Ли Веталина – Академия Четырех Стихий (страница 6)

Морган, как всегда, появился из ниоткуда. Его серебристо-белая мантия Воздуха развевалась даже в закрытом помещении, словно её обдувал невидимый ветер. На плече болтался рюкзак, из которого торчали карты звёздного неба.

— Ванесса! — воскликнул он, запрыгивая на скамью. — Ты как? Я смотрел на звёзды прошлой ночью. Они шептали твоё имя.

— Звёзды не шепчут, — заметил Дориан.

— Ты просто не умеешь слушать, — парировал Морган.

Калеб спрыгнул с подоконника и подошёл к Ванессе.

— Покажи руку.

Она протянула ладонь. Калеб взял её осторожно — его пальцы были горячими, почти обжигающими. Он нахмурился, разглядывая метку.

— Не похоже на ожог. И на царапину тоже.

— Это пепельный лист, — сказал Дориан, подходя ближе. — Я видел такой только на старых фресках в подземельях. Говорят, это знак тех, кого стихия Пепла отметила, но не забрала.

— Почему? — голос Ванессы прозвучал тише, чем ей хотелось бы.

— Не знаю, — честно ответил Дориан. — Но я могу поискать в библиотеке. Там есть секция о древних ритуалах.

— Пойдём все, — решил Калеб. — Время до первого урока есть.

Библиотека Восточной башни встретила их запахом пыли и старых страниц. Сводчатый потолок терялся в сумерках, а движущиеся лестницы сегодня застыли неподвижно — фаза луны была неправильной.

Дориан уверенно направился в дальний угол, где висела табличка «Запретная секция — вход с разрешения преподавателя».

— Нам нельзя, — напомнил Морган.

— А мы и не будем заходить, — ответил Дориан. — Книга, которую я имею в виду, лежит в общем доступе. Просто о ней никто не знает.

Он скользнул между стеллажами и через минуту вернулся с толстым томом в чёрном кожаном переплёте. На обложке не было названия — только тиснёный символ, похожий на метку Ванессы.

— Вот, — он раскрыл книгу на середине. — Смотрите.

Страница была исписана мелким, витиеватым почерком. В центре — рисунок: человеческая ладонь, на которой горел точно такой же лист, как у Ванессы. Подпись гласила: «Пепельная метка. Является у тех, кто был принят одной стихией, но отмечен другой. Такие люди редко живут долго. Или становятся великими. Или сгорают».

— Или сгорают, — медленно повторила Ванесса. — Звучит обнадёживающе.

— Это просто старые сказки, — Калеб захлопнул книгу. — Не верь всему, что написано.

— Там не сказки, — тихо сказал Дориан. — Там история. И она никогда не врёт.

Морган, который всё это время крутился вокруг, вдруг замер и вытянул шею.

— Идут.

Из-за стеллажа вынырнули три знакомые фигуры. Рейн — в чёрном, с серебряной каймой, его янтарные глаза горели злобным любопытством. Лаура — в такой же чёрной мантии, её белокурые волосы были распущены. Филипп — здоровяк, чья чёрная мантия трещала по швам на могучих плечах.

— Ищете ответы, Землячка? — Рейн улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз. — Зря. Нет ответов, которые вам понравятся.

— Отвали, — бросил Калеб.

— А ты горяч, — Рейн не сдвинулся с места. — Но горячность не поможет. Твоя подружка уже отмечена. Рано или поздно она придёт к нам. Пепел не отпускает своих.

— Я не ваша, — сказала Ванесса, глядя ему прямо в глаза. — И никогда не буду.

Рейн рассмеялся — сухо, безрадостно.

— Посмотрим.

Он развернулся и ушёл, жестом приказав Лауре и Филиппу следовать за собой. Те повиновались, но Филипп перед уходом бросил на Ванессу долгий взгляд — не злой, скорее изучающий, как будто она была загадкой, которую он не мог разгадать.

— Идиоты, — выдохнул Калеб.

— Нет, — возразил Дориан. — Они опасны. Просто сейчас не время.

Ванесса положила ладонь на закрытую книгу. Метка чуть потеплела.

— Пойдёмте на урок, — сказала она. — Я хочу забыться.

Занятие по магии Земли проходило в подземной пещере под Восточной башней. Стены здесь были из живого камня, с прожилками кварца, которые мерцали в темноте, как маленькие звёзды. Магистр Горн — коренастый, с руками-корнями — сидел на валуне и точил какой-то инструмент.

— Сегодня, — сказал он, не поднимая головы, — вы будете не просто работать с камнем. Вы будете чувствовать его. Камень помнит всё: тепло солнца, холод зимы, шаги людей, которые по нему ходили. Ваша задача — услышать хотя бы одно воспоминание.

Студенты переглянулись. Лира шёпотом спросила у Ванессы:

— А что, камни правда помнят?

— Магистр Горн не врёт, — ответила Ванесса.

Она подошла к большому серому валуну, который возвышался в центре пещеры, и положила на него обе ладони. Закрыла глаза.

Сначала — ничего. Только холодная шершавая поверхность. Потом — слабая вибрация. И вдруг: картинка. Не чёткая, размытая, как старый снимок. Лето. Солнце. Дети бегают по траве, смеются. Камень лежал на опушке леса, и его грели лучи.

Она улыбнулась — впервые за сегодня.

— Вижу, — прошептала она.

— Хорошо, — голос магистра Горна раздался прямо над ухом. — Ты открылась камню. Теперь самое трудное: открой ему свою боль.

Ванесса вздрогнула. Она не хотела. Но камень будто потянул из неё то, что она прятала: одиночество, страх, что метка сделает её чужой среди своих. И вдруг... серый дым. Он пополз из её пальцев, окутывая валун. Тот заскрежетал, покрываясь трещинами.

— Что ты делаешь? — рявкнул магистр Горн.

Ванесса отдёрнула руки. На камне остались тёмные пятна — пепельные, как и метка на её ладони.

— Я не знаю, — испуганно сказала она. — Я не хотела.

Магистр Горн посмотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом.

— Твоя стихия — Земля, — сказал он. — Но внутри тебя живёт что-то ещё. Будь осторожна. Пепел не прощает ошибок.

Ванесса отступила на шаг. Сердце колотилось. Все смотрели на неё — кто с ужасом, кто с любопытством. Лира побледнела. А из дальнего угла пещеры, где стояли студенты Пепла, кто-то тихо засмеялся.

После урока Ванесса выбежала на свежий воздух. Ветер дул в лицо, солёный, холодный, но она всё равно задыхалась.

— Ты в порядке? — за спиной возник Калеб.

— Нет, — честно ответила она. — Кажется, я разрушаю всё, к чему прикасаюсь.

— Ты не разрушаешь. Ты просто... сильнее, чем думаешь.

Он взял её за руку — там, где метка. Она вырвала ладонь, но он перехватил снова, на этот раз крепче.

— Не бойся себя. Если боишься — пепел победит.

— А если я не хочу с ним бороться?

— Тогда мы будем бороться за тебя.

Они стояли так несколько секунд — он, огненный и горячий, она, земная и дрожащая. Ветер трепал их волосы. Где-то вдали кричали чайки.

— Идём, — сказал Калеб. — Дориан наверняка уже нашёл ещё одну книгу про твою метку. А Морган, как всегда, потерял свою карту звёзд.

Ванесса кивнула. Она пошла рядом с ним и поняла, что впервые за долгое время не чувствует себя одинокой.

За ними, из окна Чёрной башни, кто-то наблюдал. Двое янтарных глаз светились в темноте.