Лика Сумеречная – Мой муж – некромант и это проблема (страница 5)

А потом за окном раздалось громкое карканье, и в комнату влетел тот самый ворон.

– Хозяин! Хозяин! – заорал он, делая круг под потолком. – Я тут такое узнал! Вы не представляете! Местные сороки говорят, что эта ведьма… ой.

Он заметил, что я смотрю на него, и затормозил прямо в воздухе, неловко приземлившись на спинку стула.

– Здрасьте, – сказал он. – Я Когни. Мы уже виделись. Я тот ворон, который советовал вам причесаться.

– Помню, – мрачно сказала я.

– Когни, – голос некроманта стал чуть жёстче. – Мы в гостях. Веди себя прилично.

– А я что? Я прилично, – обиделся ворон. – Я вообще молчу. Я только хотел сказать, что вокруг дома собираются призраки. Штук пять, не меньше. Интересуются, чей это конь стоит у околицы и почему от него пахнет так интересно.

Я вскочила.

– Какие призраки? Где?

– Там, – ворон махнул крылом в сторону окна. – Столпились у забора, перешёптываются. Одну я узнал – тётка в переднике, прозрачная вся. Она говорит, что у неё от вашего гостя голова прошла. Впервые за сто лет не болит. И теперь она хочет познакомиться.

Я выглянула в окно. И правда. У забора толпились призраки. Прасковья, дед Семёныч, ещё пара знакомых силуэтов. Они глазели на мой дом с таким любопытством, словно здесь проходило главное событие столетия.

– Это… это потому что вы некромант, – догадалась я. – Ваша энергия… она на них действует. Как обезболивающее.

– Возможно, – спокойно согласился он. – Моя аура влияет на всё, что связано со смертью.

– На всё? – переспросила я, и тут меня осенило. – Подождите. Если ваша аура влияет на всё, что связано со смертью… то как же вы живёте? Ну, в смысле, вокруг же всё живое?

Некромант поставил кружку на стол и посмотрел на меня. В его серых глазах мелькнуло что-то похожее на грусть.

– Я живу обособленно, – сказал он. – В замке, где нет ничего живого. Или почти нет. Призраки, скелеты, зомби – они не чувствуют дискомфорта. А живые… живые обычно не задерживаются.

– Поэтому вы решили жениться по объявлению, – медленно проговорила я. – Потому что иначе никак.

– Поэтому, – кивнул он. – И потому что мне надоело быть одному.

Он сказал это так просто и так честно, что у меня вдруг защипало в носу. Представляете? Двести лет одиночества. Двести лет без живого разговора, без прикосновений, без того, чтобы кто-то просто сел рядом и выпил чаю.

– Слушайте, – я решилась. – А давайте я вам кое-что покажу.

Я встала и пошла к шкафу. Некромант поднялся следом (стул облегчённо скрипнул).

Из шкафа я достала небольшую баночку с мутноватой мазью.

– Это специальное средство, – объяснила я. – Я его для призраков делаю, чтобы они могли взаимодействовать с предметами. Но, думаю, и для вас сработает. Если нанести тонким слоем на кожу, оно нейтрализует магический фон. Ну, частично.

– Вы хотите сказать, – некромант смотрел на баночку с непередаваемым выражением, – что есть мазь, которая может сделать меня… менее смертоносным для окружающего мира?

– Ну, не менее смертоносным, – поправила я. – А менее… влиятельным. В смысле, влияющим. Попробуйте.

Он взял баночку, открыл, понюхал.

– Полынь, мята, крапива… и что-то ещё?

– Слёзы призрака, – небрежно сказала я. – Трудно добывать, но эффективно.

Некромант замер.

– Вы добываете слёзы призраков?

– Ну да. Они иногда плачят. От счастья, от грусти – по-разному. Я собираю. Это очень ценный ингредиент.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. Потом осторожно, кончиком пальца, взял немного мази и нанёс на тыльную сторону ладони.

И случилось чудо.

Цветок на подоконнике, который все утро жался к стеклу и пытался завянуть, вдруг расправил листья. Кошки под кроватью перестали шипеть. Рыжая даже высунула нос и принюхалась.

– Работает, – выдохнул некромант. – Богиня, это работает.

Он посмотрел на меня так, словно я только что воскресила мёртвого. Хотя, подозреваю, мёртвых он воскрешал и сам. Но тут было другое.

– Ярослава, – сказал он. – Я… я даже не знаю, как благодарить. Это…

– Это просто мазь, – смутилась я. – Ничего особенного.

– Это не просто мазь, – твёрдо сказал он. – Это… возможность.

Он провёл рукой по воздуху, и я заметила, что вокруг его пальцев перестал виться тот едва заметный тёмный туман, который я списала было на игру света.

– Когни! – позвал он. – Смотри!

Ворон, который всё это время внимательно наблюдал за нами с люстры, спланировал вниз и уселся ему на плечо.

– Хозяин, – сказал он после паузы. – Вы светитесь. Ну, в переносном смысле. Выглядите почти живым.

– Я и есть живой, – напомнил некромант. – Просто очень старый.

– Вот именно что старый, – хмыкнул ворон. – А теперь – просто старый, без добавки «смертельно опасный». Это прогресс.

Я не выдержала и рассмеялась. Ворон был наглым, но забавным.

– Слушайте, – сказала я, – а давайте поужинаем? Я как раз собиралась что-то приготовить. Если, конечно, мазь продержится достаточно долго, чтобы еда не испортилась у вас в тарелке.

Некромант посмотрел на свою руку. Потом на меня. Потом на кухню.

– Я не ел живую еду… – он задумался. – Лет пятьдесят, наверное. Может, больше. Там, где я живу, всё быстро портится.

– Тогда тем более, – решительно сказала я. – Садитесь и не мешайте. Сейчас я вам покажу, что такое настоящий деревенский ужин.

И я принялась колдовать на кухне. В прямом смысле – колдовать. Немного магии, чтобы тесто поднялось быстрее, щепотка чар, чтобы овощи сами нарезались, заклинание чистоты, чтобы посуда мылась сама.

Некромант сидел за столом и смотрел. Просто смотрел, как я мечусь между печью и разделочным столом. Когни комментировал каждый мой шаг, но я старалась не обращать внимания.

– А вы знаете, – вдруг сказал некромант, – что у вас на спине халат порван?

Я замерла с половником в руке.

– Что? Где?

– Там, где вы, видимо, обо что-то зацепились. Сзади, у ворота.

Я попыталась заглянуть через плечо, но ничего не увидела.

– Чёрт, – выдохнула я. – И как я теперь пойду переодеваться? Это же неудобно – бросать гостя.

– Я могу отвернуться, – предложил некромант. – Или выйти.

– Нет, сидите, – махнула я рукой. – Я быстро. Только халат сниму, там под ним платье нормальное. Не смотрите пока.

Я метнулась за ширму в углу комнаты, стащила через голову старый халат и принялась лихорадочно поправлять платье. Оно было простым, шерстяным, серым – рабочая одежда, но хотя бы без дыр.

– Всё, можно, – сказала я, выходя из-за ширмы.

Некромант сидел спиной и смотрел в стену. Очень старательно.

– Я не смотрел, – сказал он. – Честно.

– Да я и не подумала, – улыбнулась я. – Вы же главный некромант, а не какой-нибудь… подглядывальщик.