелищем, а затем вошел в неё — мощно и быстро.

Ру уткнулась лицом мне в грудь и закричала; я обхватил её руками и крепко держал, пока мой брат трахал её. Его толчки были тяжелыми и неумолимыми.

— Тебе нравится, когда тебя трахают так жестко? — прошептал я ей на ухо.

— Да, — вскрикнула она, впиваясь ногтями в мои плечи. — О боже, да!

Её крики становились всё громче, кожа под моими пальцами буквально пылала. Мгновение спустя она закричала от наслаждения, и волны оргазма сотрясли её тело.

Блэйз продолжал в том же неумолимом ритме, крепко держа её за бедра и глядя сверху вниз на то, как он входит и выходит. Я видел, что он уже на пределе; от того, как он с глухим стоном запрокинул голову, я сам едва не захотел продолжить.

Он медленно вышел из неё с улыбкой, глядя на неё сверху вниз.

— Ты прекрасна в этом беспорядке, Красавица.

— В нашем прекрасном беспорядке, — поправил я, целуя её. Она села на кровать с раскрасневшимися щеками и растрепанными волосами.

Кинан обхватил её за талию, пересадил с меня к себе и прижал.

— Иди сюда и устрой беспорядок мне.

— Ты — мой аккуратный и статный мужчина? Кинан и беспорядок? Быть того не может, — она хихикнула, когда он обнял её и принялся щекотать в ответ на поддразнивание.

Когда возня прекратилась и дыхание у всех пришло в норму, мы открыли заднюю дверь хижины, пробрались через высокие заросли тростника и нагишом вошли в реку. Отсюда нас никто не мог видеть, и мы дурачились в воде, брызгаясь и играя в догонялки.

Ру запрыгнула мне на спину, и я плавал с ней туда-сюда. Её смех, звучащий у меня в ушах, был лучшим звуком, что я когда-либо слышал, — и смеялась она благодаря нам троим. Когда мы вчетвером вместе, кажется, что время замирает.

Когда солнце начало клониться к закату, мы вышли из воды и надели теплую сухую одежду. Ру выглядела очаровательно в безразмерных вещах Кинана. Мы вышли из хижины с мокрыми волосами и улыбками на лицах.

Стопка дров у костра заметно поредела, так что я подхватил охапку поленьев и отнес их к огню. Когда я сложил их и выпрямился, то заметил, что Адель наблюдает за мной с улыбкой.

— Сердце радуется видеть вас троих, братьев, улыбающимися и смеющимися вместе. Она сотворила с вами настоящее чудо, это уж точно.