Лидия Гулина – Дар Евы (страница 15)

Пытаясь рассмотреть, что же находится внизу, Ева чуть не перевалилась за борт, но сильная рука удержала ее.

– Если упадешь, то вырвешься из пузыря и попадешь в самую толщу воды. Поверь, я не успею спасти тебя до того, как давление или проплывающая мимо акула не разорвут тебя на куски.

До сих пораженная зрелищем, Ева совсем не испугалась ни слов капитана, ни его самого, продолжавшего поддерживать Бездарную за талию так же, как и его брат раньше.

– Как красиво, – прошептала Ева. На биение сердца она испугалась, что громким голосом может спугнуть прекрасное наваждение. – Это так красиво. Не могу поверить, что такой дивный мир существует на самом деле. Я в жизни не видела ничего восхитительнее.

Ева с трудом отвлеклась от созерцания подводного мира и посмотрела на капитана. Он обнимал ее за талию, и она чувствовала тепло его тела. Страшный шрам, рассекающий его щеку и уходящий на шею, еще сильнее выделялся в бликах света. Так близко и на фоне невероятного зрелища, Мортимер показался ей прекрасным. Он сиял той внутренней энергией, которая украшала каждого мага за работой. Волшебство струилось из него, окутывая всех на Акупаре. Сам пузырь и был его волшебством, и Ева поразилась могуществу этого человека. На мгновение даже промелькнула мысль: «Как же ему не подходит его имя – Смерть. Он больше похож на дарующего жизнь».

– Спасибо, – выдохнула Ева и искренне засмеялась. Легко и беззаботно, снова оглядывая Океан. – Спасибо, капитан, за такую возможность. Храня воспоминание о спуске, моя душа спокойнее уйдет на тот свет.

Капитан скривился и, отпустив девушку, отошел.

– Что за глупости.

Даже ворчание Мортимера не омрачило настроение Евы. Она оглянулась, рассматривая экипаж. Все разбрелись по палубе, тоже наслаждаясь красивым видом. Матушка стояла у самого носа корабля, указывая на черепаху с выводком. Неподалеку облокотился на борт Огонь и внимательно ее слушал. У выхода с нижних палуб все еще крутился Марк, а рядом с ним смеялась Изабель, восхищенно глядя на парня. Младший брат капитана снова рассказывал что-то веселое.

На эмоциях Ева поклонилась перед капитаном, чем немало его удивила, и выпалила, пока решимость не ушла:

– Простите за мое поведение. Вы приютили мою семью, были терпеливы со мной, показали этот прекрасный подводный мир. Изи говорила, что вы не дозволяете рабам опускаться на дно, но теперь вижу, как вы щедры. Я была не права, когда относилась к вам с предубеждением.

Все еще улыбаясь, она выпрямилась и встретилась с внимательным взглядом синих глаз.

– Во-первых, не надо мне тут «выкать», – то ли от хорошего настроения, то ли от впечатлений, но в привычно грубых словах Ева не услышала злости, скорее ворчание упрямого мальчишки. Юноши девятнадцати оборотов отроду, который был могущественным капитаном. – Во-вторых, мы не на дне. Туда я правда беру с собой немногих, но не из-за их положения, а из других соображений.

– Не на дне?

Ева недоуменно заозиралась и мысленно обругала себя. Ну конечно, затонувшие корабли не плавают в толще воды, а опускаются ниже. Она снова посмотрела на кораллы внизу. Среди которых иногда просматривались странные сооружения и пустые участки глеи, покрывавшей дно Океана.

– Мне проще поддерживать один пузырь вокруг Акупары, чем сходить с нее в более мелких, а тем более создавать несколько для каждого члена команды, – разговорился капитан. – Обычно спускаюсь я, Марк, фиксирующий все на бумагах, Инга, поддерживающая мои пузыри, и Пит с Люком, чтобы перетаскивать найденное на корабль. Остальных, уж извините, не беру с собой – это не экскурсия.

Создать большой пузырь легче, чем мелкий? Ева покачала головой. Она была далека от тонкостей магии.

– Сегодня сделаем исключение, – Мортимер хищно ухмыльнулся. – Готовься, Ева, пойти со мной на дно.

***

Марк грустно топтался рядом, раздавая последние наставления. Какие обозначения следует использовать, если Ева заметит что-нибудь интересное. Когда стоит записать слова капитана. Что следует зарисовать, чтобы не забыть. Его не брали в эту экспедицию, и Ева видела, как бедный парень маялся без дела, перепоручая свою работу ей.

– Хватит ныть, – отмахнулся от настырного брата капитан. – Не забывай, что неподалеку видели пиратов, и я не хочу сейчас тратить много сил на спуск. Пойдем только я и Ева. Проверю, как она будет ориентироваться на дне.

– Ну пожалуйста, – было видно, что скулит Марк уже для вида: Мортимер ясно дал понять, что не изменит своего решения. – Вдруг Ева не поймет, на какие ощущения обратить внимание? Я смогу подсказать.

– Сделай лучше полезное дело и зарисуй вид сверху, – отрезал капитан. – В Ветренном мы бываем редко, надо воспользоваться этой возможностью. И не забудь про вон того красного моллюска. Я думаю, стоит рассказать о нем Его Величеству Константину Аурельскому. Может, его заинтересует алый перламутр?

Мортимер не стал ждать новых возражений брата и, взяв Еву под локоть, пошел к доске, один конец которой выдавался за пределы пузыря.

Младшая Эмер оглянулась. На нее смотрело несколько десятков пар глаз. Матушка и сестра стояли, взявшись за руки. Заметив внимание Евы, Анна ободряюще улыбнулась и махнула дочери, а Изабель, глядя исподлобья – все еще злилась, – уверенно кивнула. Они обе не выглядели обеспокоенными, наоборот, они будто гордились Евой. Не желая упасть в их глазах, младшая Эмер гордо выпрямилась и махнула рукой в ответ, прощаясь на время со всем экипажем Акупары.

Мортимер подвел Еву к доске и ступил на нее первым, утягивая Бездарную за собой. Он шел так уверенно, что Эмер не сразу сообразила, что уже пару шагов она сделала, практически повиснув в воздухе. Вспомнились рассказы о пиратах, устраивающих казнь через прогулку по доске. Вспомнилась и ночь, когда капитан, также схватив Еву, вывел ее из дома. Дыхание перехватило, в страхе она вырвала локоть у Мортимера и, потеряв равновесие, начала размахивать руками, расшатывая и без того неустойчивую доску. Она уже начала падать в сторону, но капитан снова подхватил ее за талию, крепко прижимая к себе. Испугавшись, Ева обхватила Мортимера в ответ, утыкаясь в его рубашку лицом. Дикий стук сердца отдавался в ушах, и Бездарная не могла понять: ее это сердце или капитана.

– Мола! – воскликнул Мортимер, восстанавливая равновесие. – Что это сейчас было?

Не в силах посмотреть на него, Ева проговорила прямо в грудь капитану:

– Простите, я испугалась.

Прошло несколько биений сердца, пока доска не прекратила вибрировать, а дыхание Евы и Мортимера не выровнялось. Только тогда капитан отпустил своего нового трусливого картографа и ловко поменялся с ней местами, оказавшись позади.

– Дамы вперед, – он легонько подтолкнул ее к краю доски, мокрому от воды снаружи. – Не бойся, я держу тебя, малек.

Старое прозвище, которым младшую дочь называл отец, успокоило, как и крепкие руки, обхватившие ее плечи. Ева уверенно шагнула вперед, пересекая прозрачную границу. Ее ногу, а потом и все тело окружил новый слой пузыря, и они с капитаном оказались снаружи, отделенные от остального корабля тонким слоем защитного купола.

А потом они начали медленно погружаться вниз, туда, где людям было не место.

Глава 8. В которой Ева сражается.

Спуск казался бесконечным.

Ева стояла бок о бок с капитаном в тесном пузыре. В начале, стараясь рассмотреть морских обитателей, она то и дело задевала Мортимера и сразу же смущенно отскакивала от него. Но вот они спускались все ниже и ниже, и Ева сама схватила капитана под локоть, в изумлении озираясь по сторонам. Ее охватило необъяснимое желание потрогать живого человека, чтобы понять – это не сон. Так некоторые люди щипают себя, когда сомневаются в реальности происходящего. Еве хватило тепла и плотных мышц под тканью рубашки. Иногда она указывала на проплывающих мимо рыб, и Мортимер следил взглядом за ее пальцем, улыбаясь уголком губ. Они оба молчали, вслушиваясь в мелодию подводного царства, и тишина не казалась неловкой.

С приближением к глее Ева услышала и новый звук. Точнее даже почувствовала, положив руку себе на грудь.

Будум.

Ее сердце билось в предвкушении. Чем ниже они опускались, тем громче и четче звучало «будум-будум», отдаваясь уже и в голове. Кончики пальцев зазудели, и Ева недоуменно подняла руку, всматриваясь в кожу, но ничего странного не заметила. Зато внутри у нее словно проснулся смерч, закруживший внутренности. По всему телу раздалось покалывание, дыхание перехватило, а уши заложило. Яркая мигрень пронзила ее голову.

До глеи оставались считанные биения сердца, когда жар накрыл Еву, и она навалилась на капитана, расшатав их пузырь.

– Ева? – обеспокоенно спросил капитан, подхватив Бездарную.

«Я сейчас упаду», – хотела ответить Ева, но не успела: ее ступни коснулись дна, и одновременно произошло две вещи. Во-первых, от ее ног и до макушки прошла волна, схожая с той, которая появляется, когда человек дает Клятву острову-медузе. А во-вторых, Ева ожила.

Нет, конечно, она не была до этого мертвой, но вдруг все ее чувства обострились. Она все еще находилась под тоннами воды в душном шаре, а вдох, который она сделала, обладал невозможной свежестью, словно она сейчас стояла на крыше своего дома в самом начале зоны цветения. Кораллы и рыбки вокруг стали ярче и заиграли новыми красками, будто до этого Ева не видела какого-то особенного, необходимого всем людям цвета.