Лика Сумеречная – Звёздная пыль и тень прошлого (страница 3)
– Это… это невероятно, – выдохнул пожилой шахтёр, допивая капучино. – Я лет двадцать не пил настоящего кофе.
– А мы думали, только синтетика бывает, – подхватил другой.
– Девушка, вы ангел!
– Можно ещё?
– А пирожные сегодня будут?
Астра едва успевала варить. Боб взбивал пену с такой скоростью, что синий глаз превратился в сплошное сияние. Корвус разносил заказы и следил, чтобы никто не лез без очереди.
Кексик, спустившись с крыши, важно прохаживался вдоль очереди и позволял себя гладить самым терпеливым.
К вечеру кофейня опустела.
Люди разошлись по домам, унося с собой тепло, сытость и обещание вернуться завтра.
Астра рухнула на складной стул, вытирая пот со лба.
– Я… я не ожидала, – выдохнула она. – Это было…
– Безумие, – закончил Корвус. – Чистое безумие.
– Успех, – поправил Боб, подводя итоги. – Сто сорок семь чашек кофе. Пятьдесят три пирожных. Двадцать восемь благодарственных записок. И один поцелуй.
– Поцелуй? – переспросила Астра.
– Пожилая женщина поцеловала тебя в щёку, – напомнил Боб. – Я зафиксировал.
– А, да. – Она улыбнулась. – Милая бабушка.
– Я тоже хочу поцелуй, – заявил Боб.
– Ты робот, – напомнил Корвус.
– Роботы тоже хотят любви, – обиженно ответил Боб.
Астра рассмеялась, подошла и чмокнула его в металлическую макушку.
– Спасибо, Боб. Ты сегодня был героем.
– Я знаю, – скромно ответил он. – Но спасибо, что напомнили.
Кексик, наблюдавший эту сцену с крыши, фыркнул и спрыгнул вниз, требуя законный ужин.
– И ты герой, – Астра погладила кота. – Без тебя мы бы не справились.
Кот довольно зажмурился.
– Завтра летим на фестиваль? – спросил Корвус, обнимая Астру.
– Завтра летим на фестиваль, – кивнула она. – А сегодня…
– Сегодня мы просто счастливы.
– Да. – Она улыбнулась. – Просто счастливы.
Звёзды над шахтёрской колонией зажглись одна за другой.
Маленький кораблик стоял посреди посёлка, окружённый тишиной и покоем.
А внутри пахло кофе, счастьем и чуть-чуть – приключениями.
___
Ночь опустилась на шахтёрскую колонию тихо и незаметно.
После безумного дня, полного кофе, пирожных и благодарных улыбок, Астра едва доползла до своей койки. Корвус уже посапывал рядом, умудрившись заснуть быстрее, чем голова коснулась подушки. Боб отключился на подзарядку в углу, тихо гудя и изредка мигая синим глазом. Кексик, как обычно, оккупировал подушку у иллюминатора, свернувшись идеальным пушистым клубком.
Астра закрыла глаза и провалилась в сон.
Сначала была просто темнота.
Чёрная, бескрайняя, как космос за иллюминатором. Астра плыла в ней, не чувствуя тела, не понимая, где верх, где низ, где она сама.
– Астра…
Голос донёсся откуда-то издалека. Тихий, едва слышный, похожий на шелест листьев или далёкий шум прибоя.
– Кто здесь? – спросила она, но голос не слушался.
– Астра…
Громче. Отчётливее.
И вдруг темнота расступилась.
Она стояла посреди знакомого места. Кофейня. Старая, та самая, на станции «Край Света». Только какая-то… другая. Призрачная. Стеклянная. Сквозь стены виднелись звёзды.
– Астра…
Голос шёл отовсюду. Из стен, из пола, из чашек на стойке.
– Кто ты? – на этот раз получилось.
– Ты знаешь меня.
И она увидела ЕГО.
В углу кофейни, там, где раньше сидел техномонах, стояла прозрачная фигура. Человеческая, но какая-то размытая, словно сотканная из тумана и света.
Доктор Архонт.
– Вы? – ахнула Астра. – Но вы же… вы ушли…
– Ушёл, – кивнул призрак. – Но не до конца.
– Я не понимаю.
– Проект «Хронос» не закончился на мне, Астра. – Голос звучал печально. – Я думал, что всё. Но они создали ещё одного.
– Ещё одного? – ужаснулась она. – Где? Когда?
– Там, откуда я пришёл. – Призрак указал куда-то в темноту за стенами кофейни. – Лаборатория на краю галактики. Забытая, но не пустая.
– Кто он?
– Не он. – Доктор Архонт покачал головой. – Оно. Не завершённое. Не проснувшееся. Ждущее.
– Чего?
– Тебя. – Призрак посмотрел прямо в глаза. – Твоего света. Только ты можешь пробудить его… или остановить.
– Но я не хочу! – воскликнула Астра. – Я не хочу больше участвовать в этом! Я просто хочу варить кофе!
– Знаю. – Голос стал тише. – Но выбор не у тебя. Оно уже зовёт. Слышишь?
Астра прислушалась.