Лидия Милле – Последнее лето (страница 32)
Они вышли из силосной башни, а мы остались наверху.
Мы смотрели, как Бёрл возле дерева разговаривает с родителями. От группы отделился один отец, но не мой. Мой опустился на колени рядом с моей матерью. Кажется, завязывал ей шнурки.
Иногда у нее простреливало спину, и она не могла нагибаться. Тогда он ей помогал. Должно быть, сейчас был как раз этот случай.
Не такой уж плохой у меня отец.
Тот, другой, сбегал и принес из машины аптечку. Достал из нее что-то и перерезал колючую проволоку. Два отца отвязали Мэтти от дерева.
Джуси от радости попытался дать пять Рейфу. Но Рейф для таких жестов был слишком крут.
Отцы подняли Мэтти, придерживая его с двух сторон (руки он закинул им на плечи, голова бессильно запрокинулась назад). Бёрл шел впереди, указывая дорогу к сараю.
Громкая кантри-музыка из коттеджа смолкла; гнусавые завывания певца оборвались на полуслове.
Мы вытянули шеи и, теснясь у перил, смотрели во все глаза. Из дома вышел главарь в сопровождении толстых охранников – они на ходу снимали ружья. Раздались голоса – разговор шел на повышенных тонах, но разобрать слов мы не могли.
Затем кто-то кого-то толкнул. Мы не видели, кто и кого именно. Хлопнул выстрел. Послышался крик, еще один. Мы переглянулись.
Но стреляли, похоже, в воздух: никто не упал.
Родители отступили назад.
Отцам приставили к спинам оружие. Матери подняли визг. Из коттеджа вышли остальные солдаты и стали тыкать стволами (один – арбалетом) в сторону сарая. Туда и двинулась вся толпа.
– Может, пора спуститься? – спросила Джен.
– Если останемся тут, значит, мы слабаки, – сказал Джус.
– Бёрл сказал не спускаться, – напомнил Лоу.
– Уважайте Бёрла, – сказал Рейф. – Помните? Это одно из правил.
– Оставайтесь там, – крикнула Саки.
– Посмотрите, кого я нашла, – произнес другой голос. Тоже снизу.
Я перегнулась вниз и вгляделась. У двери в силосную башню стояла Вэл и указывала на кого-то позади себя.
Я не сразу узнала Ди. Похоже, она, как родители, отощала. Неужели в особняке закончилась еда? Или просто ее лицо кажется старше?
– Какие люди! – воскликнул Лоу.
– Пряталась в машине, – сказала Вэл.
– Им надо было помочь сюда добраться, – оправдываясь, бормотала Ди. – Вы же сами захотели, чтобы они приехали. Сказали, что вам нужна помощь.
– Только потому, что ответили на
– Вы сами им позвонили, – сказала Ди.
– Ничего подобного, – возмутился Лоу.
– Ну не ты, так кто-то другой, – сказала Ди. – Так они и узнали, где вы и что с вами. Потому и начали вам названивать. Все разом.
– Брехня, – сказал Рейф. – Никто из нас им не звонил.
Мы все замотали головами.
– Я не звонила, – сказала Джен.
– Я тоже, – сказал Лоу. – Ни за что не стал бы.
– Звонила я, – раздался спокойный голос.
Мы посмотрели вниз. Саки. Она качала ребенка и старалась ни с кем не встречаться взглядом.
Мы умолкли.
Поверить не могли.
Но она сама это сказала. Никто ее за язык не тянул.
– Ну вот, – сказала Ди. – Я права. Я выиграла.
– Черта с два, – возразила Джен.
Но вид у нее и в самом деле был как у проигравшей. Они с Саки особенно сдружились.
– Охренеть, – наконец сказал Рейф. – Ну и на фига ты звонила? Теперь у этих психопатов восемь новых пленников.
– Что будем делать дальше? – спросил Джуси.
Он посмотрел на Рейфа. Рейф – на меня.
Я подумала о Джеке и Шеле, которые прятались где-то, – солдаты их до сих пор не обнаружили. В глубине души мне хотелось сбежать отсюда подальше и присоединиться к ним. Оставить взрослых выпутываться самим.
Но я не могла так поступить.
И мы затеяли обсуждение и голосование.
В делегацию вошли я, Рейф и Терри. Саки и Ди увязались следом: Ди – из упрямства, а у Саки был ребенок. Дэвид остался в силосной башне.
Остальные спустились вниз по веревке Вэл и под покровом темноты направились в лес.
Наша группа дошла до сарая, дверь которого охранял мужик с арбалетом.
Внутри было темно, лишь на балках под потолком висела пара походных ламп. Родителей загнали в одно из стойл, а на дверь повесили замок. Я не очень поняла зачем, ведь стена там не доходила до потолка. В два счета можно перебраться. В другом стойле Бёрл и ангелы склонились над Мэтти.
Солдаты о нем, казалось, забыли. А может, наконец сжалились.
Но мне в это слабо верилось.
– Ева! – сказала моя мать.
– Ева! – сказал мой отец.
Родители изменились, осунулись и похудели, но не только. Изменилось что-то еще трудноуловимое. До меня не сразу дошло, что именно: они были трезвы как стеклышко.
– О-о, воссоединение семьи, как мило, – ухмыльнулся арбалетчик.
– Боже, – сказала моя мать. – Ты в порядке. А Джек? Где Джек?
– В безопасности, – ответила я. – Пока что.
– Ева, мы так волновались.
– Вам же сказали, что они вооружены, – тихо сказала я. – И вы приехали с пустыми руками?
– На нашей стороне закон, – выпрямившись и сверкнув глазами, заявил мой отец. – Сила закона.
Может, он все же был слегка навеселе.
– Мы пригрозили им судебными исками, – сказал другой отец, стоявший рядом.
Должно быть, отец Рейфа, потому что Рейф от стыда закрыл лицо рукой и покачал головой.
– Мы разорим этих мерзавцев до нитки, – буркнул третий отец. – Когда все нормализуется.