Лика Русал – Солнечная Лилия. Мадам Жаккард (страница 12)

В дверь постучали. Вошёл наставник Мирана, лорд Эверетт, с кипой книг под мышкой. Он был высок и сутуловат, с седыми волосами, зачёсанными назад, и проницательными глазами за очками в тонкой оправе.

– Ваше Высочество, пора к урокам географии, – произнёс он официальным тоном, но в его голосе звучала теплота. – Мы остановились на архипелаге Ветров, чуть дальше от Жемчужных островов.

Миран вздохнул, но в его глазах уже не было прежнего сопротивления:

– Хорошо, лорд Эверетт. Но сначала я хочу попросить тётушку Мелису показать мне на карте те острова, про которые она рассказывала – где растут золотые фрукты.

Наставник удивлённо поднял брови, но кивнул:

– Разумеется, если леди Жаккард не против.

– Конечно, не против, – улыбнулась я. – А потом мы вместе разберём, как течения влияют на морские пути. Это очень важно для капитана.

Миран просиял:

– Спасибо, тётя Мелиса.

Мы склонились над большой картой Империи, разложенной на столе. Она была старинной, с выцветшими чернилами и пометками предыдущих поколений. Миран водил пальцем по линиям, отмечая порты, проливы, отмели. Его глаза горели интересом.

– Смотри, – я указала на один из островов, – здесь живут рыбаки. Они каждый день выходят в море, рискуют жизнью, чтобы прокормить свои семьи. А рядом – вот этот порт, где купцы продают их улов за большие деньги. Хороший правитель, – продолжила я, – должен знать, что благополучие купцов зависит от труда рыбаков. И если он будет заботиться о рыбаках – давать им хорошие сети, помогать в шторма, строить надёжные гавани, – то и купцы станут богаче, и казна пополнится. Но если он забудет о рыбаках, посчитает их незначительными – порт оскудеет, торговля упадёт, и в итоге проиграют все.

Миран внимательно слушал, не отрывая взгляда от карты. Его палец медленно скользил вдоль береговой линии, будто он мысленно прокладывал маршрут.

– То есть, – произнёс он, – если кто‑то слаб, это не значит, что он бесполезен?

– Именно, – подтвердила я. – В Империи тысячи таких «слабых» – ремесленники, крестьяне, матросы. Но без них не будет ни армии, ни торговли, ни искусства. Настоящий правитель видит эту связь. Он понимает, что сила Империи – не в золоте и мечах, а в людях, которые её составляют.

Принц задумчиво кивнул, потом вдруг резко поднял глаза:

– А если правитель этого не понимает? Если он думает только о силе и власти? Что тогда?

Я помедлила, подбирая слова. Лорд Эверетт стоял у двери, делая вид, что изучает корешки книг на полке, но я знала: он прислушивается к каждому слову. Опасно.

– Тогда, – сказала я осторожно, – кто‑то должен ему напомнить. Не криком и не бунтом, а делами. Показать, что забота о людях – это не слабость, а мудрость. Что уважение завоёвывает больше сердец, чем страх.

Миран взлохматил волосы. Длинная чёлка упала на глаза.

– Но отец не слушает никого. Он даже маму не слушает, хотя она мудрее всех придворных вместе взятых!

– Возможно, – согласилась я. – Но ты ведь не всегда будешь ребёнком. Когда‑нибудь ты станешь взрослым, и у тебя появится голос, который услышат. А пока… пока ты можешь учиться. Наблюдать. Запоминать, что правильно, а что – нет.

Он вдруг улыбнулся – не по‑детски, а так, будто принял какое‑то решение:

– Я буду учиться. Но не только тому, чему учит лорд Эверетт. Я хочу знать, как живут люди за стенами дворца. Хочу понимать, что им нужно.

Это становилось по‑настоящему зыбко. Я начинала ходить по тонкому льду.

Наставник кашлянул, привлекая внимание:

– Ваше Высочество, изучение жизни подданных – важная часть образования будущего правителя. Возможно, леди Мелиса согласится сопровождать вас в некоторых… образовательных прогулках?

Я удивлённо подняла брови. Лорд Эверетт смотрел на меня с едва заметной улыбкой – той самой, которая появлялась у него, когда он знал больше, чем показывал.

«Неужели он не видит в моих словах дерзости, предательства Короны? Может… Может, и он думает подобно мне…»

– С удовольствием, – ответила я. – Мы могли бы начать с порта. Там всегда много интересного: корабли из разных стран, товары, люди, которые путешествуют по всему миру.

Миран просиял:

– Правда?! Можно завтра?

– Не так быстро, – лорд Эверетт поднял руку. – Сначала мы закончим изучение архипелага Ветров и его торговых путей. Но после этого, если леди Жаккард не возражает, я сам попрошу у Императора разрешения на небольшую экскурсию.

Принц вскочил на ноги, едва не опрокинув чернильницу:

– Спасибо, лорд Эверетт! И спасибо, тётя Мелиса! – Миран подбежал к полке с кораблями и осторожно снял самый маленький – изящную модель рыбацкой лодки. – Вот, – протянул он мне. – Это тебе. В знак благодарности.

– Я не могу принять такой подарок, – я попыталась отказаться, но он настойчиво вложил модель в мою руку.

– Можешь. Это не просто корабль. Это символ. Рыбацкая лодка – она маленькая, но без неё не будет большого флота. Так же и без простых людей не будет Империи.

Я сглотнула ком в горле. В девять лет он уже формулировал мысли, до которых многие не доходят и в зрелом возрасте.

– Спасибо… Я буду хранить его как самое дорогое сокровище.

Лорд Эверетт подошёл ближе и положил руку на плечо принца:

– А теперь, Ваше Высочество, давайте вернёмся к карте. Расскажите мне, какие течения помогут нам добраться до архипелага Ветров быстрее всего. Но сначала – что мы можем предложить рыбакам с тех островов в обмен на их товары?

Миран тут же оживился:

– О, это просто! У них много рыбы, но мало зерна. А ещё они делают удивительные сети из водорослей – такие лёгкие и прочные. Мы могли бы…

Он начал увлечённо объяснять, а я отошла к окну. Сердце билось часто – я только что стала свидетелем рождения идеи, которая когда‑нибудь изменит Империю. Миран не просто слушал – он уже строил планы.

Лорд Эверетт поймал мой взгляд и едва заметно кивнул, словно говоря: «Я тоже это увидел». В его глазах читалось то же понимание – этот мальчик не станет повторять ошибок своего отца. Он создаст что‑то новое.

Когда урок подошёл к концу, Миран проводил нас до двери.

– Тётя Мелиса, – прошептал он, пока лорд Эверетт собирал книги, – а можно мы завтра поговорим ещё? О том, как сделать так, чтобы все люди в Империи были счастливы?

– Конечно, – улыбнулась я. – У меня есть пара идей. И я знаю людей, которые могут рассказать тебе ещё больше.

Его глаза загорелись:

– Тайных людей?

– Скажем так, – я подмигнула, – людей, которые видят Империю не из окон дворца.

Лорд Эверетт кашлянул:

– Ваше Высочество, завтра у нас много дел. Но я уверен, леди Мелиса найдёт время для беседы. А теперь вам пора готовиться ко сну. Императрица будет беспокоиться, если вы не отдохнёте как следует.

Миран вздохнул, но без обиды:

– Хорошо. Спокойной ночи, тётя Мелиса. И спасибо.

– Спокойной ночи, Миран, – я погладила его по голове, чувствуя, как теплеет на душе.

Выходя из детской, я оглянулась. Принц стоял у окна, держа в руках свой амулет‑якорь. Он смотрел вдаль, туда, где за горизонтом простиралась его будущая Империя – та, которую он однажды построит по своим правилам.

А я знала: моя задача – помочь ему сохранить этот свет в глазах. Помочь ему вырасти в правителя, который будет помнить, что власть дана не для того, чтобы возвышаться над людьми, а для того, чтобы служить им.

Глава 6

Я сидела у окна в своих покоях, перебирая наброски карты морских путей – тех самых, что мы с Мираном обсуждали вчера. Пальцы машинально водили пером по пергаменту, но мысли были далеко. В голове снова и снова всплывали слова принца: «Без простых людей не будет Империи». В его устах это звучало так просто и так правильно…

Стук в дверь раздался резко, почти грубо – не тот вежливый стук служанки, а властный, нетерпеливый. Прежде чем я успела ответить, дверь распахнулась, и в комнату ворвался Лирен.

Он был взъерошен: плащ перекосился на плече, волосы растрёпаны, в глазах – странная смесь ярости и боли. Я сразу поняла: что‑то случилось. И это «что‑то» связано со мной.

– Мелиса, – голос прозвучал надтреснуто, – объясни мне.

Я отложила перо, стараясь сохранить спокойствие:

– Что именно я должна объяснить, Лирен?

Он сделал несколько шагов ко мне, сжимая и разжимая кулаки: