Лидия Гулина – Дар Евы (страница 11)

– Замолчи!

Капитан остановился, но продолжал смотреть в распахнутые от ужаса глаза Евы.

Через весь зал к ней подбежала Изабель, развернула лицом к себе и крепко прижала ее голову к груди.

– Замолчи, – уже спокойнее повторила Изи. – Не обязательно было так это преподносить.

Капитан скривился. Он отлип от стены и подошел к сестрам.

– Как – так? – голос его сочился ядом. – Вся ваша семья скрывала от Евы, что значит быть по-настоящему Бездарным. Зачем?

Капитан схватил Еву за локоть и потянул на себя, вырывая из рук сестры. Ева зажмурилась, пытаясь хоть так отгородить себя от слов капитана, но Мортимер сжал ее предплечья и встряхнул, заставив младшую Эмер смотреть ему прямо в лицо.

– Ты ведь знаешь, что взрослых Бездарных попросту не существует. Вы умираете к восемнадцати оборотам от истощения. В вас нет магии, поддерживающей жизнь, к тому же вы не способны выполнять обязанности наравне с одаренными. И вот таких детей, которым и так дано мало времени на этом свете, маги берут на корабли, развлекаются с ними, как с игрушками, мучают, пытают, насилуют, чтобы выкинуть за борт, едва на горизонте появится опасность.

Грудь сдавило холодом, морскими змеями проникшими под кожу. Она никогда не слышала об этом. Никто ей не рассказывал, что происходит с Бездарными, которых продали на большой корабль. Сколько стращали, но ни словом не обмолвились о том, что может ее ожидать на самом деле.

– Тебе и Марку – шестнадцать, – продолжал Мортимер, – но взгляни на него и на себя. Ты бледна, истощена и слаба, а он пышет жизнью. Найди себе дело на корабле, иначе долго не протянешь, а живой труп мне в команде не нужен.

Капитан отпустил Еву и, развернувшись, вышел из зала. Предплечья девушки горели, скоро на них расцветут синяки. А сама младшая Эмер едва держалась на ногах и точно упала бы, если бы старшая сестра и Марк не подхватили ее. В голове у Евы шумело, а только что съеденный обед просился наружу, что, видимо, было ясно по ее лицу.

– Я отведу ее на свежий воздух, – сказал Марк, глядя на Изи. Поколебавшись лишь биение сердца, старшая сестра поцеловала младшую в щеку и отпустила.

Подхватив Еву за талию, чему она даже не смутилась, Марк вывел девушку из зала.

***

В лицо Еве ударил бриз, освежая и приводя в чувство.

Марк отвел ее недалеко. Оказывается, вся задняя часть Акупары была в длинных трещинах после битвы с другим кораблем-чудовищем. В любое другое море Ева непременно расспросила бы Марка и о корабле, и о битве, но сейчас перед ее глазами стояла лишь картина детей, падающих в пучину, кишащую чудовищами. В каютах было небезопасно и холодно: поврежденный панцирь осыпался, делая дыры еще больше, – поэтому они оставались нежилыми, но зато отлично подходили для отдыха после тяжелого рабочего моря. Именно здесь располагались игральные столы и бочки с напитками, которые Анна строго настрого запретила дочкам пить.

– Не сердись на него, – начал Марк, когда увидел, что цвет лица Евы из зеленого снова стал привычно бледным. – По нему не скажешь, но он заботится о своей команде и желает для всех самого лучшего.

– Например, предлагает мне стать вашей наживкой? – уточнила Ева.

– С чего такие мысли? – Марк даже поперхнулся. – Наоборот, он лишь сказал тебе, что тебя ожидало бы на любом другом корабле. Но не на Акупаре, поверь мне. Здесь ты в безопасности.

Парень грустно улыбнулся и перевел задумчивый взгляд на море. Его черты разгладились, отчего Марк стал казаться моложе своих шестнадцати. А ведь Ева почему-то думала, что это Марк – старший. Он был выше брата, шире в плечах, бодрее. Если бы не цвет волос и глаз, Эмер и вовсе решила бы, что это Мортимер – Бездарный, которого разъедает изнутри.

Так же не поворачивая головы к Еве, Марк внезапно начал расстегивать свою рубашку. Так резко, что Эмер не успела даже отвернуться, а потому сразу увидела причину, зачем Марк это сделал. И застыла, не в силах отвести взгляд.

– Брат спас меня, избавил от страшной участи, – произнес он.

Слепо, будто делал это сотни раз, Марк провел пальцами по своей обнаженной груди. Ева прикрыла рот, отшатнувшись.

Сотни и сотни шрамов, наползавших друг на друга в хаотичном рисунке. Длинные и короткие, широкие и тонкие, некоторые круглые и рваные, словно кто-то тушил о кожу подростка папиросу – они наглядно иллюстрировали слова капитана.

– Наш отец… жестокий человек. Он тоже капитан и тогда отвечал за свою команду. Наверное, свой корабль он любил больше, чем меня или брата. Ну, больше, чем меня точно, – парень невесело усмехнулся. – Конечно, сына капитана обходили стороной. Никто не смел и тронуть меня, я был неприкасаемым. Для всех, кроме отца.

Запахнув рубашку, Марк застегнул обратно все пуговицы, скрывая за легкой светлой тканью свое прошлое.

– В море, когда отец решил, что я исчерпал свой лимит, брат встал перед выбором: либо Бездарный я, либо могущественный отец, обещающий ему власть и силу. Брат выбрал меня. Как и твоя семья, он защищал меня. Поэтому не злись на него, Ева, и прими извинения.

Ева хотела было ответить, что Марк не обязан извиняться за брата, но он внезапно наклонился, притянул к себе ее голову и оставил на лбу легкий поцелуй.

– Отдохни сегодня, цефея. – Марк встал и теперь смотрел на нее сверху вниз, улыбаясь во все зубы. – Завтра покажу, чем на Акупаре занимаюсь я. Вдруг мои обязанности придутся тебе по душе, и мы сможем работать вместе?

Он весело подмигнул Еве и подал руку, чтобы помочь ей встать. Соприкоснувшись с теплой и сильной ладонью, младшая Эмер поймала себя на мысли, что она готова на любую работу, лишь бы Марк был рядом.

Глава 6. В которой Ева ссорится.

Остаток моря Ева провела на кухне с матушкой, развлекая поваров новыми историями, которые она прочитала в книгах, обнаруженных у себя в каюте. Кто бы ни подложил ей эти фолианты, он явно знал предпочтения Евы. Истории изобиловали рассказами о морских тварях, об отважных капитанах и ужасающих пиратах. Нашлось даже две легенды об искателях сокровищ, таких как Мортимер. То были добрые и справедливые моряки, спасающие попавших в беду девушек, и представить на их месте своего – уже своего – капитана Ева никак не могла.

Уставшая, вечером Ева возвращалась в каюту с мыслями о сне и завтрашнем дне. Ей не терпелось узнать, чем же таким занимается на корабле Марк, но больше всего она желала просто провести с ним море.

Однако планы на спокойный вечер оборвала гостья, сидевшая на кровати и читавшая те самые легенды. Изабель, с прямой спиной, длинными блестящими волосами, сразу отвлеклась от чтения, бросив книгу на подушку, и кинулась к сестре. Ева не могла припомнить, чтобы видела ее такой сияющей дома. Извечная морщинка, пролегавшая между бровей сестры, разгладилась, кожа порозовела, а руки, обнявшие Еву за плечи, будто стали мягче и нежнее, несмотря на ежедневную работу с ведром и шваброй.

– Как ты? – Изабель внимательно осматривала лицо Евы. – Я волновалась.

Беспокойство в глазах Изи тронуло Еву, и на ее глазах выступили слезы. Утреннее происшествие, уже успевшее отойти на второй план после приглашения Марка, ударило по ней с новой силой. Прикрыв ладонями лицо, Ева уткнулась в плечо Изабель:

– Мне так страшно, – она впервые произнесла это вслух, и только сейчас в полной мере осознала всю глубину навалившегося на нее ужаса. – Я не знаю, что мне делать. А вдруг я не найду себе занятия и капитан вышвырнет меня в море?

– Не говори ерунды, – Изабель пригладила сестру по голове. – Акупара – верткая и быстрая, она легко уйдет от любого чудовища, и для этого Мортимеру не нужно отвлекать их.

– Тогда он продаст меня на другой корабль за ненадобностью и разлучит с вами, – упиралась Ева.

– Дорогая, капитан ни за что это не сделает, – мягко ответила Изи.

– Откуда тебе-то знать?! – Ева вскинула голову и уставилась в глубокую синеву глаз сестры. – Ты – маг, еще и водный, нужный человек на корабле, как и матушка. А я бесполезная. За какую работу не возьмусь – все без толку. И вообще, почему ты так защищаешь капитана? Он украл нас, Изи. Украл нашу свободу, нашу спокойную жизнь. Мы отлично жили втроем на Агнес. Не жировали, конечно, но все было ведь так хорошо, а он…

– Ева!

Та осеклась, увидев, как покраснели щеки у старшей. Не от смущения, а от гнева. Ева испугалась: она впервые увидела Изабель такой.

– Прекрати вести себя как ребенок.

Упрек в голосе Изабель ранил, и Ева отшатнулась. Изабель же шагнула навстречу. Хоть Изи была выше всего на полголовы, в тот момент Еве показалось, что та возвышается над ней, подавляя весом своих слов.

– Может, ты и не догадывалась, обитая в своем маленьком мирке, но мы не жили, а выживали. Ты сидела дома, у тебя не было никаких забот, кроме как вышивать и читать книжки. Отец оберегал тебя, боялся тебя потерять и делал все возможное, чтобы на острове с ним считались, а тебя не трогали. Вся наша – моя! – жизнь строилась вокруг тебя. Мне с детства твердили, что тебя надо защищать. Потому-то мы никогда не рассказывали тебе об ужасах внешнего мира, чтобы маленькая Ева прожила недолгую, но счастливую жизнь. Но я устала.

Гнев на лице сестры сменился болью, а руки ее безвольно опустились, и она застыла посреди комнаты, сразу же став прежней Изабель. Утомленной свалившимися на нее обязанностями, как теперь поняла младшая.