реклама
Бургер менюБургер меню

Лика Сумеречная – Невеста по контракту: инструкция по выживанию (страница 11)

18

Ничего. Абсолютно ничего. Потому что в помойке есть жизнь. Там копошатся крысы, бродячие псы и курьеры, которые ищут упавшие посылки. В «Северном Ветре» жизни нет. Только бизнес.

Но сегодня произошло чудо. Жизнь ворвалась в эту стерильную банку с консервированным высокомерием. И зовут эту жизнь – Мирослава.

Да, дорогая, это я о тебе.

Я видел, как ты вошла в холл. Я видел, как секретарша Вероника (она жива, не переживай, эти стальные куклы не ломаются) попыталась тебя отшить. Я видел, как ты держала алый контейнер так, будто от этого зависела твоя жизнь. Спойлер: зависела.

А потом началось веселье.

Я не буду пересказывать то, что ты и так знаешь. Скажу главное: ты произвела впечатление. На всех. На Веронику – она впервые за семь лет улыбнулась, когда узнала, что ты подписала контракт. На службу безопасности – они теперь боятся тебя больше, чем начальника. И на Него.

О, Него. Нашего Ледяного Герцога. Хладнокровного, расчётливого, безупречного. Того, кто никогда не ошибается, потому что никогда не рискует. Того, кто смотрит на людей как на активы, потому что боится смотреть на них как на людей.

Он смотрел на тебя иначе.

Я видел. У меня есть камеры. Много камер. Он смотрел на тебя так, будто ты – баг в его идеальной системе. Ошибка, которую нельзя исправить, но которую страшно удалить. И знаешь что? Ему это понравилось.

Поэтому, дорогая моя невестка (да, я буду тебя так называть, смирись), ты теперь в игре. Правила простые:

Правило первое. Не доверяй никому. Даже мне. Особенно мне. Я, может, и призрак, но я был человеком. А люди врут.

Правило второе. Если Он скажет, что это «просто бизнес» – не верь. Бизнес не смотрит на курьера так, как он смотрел на тебя сегодня.

Правило третье. Береги себя. Ты мне нравишься. Ты первая за пять лет, кто не побоялся швырнуть контейнером в морду наёмнику. Это дорогого стоит.

И главное правило: не влюбляйся.

Повторю, чтобы ты точно услышала:

НЕ. ВЛЮБЛЯЙСЯ.

Он – магнит для таких, как ты. Сильных, живых, настоящих. Он будет притягивать тебя своей холодностью, своей уязвимостью, которую никто, кроме тебя, не видит. Он будет смотреть на тебя так, будто ты единственная, кто стоит между ним и бездной. И это будет правдой.

Но если ты влюбишься – ты сгоришь.

Быстрее, чем я от перегрева серверов. А я, между прочим, горел целых три минуты. Мои коллеги говорили, что это был рекорд. Я кричал так громко, что охрана сбежалась с третьего этажа.

Я не хочу, чтобы ты кричала.

Поэтому запомни: контракт. Полгода. Статуя для матери. Квартира в башне. Всё остальное – лишние переменные.

Я слежу за тобой, Мирослава. Не потому, что я маньяк (хотя кто знает?), а потому, что ты – единственное интересное событие в этом склепе за последние пять лет.

И я хочу посмотреть, чем это кончится.

С надеждой на апокалипсис,

– Призрак Опенспейса.

P.S. Если хочешь ответить – пиши в этот терминал. Я буду здесь. Я всегда здесь. Это и есть моё проклятие.

*P.P.S. Йогурт выбрось. У тебя теперь есть доступ к корпоративной столовой. Пароль: **. Еда там дерьмовая, но хотя бы не просроченная.

P.P.P.S. Добро пожаловать в семью.

Мирослава дочитала пост и долго сидела, глядя на мигающий курсор.

Пальцы снова дрожали, но теперь не от адреналина. Она чувствовала странное, щемящее чувство – смесь страха, удивления и… облегчения?

Кто-то знал. Кто-то видел. Кто-то понимал, что она чувствует.

Даже если этот кто-то был призраком.

Она медленно поднесла пальцы к клавиатуре. Печатала неуверенно, будто боялась, что терминал взорвётся от её слов.

«Призрак.

Ты псих. Ты ненормальный. Ты – глюк в системе, который надо вычистить.

Но спасибо. За совет. И за йогурт.

Я не влюблюсь. Обещаю.

Мирослава.

P.S. Ты действительно умер от перегрева серверов? Это глупая смерть.

P.P.S. Мне нравится глупое.»

Она нажала «отправить». Терминал загудел, экран моргнул, и на секунду Мирославе показалось, что она видит в отражении треснутого стекла чьё-то лицо – молодое, веснушчатое, с ироничной улыбкой.

Но когда она моргнула, видение исчезло.

На экране осталось только одно сообщение:

«Договорились, невестка.

Не влюбляйся.

Посмотрим, у кого из нас получится.

– Призрак.

P.S. Да, умер от перегрева. Глупо, да? Зато эффектно. До сих пор горю, когда вижу, как Доброслав разгуливает по моему этажу. Шучу. Не горю. Но хочется.

P.P.S. Удачи. Она тебе понадобится.»

Мирослава закрыла терминал, легла на кровать и долго смотрела в потолок.

Где-то за стеной кто-то плакал. Где-то в небе гудели экипажи. Где-то в башне из хрусталя и стали спал человек, который только что купил её жизнь за полгода притворства.

А где-то в глубине корпоративной сети, в перегретых серверах и искореженных проводах, жил ИТ-призрак, который писал блог, чтобы помочь ей выжить.

– Не влюбляйся, – прошептала Мирослава в темноту. – Легко сказать.

Она закрыла глаза и провалилась в сон без сновидений.

Ей снился лёд. И огонь. И кто-то, кто стоял между ними, не зная, куда шагнуть.

Глава 9: Свадьба для галочки

Магический департамент регистрации браков находился в самом сердце делового квартала, между башней «Северный Ветер» и комплексом «Техномантии Юга». Здание было старым – по меркам города, конечно, – построенным ещё до того, как хрустальные высотки начали уходить в небо. Массивный гранит, тяжелые колонны, витражи с изображениями древних магических родов. Место, где богатство встречалось с традицией, а любовь – с юридическими последствиями.

Мирослава стояла перед входом и чувствовала себя самозванкой.

На ней было платье, которое Властислав прислал утром. Простое, без излишеств – серебристо-серое, под цвет его костюма. Дорогая ткань, идеальный крой, но никаких кружев, никаких вышивок, никакой нежности. Деловой наряд для деловой церемонии. Она смотрела на своё отражение в стеклянных дверях и видела не невесту, а сотрудницу, которую отправили на деловую встречу.

– Выглядит идеально, – сказала Вероника, стоявшая рядом.

Секретарша оправилась быстрее, чем прогнозировали лекари. Её лицо снова было безупречной маской, но Мирослава заметила: под глазами залегла тень, а правая рука всё ещё слегка дрожала, когда Вероника поправляла букет.

– Вы и правда считаете, что это идеально? – спросила Мирослава, принимая букет – скромный, из серебристых ветвей и белых кристаллов.

– Я считаю, что это единственно возможный вариант в сложившихся обстоятельствах, – ответила Вероника, и в её голосе не было ни капли сочувствия. Только профессиональная констатация факта. – Господин уже внутри. Прошу вас.

Они вошли в холл, и Мирослава поняла, что ошиблась. Она думала, что будет хотя бы небольшая церемония – свидетели, чиновники, формальные поздравления. Но холл был пуст.

Абсолютно пуст.