Ли Чайлд – Противостояние лучших (страница 39)

«Можно быть верным мужем, но из этого не следует, что ты слепой», — подумал инвалид.

— Отдел внутренних расследований утверждает, что Лили взяла пистолет на месте преступления — там, где она застрелила Левона Питта, когда спасала его сына… как его звали?

— Мальчика? — спросил Мел, переворачивая страницы папки с тем давним делом. — Энди.

Лукас щелкнул пальцами:

— Подождите! Что-то здесь не так. Пистолет Левона Питта, предположительно, заряжен патронами Питта. Зачем Лили перезаряжать его своими? Бессмыслица какая-то. Она бы не стала никого убивать, но если б до этого дошло, ей хватило бы ума не совершать подобную глупость.

— Кто-то украл один из ее патронов и снарядил им обойму.

— И сделал это в перчатках.

— Или использовал костяшки пальцев, — сказал Дэвенпорт, сообразив, что пистолет можно зарядить, не касаясь его кончиками пальцев. — Нашему другу Марковитцу не слишком нравится, что к нашему делу имеют отношение ребята из отдела по борьбе с наркотиками. Но вслух он ничего не говорит.

— Отдел внутренних расследований не станет нас слушать, — вмешался Купер. — Как мы докажем, что кто-то украл патрон у Лили?

И тут Линкольну пришла в голову новая идея:

— Позвоните баллистикам. Пусть они проведут тест с пулями из нижней части обоймы пистолета, найденного в студии Верлена. Я хочу получить трехмерные изображения гильз, чтобы сравнить их с той, на которой отпечаток Лили. Немедленно.

— Будет сделано! — хором ответили все трое его собеседников.

Сделать все немедленно было невозможно, но уже через полчаса изображения гильз появились перед детективами на большом мониторе.

Райм посмотрел на Лукаса и Амелию:

— Вы оба — знатоки стрельбы. Что думаете?

Им не пришлось долго размышлять. Они кивнули друг другу.

— Гильза с отпечатком Лили обработана, чтобы ее можно было вставить в ствол пистолета Питта, — уверенно заявил Дэвенпорт. — Настоящий преступник взял один из ее патронов и потрудился над ним, после чего вставил в обойму.

— Верно, — согласилась Амелия. — И это провернул человек, умеющий работать по металлу и знающий оружие. Он сделал все мастерски, качество допусков высокое.

— Что ж, теперь у нас есть доказательства: Лили подставили. Но мы по-прежнему не знаем кто, — сказал Купер.

Все довольно долго молчали.

— Возможно, все-таки знаем, — наконец снова заговорил Лукас. — Амелия, ты знакома с кем-нибудь из отдела, где хранятся улики?

— Знаю ли я там кого-нибудь? — рассмеялась женщина. — Да это мой второй дом!

Стэн Марковитц стоял на подиуме рядом с комиссаром полиции, каким-то чиновником из офиса мэра и двумя офицерами из отдела по связям с общественностью. Все они собрались в зале для пресс-конференций департамента полиции Нью-Йорка.

Микрофоны, камеры и сотовые телефоны, работающие в режиме съемки, ощетинились, точно дула пулеметов, и были направлены на официальных лиц, но складывалось впечатление, что их главной целью являлся Марковитц: именно он чаще всего оказывался в перекрестье прицелов.

— Не думаю, что у босса сегодня выдался хороший день, — сказал Линкольн Амелии.

Они сидели рядом и смотрели большой телевизор, установленный в углу гостиной.

Лукас в это время находился в другом месте и готовился.

— Выглядит он не очень. А как иначе? — задумчиво сказала Сакс. — Пресс-конференцию смотрит полгорода!

— Полстраны, — уточнил ее друг. — В последнее время в новостях не было ни одного настоящего серийного убийцы. Все акулы пера стараются откусить хотя бы кусочек.

Казалось, на конференцию собрались представители всех средств массовой информации, за исключением телевизионного канала, который в это время показывал заседание Конгресса США, и «Телемундо».[36]

— Леди и джентльмены, — начал Марковитц довольно спокойно, однако его тон не оставлял сомнений в том, что он считает своих слушателей настоящими акулами.

В следующее мгновение его захлестнул поток вопросов, которые начали выкрикивать репортеры:

— С какой целью преступник пытал своих жертв? Имел ли значение тот факт, что они принадлежали к меньшинствам? Существуют ли связь между этим делом и делом Беккера, которым занимается Лукас Дэвенпорт? Вы можете рассказать нам о сексуальной жизни Верлена?

Настоящее безумство.

Стэн явно оказался в подобной ситуации не в первый раз и поэтому начал говорить очень тихо — старый трюк. Журналисты внезапно осознали, что ничего не услышат, если будут одновременно что-то орать, и замолчали.

Марковитц сделал небольшую паузу и продолжил:

— Как вам, вероятно, известно, тщательное изучение улик и поведенческого профиля привело следователей к уверенности, что живущий на Манхэттене Джеймс Роберт Верлен является преступником, который в последнее время убивал женщин. У нас сложилось впечатление, что мистер Верлен покончил с собой, узнав о расследовании. Ряд улик подтвердил это предположение.

— Как я рад, что в Академии до сих пор учат использовать десять слов там, где достаточно одного, — пробормотал Линкольн.

Амелия рассмеялась и поцеловала его в шею.

— Вероятно, вы также слышали, что детектив полицейского департамента Нью-Йорка застрелил мистера Верлена и попытался скрыть убийство, представив его как самоубийство, — рассказывал тем временем Стэн. — Дальнейшее расследование показало, что детектив Лили Ротенберг не причастна к смерти мистера Верлена. Кто-то другой — один человек или несколько — сознательно подтасовал улики, чтобы детектива обвинили в убийстве. Сейчас она полностью оправдана. В данный момент стало очевидно, что мистер Верлен не убивал женщин. Детектив Ротенберг снова возглавляет группу, проводящую расследование. Мы полагаем, что подозреваемый вскоре будет арестован. На данный момент комментариев больше нет.

— Следует ли из ваших слов, что Верлен также убит подозреваемым?

На экране возник логотип еще одного канала: к трансляции присоединился «Телемундо».

— Вы не могли бы нам рассказать, над какими версиями сейчас работает детектив Ротенберг?.. Вы можете заверить жителей Нью-Йорка, что больше никому не угрожает опасность?

Марковитц изучающе посмотрел на акул пера, и Линкольн подумал, что сейчас он скажет: «Какими же идиотами нужно быть, чтобы не понять простых слов: «На данный момент комментариев больше нет».

Однако полицейский лишь заявил:

— Благодарю вас.

Затем он повернулся и покинул подиум.

Амелия позвонила на несколько телестудий, изображая рассерженного полицейского, и сказала журналистам, что Лили находится в доме Линкольна.

— Она виновна, это она совершила убийство, вам следует до нее добраться! — крикнула она напоследок.

Не прошло и часа, как на тротуаре перед домом Райма собралось шесть съемочных групп и с полсотни зевак. Один из них не выдержал, подошел к двери и постучал, Сакс приоткрыла дверь и спросила, чего они хотят.

Они хотели Лили.

После некоторой торговли Ротенберг вышла на крыльцо и сказала, что готова сделать заявление, но, кроме него, ничего говорить не будет.

— У меня есть вполне определенные идеи о том, как все могло произойти, — начала она.

— Вы виновны? — выкрикнул кто-то.

— Конечно, нет, — отозвалась Лили. — Я ни в чем не виновна, если не считать того, что старалась выследить серийного убийцу, пытавшего своих жертв. Однако сейчас возможностей осталось совсем немного — возможностей, при которых соблюдается логика. Я рассмотрю их последовательно, и, когда закончу, мы поймаем безумца. В течение одного или двух дней. Я в этом совершенно уверена.

Пресс-конференция продолжалась еще две или три минуты, а потом Ротенберг заявила, что больше ничего не скажет, и ушла в дом. Репортеры разошлись, за исключением одного радиожурналиста. Ушли по своим делам и зеваки.

Через час Лукас выглянул наружу.

— Если вы ждете Лили, то она ушла полчаса назад через заднюю дверь, — сказал он радийщику.

В тот же вечер, в десять часов, Дэвенпорт и Ротенберг направились в сторону Тридцатых улиц, к западу от Девятой авеню. За ними следовали две полицейские машины: в каждой сидели по два полицейских, среди которых была и Амелия.

Лили поговорила по сотовому телефону.

— Он уже в пути, — сказала она Лукасу. — Выйдет на Пенсильванском вокзале и дальше пойдет пешком, если только не направляется в другое место.

— Что-то мне неспокойно, — ответил ее спутник. — Он безумец. Если он нападет на тебя, то может просто…

— Он работает в больнице и вряд ли носит с собой пистолет. А ножом он мой бронежилет не пробьет.

— Ну, от клинка нет защиты, — возразил Лукас. — Нам не следует спешить.

— Я не согласна, — покачала головой Лили. — Сейчас он встревожен и внимательно отслеживает все вокруг. Если у него будет время спокойно обдумать ситуацию, он может начать заметать следы. И если он хорошенько поразмыслит, то поймет, что я не подойду к нему одна. Нам нельзя позволять ему думать.