Лидия Гортинская – Андроид, выйди вон! (страница 4)
– Все?
– Все.
Она посмотрела на меня.
– Он андроид?
– Да.
Она вздохнула и наконец улыбнулась.
– Хорошо.
Я налил еще один стаканчик воды.
– Платова.
– Что.
– В следующий раз вызывай меня днем.
Она открыла термос.
– В следующий раз, Краснов… – она налила себе чай. – Я попробую найти преступника, который согласится на удобное для тебя время.
***
Лифт ехал вниз медленно. Я прислонился затылком к холодной стенке кабины и закрыл глаза. После таких разговоров мозг всегда пытается куда-нибудь сбежать – обычно в прошлое.
Почему-то я вспомнил школу. Первый день. Я пришел в класс и сразу понял, что попал в научный эксперимент под названием «Сколько времени нужно стае подростков, чтобы выбрать жертву».
Ответ оказался быстрым. Примерно настолько, чтобы я даже не успел сесть.
Я был выше всех на голову, светловолосый, весь в веснушках и с именем Эрланг. Это имя звучало так, будто его придумали два математика в плохом настроении. Учительница сказала:
– Познакомьтесь, ребята. Это Эрланг Краснов.
Класс замолчал на секунду. Потом кто-то на задней парте спросил:
– Это имя или диагноз?
Я тогда еще не понимал, что дети – самые честные существа на планете.
Вечером я пожаловался родителям. Отец слушал меня очень внимательно.
– Попробуй договориться, – сказал он. – Люди редко бывают агрессивными без причины.
– Пап, – сказал я. – Это подростки. Им по двенадцать лет.
Он немного подумал.
– Тогда попробуй найти причину такого отношения.
Мама сидела на кухне с чашкой чая и читала статью на планшете. Она была профессором физики и относилась к жизни как к экспериментальной установке. Она даже не подняла глаз.
– Один раз дай сдачи, – сказала она спокойно. – Этого обычно хватает для эксперимента.
– Мам.
– Один раз достаточно.
– Это научный совет?
– Практический.
Я посмотрел на отца. Он вздохнул.
– Иногда твоя мать использует очень… короткие доказательства.
В нашем многоэтажном доме был подвал. Там пахло резиной и потом. В углу висел потрепанный баннер: «Каратэ-клуб «Тигр»».
Тренера звали Игорь Петрович. Он был невысокий, лысый и говорил так тихо, что все сразу начинали слушать.
– Зачем пришел? – спросил он.
– Меня хотят избить.
Он кивнул:
– Хорошая мотивация.
Так я и начал заниматься карате. Через полгода один из одноклассников решил проверить, работает ли теория моей мамы.
Работала. После этого меня перестали дразнить, потому что люди очень быстро понимают простую вещь: если эксперимент уже проведен, повторять его бессмысленно.
Лифт тихо звякнул. Двери открылись.
Я вышел в холл здания и на секунду остановился. Странная мысль вдруг пришла мне в голову. Отец всегда говорил, что людей можно понять с помощью разговора. Мама – что иногда проще подраться.
А я теперь зарабатывал на жизнь тем, что разговаривал с теми, кто не был уверен, что они люди. И, как ни странно, это работало. Я вышел на улицу.
Снайперы паковали винтовки. Платова уже стояла у машины и пила свой вечный чай.
Она посмотрела на меня.
– Ну что, Эрл. Философия закончилась?
– Да.
– Домой?
– Домой.
Она кивнула.
– Спи.
Я сделал пару шагов и вдруг услышал:
– Краснов.
Я обернулся.
– Что?
Она задумчиво посмотрела на окна двадцатого этажа.
– Скажи честно.
– Что.
– Ты когда с ними разговариваешь, – она чуть нахмурилась. – Ты ведь иногда сам начинаешь сомневаться?
Я пожал плечами.
– Иногда.
– В чем именно?