Лидия Гулина – Убить Саламандру (страница 58)
— Это наш шанс спасти Анку, ни в чём не повинную девушку, которую сегодня собираются казнить за преступления, в которых она не виновна. Пожалуйста, тётя Ника, без вас мы не справимся, — Влад поглаживал левую руку, повторяя движения подруги.
Им уже не нужно было её уговаривать. Выше должностных обязанностей, выше личных предпочтений и симпатий, для Меркушевой Вероники Геннадьевны всегда была справедливость. Тот девичий голосок, звучавший в записи, был полон страха, и он не врал — ложь тётя Ника слышала за версту. Она мягко сжала руки молодых друзей и гордо встала — прямая, царственная, достойная места, в котором они находились, — и прошествовала к двери.
— Следуйте за мной, я проведу вас вниз.
Влад и Алина весело переглянулись и вскочили, стараясь поспеть за Вероникой Геннадьевной, уже исчезнувшей за дверью.
Глава 28
Открытый вход оказался в бывшем гардеробе. Новая дверь сбивала с толку: старый ли это проход или специально выдолбленный для того, чтобы попасть в подземную часть здания — непонятно. Конечно же, его охраняли. Два охранника в тёмной форме, вооружённые автоматами, играли в карты прямо на скамейке рядом, невесело переговариваясь — им явно было скучно. Огромные наушники висели у обоих на шее. Внезапно оба они резко выпрямились. Молодой парень обернулся, а мужчина постарше заглянул товарищу через плечо — до них донёсся чарующий аромат, пробудивший их желудки. Из-за дальнего угла вслед за ароматом выплыла Вероника Геннадьевна, держащаяся за стенку в поисках опоры. В другой руке она катила тележку, накрытую полотном. Молодой охранник подскочил, бросившись экономке на помощь и придержал её за локоть, подводя к их импровизированному посту.
— Ох, мальчики, — проворковала Вероника Геннадьевна, поднимая полотенце, из-под которого повалил плотный пар, — а я принесла вам горячих пирожков.
— Что ты, тётя Ника, не стоило, — молодой охранник сказал это с таким блеском в глазах, что сразу стало ясно: стоило. Он молниеносно выхватил один пирожок прямо из-под носа экономки и вгрызся в него всеми двадцатью восемью зубами (зубы мудрости ему вырвали ещё до Слома).
— Чем сегодня потчевать нас будете? — охранник постарше был ровесником экономки и испытывал к ней нежные чувства.
— Пирог с капустой, с картофелем и грибами, с сёмгой и шпинатом, с луком и с яйцом, с вишней, черешней и…
— Хватит-хватит, — охранник постарше положил руку на плечо тёте Нике. — Мой желудок совершил кульбит ещё на капусте. Кстати, какой из них с ней? — он обвёл пальцем яства на подносе.
— Треугольные, Виктор. А тебе, Илья, больше понравятся круглые, они…
— Неужто с ветчиной и сыром? — молодой охранник по имени Илья успел откусить круглый пирожок и закатить глаза от удовольствия. — Мои любимые.
— Знаю, оттого и принесла их, — улыбнулась Вероника Геннадьевна. — душечки мои, пропустите старую женщину вниз? Сергей Борисович просил принести перекус.
Илья и Виктор переглянулись.
— Мы не получали такого распоряжения, — с сомнением в голосе произнёс молодой охранник, с трудом проглотив вкусный кусок теста.
— Сергей Борисович приказал нам никого не пускать, — добавил с сожалением Виктор. Ему не нравилось отказывать доброй экономке.
Вероника Геннадьевна обиженно надула губы, но тут же улыбнулась вновь.
— А может вы сами тогда отвезёте тележку? А я вместо вас постою на стороже.
— Я и один могу справиться, — Виктор приподнял тележку и тут же выронил её с громким стуком. — Ох, ну и тяжёлая падла. Вероника Геннадьевна, что у вас в ней такое?
Охранник постарше наклонился и одёрнул полог скатерти, полностью накрывающей тележку. Внизу его ждала ещё гора тяжёлых накрытых подносов.
— Куда вам столько пирогов? — присвистнул Илья, заглядывая напарнику через плечо.
— Сергей Борисович сказал, что внизу у него гости, — пожала плечами экономка.
— Хорошо, — как старший, и не только по возрасту, решения принимал Виктор. — Илья, хватай тележку и тащи вниз. Кабанчиком: туда и обратно. Вернёшься не позже, чем через пятнадцать минут. Выполнять!
— Но Виктор Николаевич, — заныл Илья. Ему не прельщала идея тащить на себе по ступенькам тяжёлую тележку, набитую едой.
— Никаких «но», — хмуро посмотрел на него старший по званию. — Я сказал «выполнять», значит «выполнять». Живо!
Ещё раз скорчив недовольную мину, молодой охранник всё же взялся за край тележки и, открыв дверь, начал долгий спуск вниз. Виктор закрыл за ним проход, поэтому вскоре дребезжание тележки по ступенькам удалилось, оставив после себя лишь аромат запечённого теста.
Старший охранник поправил фуражку и смущённо взял Веронику Геннадьевну под руку.
— Сегодня Сергей Борисович устраивает большую конференцию, — завёл вежливую беседу Виктор, — вона сколько народу столпилось на площади. Поди ж в подвале сейчас репетирует свою речь.
Для остальных обитателей Зимнего дворца на нижних уровнях располагались комнаты отдыха Сергея и личный оздоровительный кабинет. О патологическом желании великана излечить свою болезнь полностью не слышал только ленивый.
Вероника Геннадьевна промолчала.
— Интересно, для чего он собрал всех этих журналистов? — продолжал размышлять охранник, постукивая пальцем по подбородку.
Вероника Геннадьевна сильнее прислонилась к Виктору Николаевичу, вогнав того в краску.
— Может у него есть идея, как решить проблему со Сломом? Вот было бы здорово! — за разговором Виктор пытался скрыть волнение.
Вероника Геннадьевна начала оседать на пол, наваливаясь всем весом на охранника.
— Вероничка! — Виктор ловко поймал экономку и прижал к себе. — Что с тобой, милая? — Он приложил руку к её лбу. — Да ты вся горишь!
Лицо Вероники Геннадьевны пылало, дыхание участилось, а слепые глаза прикрылись, только ресницы судорожно трепетали в такт яростному сердцебиению. Вокруг не было ни души, а Илья вернётся не скоро. Старший охранник решил прислонить экономку к стене и сбегать за помощью, но Вероника вцепилась мёртвой хваткой, дрожа всем телом.
— Воздух, — прошептала она.
— Что? — Виктор Николаевич прижал ухо к губам почти бесчувственной Вероники.
— Пожалуйста. Мне нужен свежий воздух, — чётче повторила экономка.
— Да, конечно, — Виктор Николаевич оглянулся по сторонам. Никого. Никого, кто мог бы помочь. Он не мог оставить свой пост, слишком ответственным он был человеком, но и оставить женщину в беде было выше его сил. Взвесив все за и против, а также решив, что Илья скоро вернётся, Виктор взвалил на себя слабеющую на глазах Веронику Геннадьевну и направился с ней к ближайшему выходу. В конце концов, что могло произойти за те пять минут, что его не будет?
Ещё не успели две фигуры исчезнуть за углом, как другие две фигуры, поменьше и проворнее, юркнули из другого конца коридора и незаметно для глаз исчезли за дверью. Камера, направленная на пост, мигнула пару раз. Макс зациклил играющих в карты охранников.
******************************************
В подвале было затхло. Несмотря на новый ремонт, подвал оставался подвалом. Подземным убежищем, которому невозможно спастись от вездесущих питерских осадков.
Лестницу друзья пробежали быстро. Внизу спрятались за огромной отопительной трубой и дождались, когда молодой охранник, любитель пирожков с ветчиной и сыром, не вернётся обратно. Нахмуренный и недовольный, он торопился вернуться обратно: коллега, сторожащий вход в лабораторию, обругал его последними словами и не пустил внутрь, оставив тележку в коридоре. Жмот. Сам всё съест, и с другими не поделится. Наверху Илью тоже ждало недовольство: Виктора не было на месте. И недовольство росло и росло, ещё пятнадцать минут, пока Виктор, красный и счастливый, с отпечатком красных губ на щеке, не вернулся обратно. Илья попытался возмутиться тому, что старший оставил пост, но сразу получил нагоняй, теперь за то, что перечит старшему. Что б ещё хоть раз Илья спустился вниз. Напарники продолжили играть в карты, даже не представляя, что происходило в подвале.
А там Влад и Алина решали, куда двинуться дальше. Камер внизу не было, поэтому на помощь Макса они не рассчитывали. Люди на пути почти не появлялись, и друзья ловко избегали встреч с ними с помощью зеркальца — того самого, благодаря которому он высматривал незваных гостей, когда Анка выпуталась из наручников. Но они не могли вечно петлять по коридорам, надеясь однажды очутиться в нужном месте. Им нужен был план.
И вскоре они услышали знакомый голос, который вполне мог стать частью этого плана. Нет, не голос Анки. Этот был грубее, более низкий и, что уж говорить, взрослый. Анатолий Олегович громко ругался недалеко впереди, требуя немедленно выпустить его из заточения и отвести к Сергею Борисовичу.
За следующим поворотом друзья и нашли источник звука: в небольшом тупике стоял ушастый охранник, безразлично смотря на стену впереди и периодически широко зевая, не удосуживаясь даже прикрывать рот. За ним, из решётки в двери, высовывались пальцы, пытающиеся схватить парня за волосы.
— Нет. Ты послушай меня! Я — уважаемый человек! То, что меня схватили асфалийцы — это вообще недоразумение! Слышишь меня? Позови сюда Серёжу, или лучше отведи меня к нему, и мы решим этот вопрос! Эй!
Анатолий Олегович беспорядочно кричал, почти не умолкая, заглушая шаги Влада и Алины. Пока друзья шёпотом обсуждали, стоит ли вызволять отца Анки, тот прокричал снова: