Лидия Миленина – Катастрофа для хозяйки, или Дракона на кухню не пускать! (страница 25)

Глава 14. Блистающие в ратуше

— А ты? — цепко глядя на меня, повторил дракон.Вот так сразу? Так просто…Улететь с ним. Стать женщиной дракона. Его спутницей. Его избранницей – так ведь?Но моему сердцу чего-то не хватало. Даже грустно стало.Вроде бы он четко обозначил, что никуда не денется от меня. Но… все это было так по-деловому. «У меня есть чувство ответственности», пронеслось у меня в голове.Лучше бы у тебя чувство любви было!А если оно есть – то лучше бы ты говорил об этом, а не расписывал мне, какой ты ответственный и логичный.Мужчины, подумалось мне. Я и прежде знала, что они склонны вести себя так. В общем и в целом.Но знала и то, что по-настоящему  сходящий с ума от любви мужчина, не будет расписывать тебе логичные причины, почему вам нужно быть вместе. На старших курсах в меня были влюблены два парня и один преподаватель. И даже этот молодой преподаватель просто клялся мне в любви и предлагал бросить весь мир к моим ногам. Ему не нужны были другие причины, чтобы быть со мной, кроме чувства, кроме чувства жившего в его  груди.К сожалению, я ничего к нему  не испытывала…А вот к дракону…?!— Я не знаю, Арсан, — честно сказала я и невольно опустила глаза.Где-то мне было стыдно за этот ответ.— Вот видишь, — тоже опустил взгляд дракон.Кажется, он тоже расстроился.И меня это порадовало. Да, порадовало! Ведь, значит, ему не все равно, как я к нему отношусь, что к нему испытываю.Только вот точно назвать то, что испытываю к нему, я не могла.Ха! Вот так, Арсан, с грустью подумалось мне.Винила тебя, что ты не говоришь о любви. Что лишь делаешь мне комплименты и упоминаешь, как я свожу тебя с ума (а это может значить и чисто физическое влечение). А сама чем лучше?Если задуматься, точно я могла сказать лишь то же самое. Ну примерно…Он мне нравится. Я привыкла к нему и привыкла опираться на него. Я ему доверяю. Он меня восхищает! Меня тянет к нему. И, да, порой он тоже сводит меня с ума – не только физически, но и в чувствах, которым нет названия.И вот как назвать все это одним словом, я тоже не знала. Любовь ли это? Влюбленность? Или что?И продлится ли это всю жизнь… Вот в чем вопрос!Легко улететь на крыльях непонятного чувствах (и на крыльях дракона), потерять все, отказаться от всего. А потом получить остывающее сердце и невозможность возвратить то, что было дорого.А еще у меня есть чувство ответственности…—  Ты не понимаешь!  —  сказала я. По правде, в тот момент мне захотелось заламывать руки. —   Говоришь, у тебя есть чувство ответственности. Так вот, у меня оно тоже есть. Я не смогу никуда улететь с тобой или куда-то уехать, потому что я нужна… наплевать на таверну – я нужна меховикам и Бастиону! Пока нет замены, которую они могли бы полюбить, которая заботилась бы о них, я привязана к таверне. Ведь это я пришла к ним и объявила себя их хозяйкой. Я отвечаю за них…И в тот же миг мне подумалось, что, возможно, Арсан испытывает передо мной такое же чувство ответственности, как я перед котиком и домовиками. Как перед существом, которое он приручил… Не более того.Тьфу! Как это противно.Вот это вообще нельзя думать, иначе я начну ненавидеть и его, и себя.— Я понимаю, — вдруг очень мягко сказал Арсан. — Правда, сразу скажу – нашу меховую братию, если что, можно взять с собой. Мне еще не приходилось катать на спине домовых и котов, думаю, это уникальный опыт, — и губы Арсана скривила его фирменная кривая улыбка. Восхитительная, непередаваемая.А я в очередной раз удивилась. Он и на это готов пойти? Хм… Я уже ничего не понимаю!Своих чувств.Его чувств.Меры нашей ответственности.Захотелось рыдать.— Иди сюда, — дракон поймал меня за руку, притянул и усадил себе на колени.Тело тут же расслабилось – на контрасте я вдруг ощутила, насколько напряжена была прежде. Стало хорошо. И то, как он обнимал меня, как касался… В этом было столько нежности, что сложно было поверить в то, что он просто хочет меня.— Я все понимаю, — мягко сказал он – бархатным баритоном, от которого по телу побежали мурашки. Так же мягко коснулся губами моего виска. — У каждого из нас своя ответственность. И общая тоже есть. Мы связаны ею, но все эти вопросы решаемы, если мы захотим их решить, —  он помолчал, а потом очень медленно, подбирая слова, продолжил: —  Может быть, ты не знаешь - драконы чувствуют не так, как люди. Мы живем очень долго, и чувства наши длятся порой… хм… тысячелетиями. Поэтому…— К чему ты сейчас это говоришь? — изумленно прошептала я.И мне опять захотелось плакать – от растерянности и непонимания ситуации.И тут в дверь постучали.— Тарина, Арсан! — это был голос Крауна. — Время идет, вам нужно одеваться! Я пришел посидеть с Руни, как вы просили! Или вы уже совсем забыли, что сегодня праздник в ратуше?! — на последней фразе голос полицейского стал наигранно-грозным.Мы с Арсаном переглянулись. Наваждение момента отхлынуло.Мы неслышно засмеялись, глядя друг на друга. Ведь пока переливали кровь и выясняли отношения, напрочь забыли про визит в ратушу!Лишь где-то в глубине осталось чувство неудовлетворенности, недоделанности.Казалось, чудо было так близко, а  Краун разрушил его своим грубоватым голосом.А голос, между тем, послышался снова:— Я уже не знаю, чем вы там занимаетесь! Молодо-зелено-горячо – я все понимаю! Но, если вы немедленно не соберетесь, то опоздаете!

14-2

***Спустя четверть часа мы с Арсаном встретились в коридоре.Надо сказать, дракон в сюртуке, с выглядывающей белой манишкой, был хорош. Вернее, с одной стороны – хорош, а с другой этот наряд, приобретенный на днях специально для мероприятия в ратуше, выглядел на нем странно. Несколько неуместно, ведь мускулистый Арсан смотрелся, как воин или кузнец.Я же была в зеленом платье в пол. С рукавами колокольчиками и  не слишком низким декольте, прямого кроя. В руках я держала зеленый плащ с небольшой меховой оторочкой, тоже приобретенный к мероприятию.Волосы уложила в не слишком аристократическую, но высокую прическу. Самое то для хозяйки таверны. Хотя, разглядывая себя в зеркале, немного опасалась, что с этой прической бросается в глаза аристократичность моих черт. Никуда их не денешь… Несмотря на изменения, внесенные еще во время пути в таверну, стоило мне приодеться – и древняя кровь графов Морейн словно бы заиграла в моем лице и стати.Нужно еще ходить и держаться не так изящно и прямо, как меня учили в юности, подумала я. Ведь даже внешность не выдает графиню так, как стать и манеры.А где-то подспудно все же хотелось блеснуть… Войти в бальный зал, как настоящая графиня. С прямой спиной, легкой отработанной походкой, полной при этом достоинства. Мещанки так не ходят… И я научилась ходить, как мещанки. То есть – не думая о том, что ты показываешь себя и свою благородную кровь, поддерживая осанку, всем своим видом выражая достоинство.Одернула себя. Во-первых, ничего нет особенного хорошего во всех этих «экивоках» аристократов, ведь подчас они связаны с настоящей гордыней. А, во-вторых, нельзя выходить из роли. Из роли, которая фактически стала моим настоящим «лицом».— Выглядишь великолепно! — сказала Арсан.— Благодарю. Ты тоже, — улыбнулась я.Он взял из моих рук плащ и накинул мне на плечи. Предложил локоть.Так под ручку мы и спустились вниз, где на кухне суетились меховики и Парм (получивший четкие инструкции, что именно делать).Впрочем, волноваться было не о чем. Посетителей в этот вечер было очень мало. Ведь кто-то пошел в ратушу (счастливые обладатели приглашения). А кто-то – просто на площадь - на ту часть праздника, что была доступна всем.В соседней комнате играли Краун с Руни. Собственно говоря, его помощь нам понадобилась, потому что очевидно – Парм и меховики не смогут уделять ей достаточно внимания. А Бастион все же не человек, не факт, что он сможет остановить ее шалости.На столе лежали картинки из известной настольной игры «Еж и черпак». Очень смешной и азартной. И Краун резался в нее с нашей «девочкой», словно сам был ребенком. Возле него стояла также кружка с элем, и полицейский попивал из нее  всякий раз, как ему казалось, что Руни одерживает верх в игре.Сам он в ратушу не пошел, потому что,  по его словам,  «видел все это тысячу раз, это только первый раз интересно».— Мы ненадолго, господин Краун, — улыбнулась я. — Если Руни надоест играть, отправьте ее помогать на кухню.— Я уже много сегодня сделала на кухне! Больше не хочу! — надула губы «девочка». — Я буду составлять букет, если господину Крауну надоест играть со мной!— Очень хорошо, — улыбнулась я.Да, все же Руни была эльфийкой. И хоть она прекрасно работала под прикрытием, природные склонности проявлялись. Время от времени она садилась делать букеты из цветов, которые просила принести Парма. И создавала шедевры, необычные для десятилетней человеческой девочки. Шедевры из обычных полевых цветов. Ведь розы мы почти не срезали.Краун заверил нас, что ему не сложно посидеть с ребенком. Мы поблагодарили его, и, наконец, загрузились в экипаж, который Арсан вызвал к таверне.Ведь приличные люди приезжают в ратушу в экипаже, а не шлепают туда пешком.

***Ратуша высилась в левой части площади. Туда парами и тройками тянулся народ.— Так и знал, что тут будет очередь. Может, пролезем без очереди? — с усмешкой шепнул мне Арсан.И тут я остро ощутила, что на нас кто-то смотрит. Нет, мы и так привлекали взгляды, потому что выглядели очень красивой молодой парой.Но это было другое.Острый, проницательный взгляд, так и вперившийся мне в затылок.Так смотрят только сильные маги.И только маг может это почувствовать.