Ли Чайлд – Лучше умереть (страница 24)

“- В этом нет никакого смысла. Послушай, Майкл не был ангелом. Он пошел по плохому пути. Эта операция – его шанс на искупление. Он верит в это на все сто процентов. У него нет причин бросать работу на полпути.”

“- Нет причин? Ты не думаешь, что убийство невинных людей - это то, чего никогда не нужно делать?”

“- О чём ты говоришь? Никто не будет убит. Ради бога, он же ветеран, а не убийца.”

“- Он собирается взорвать целую кучу бомб. Будут сотни жертв.”

“- Да нет же!”

Она чуть не рассмеялась.

“- Ты ничего не понимаешь.”

“- Тогда объясни, чтобы я понял.”

“- Я не могу.”

“- Нет, можешь. Ты просто не хочешь. Я думаю, тебе не нужна моя помощь.”

Я сделал шаг к двери.

“- Подожди. Выслушай меня. Майкл сделал несколько прототипов. Но он создает только одно последнее устройство. Он использует адаптированные сигнальные снаряды. Они выделяют дым. И это всё. У некоторых людей могут заболеть глаза, но не более того, никаких жертв.”

“- Он помогает банде Дендонкера. И помогал продавать незаконное оружие. Только для того, чтобы изготовить какую-то дымовую шашку? Я на это не куплюсь.”

Соня вздохнула и откинулась на спинку стула.

“- Дендонкер - плохой человек, я знаю это. Я не была в восторге от того, что Майкл начал работать на него. Совсем нет. Но если бы Майкл не помогал ему, Дендонкер нашел бы кого-нибудь другого. И это небольшая цена, которую приходится платить.”

“- Платить за что?”

“- За успех операции "Кларион". Так назвал её Майкл.”

Соня наклонилась вперед.

“- Представь себе это. День ветеранов. Службы и церемонии проходят по всей стране. И в одном из самых больших зданий, в 11 часов 11 минут , всё помещение заполняется дымом. Красный, белый и синий дым. Это будет сенсация. Каждый, кто увидит это лично, спросит: что это значит? Все, кто увидят это по телевизору, тоже спросят. Это будет по всему Интернету. И Майкл будет там, чтобы ответить на этот вопрос, а я буду стоять рядом с ним. Пентагон больше не сможет нас игнорировать. И правительство больше не сможет лгать.”

”- О чём лгать?”

“- О применении химического оружия. Везде, где мы сражаемся. Но в основном в Ираке. Пентагон составил отчет, когда война была объявлена завершенной. Официальная позиция заключалась в том, что было обнаружено лишь очень небольшое количество химических боеприпасов, и опасность для наших войск была незначительной. Это полная чушь. И мы знаем об этом не только потому, что именно наши товарищи были отравлены, обожжены и заболели. Армия издала новые инструкции для лечения солдат, подвергшихся воздействию химических веществ. Подробные инструкции. В которых говорилось о сохраняющемся значительном риске для наших войск.”

“- Так они всё знали?”

“- Ещё как знали, черт бы их побрал! Но они солгали. А почему? Из-за гильз. M110 являются наиболее распространенными. Они выглядят точно так же, как обычные M107. Тем более, когда они подвержены коррозии или намеренно неправильно маркированы. Но внутри у них две отдельных камеры. Каждая инертна сама по себе. Но обе они смертельно опасны, когда смешиваются. И откуда же иракцы взяли эти снаряды? Они купили их у США и у наших союзников. А наше правительство закрывало на это глаза.

В секретном отчете, который видел Майкл, говорилось, что были проданы сотни тысяч снарядов. Политикам грозила опасность разоблачения. Поэтому они бросили американских солдат в это пекло, чтобы спасти свои собственные задницы. И мы не собираемся этого терпеть. Больше нет.”

“- И именно эти оболочки Майкл использует для своей дымовой шашки?”

“- Правильно. Иронично, ты не находишь?”

“- Ты точно уверена, что он делает простую дымовую шашку? Что он не задумал что-то более смертельное?”

Она ещё больше наклонилась вперед.

“- Я должна дать тебе пощечину за это или застрелить тебя. Да, я уверена. Ты считаешь меня идиоткой? Майкл провел три отдельных теста. В пустыне, при различных условиях ветра. Я была свидетелем всего этого. Неужели ты думаешь, что я бы здесь сейчас разговаривала с тобой, если бы находилась в трёх метрах от артиллерийского снаряда, когда он взорвался?”

“- Я думаю, что нет. Как он приведет в действие бомбу?”

“- Основным будет таймер. Сигнал на таймер пойдет с сотового телефона.”

“- Значит, Майкл будет непосредственно на месте?”

“- Правильно. Он уедет. Я присоединюсь к нему уже там.”

“- Где всё это планируется сделать?”

“- Он никому не говорит, даже мне.”

“- Когда Майкл собирается уехать?”

“- Собирался завтра. Но я не понимаю, почему он перестал выходить на связь.”

“- Где Дендонкер хранит оборудование и химикаты, которыми пользуется Майкл?”

“- Я понятия не имею. Почему ты так одержим этим? Дендонкер не держит Майкла в заложниках. В этом нет никакого смысла.”

“- Ты сказала, что у Майкла здесь есть комната. Ты знаешь её номер?”

Соня кивнула на стену позади меня.

“- Это по соседству.”

“- Мы должны на неё взглянуть.”

“- В этом нет необходимости. Я уже это сделала.”

“- Когда?”

“- Пару дней назад.”

Она уставилась в пол.

“- Я не вынюхивала, я просто волновалась. Майкл не позвонил мне, когда обещал.”

“- Что-нибудь нашла?”

“- Ничего необычного. Его постель была застелена. Его туалетные принадлежности были в ванной. Его одежда висела в шкафу. Чемодан и сумка на месте. Ничего не пропало.”

“- У Майкла есть машина?”

“- Даже две. Личный автомобиль и старый джип, служебный, от компании Дендонкера. Они обе стоят снаружи. Обе чистые, как стёклышко.”

Я ничего не сказал.

“- Теперь ты понимаешь, почему я волнуюсь? Если Майкл уехал так поспешно, что не взял ни свои вещи, ни машину, почему в таком случае он не позвонил мне? Он мог дать мне знать, что с ним все в порядке. Или предупредил бы меня, если бы я тоже подвергалась опасности.”

“- Мы должны ещё раз осмотреть его комнату.”

“- Зачем? Я же сказала тебе, что там всё в порядке.”

“- Свежий взгляд никогда не повредит. И мы не найдем Майкла, если будем торчать здесь и болтать.”

Глава 26

Соня вздохнула и закатила глаза. Она подняла с пола свою сумочку и сунула в неё пистолет.

“- Ну что же, пошли.”

Она заперла дверь в свою комнату внушительным ключом. Он был на тяжелом медном брелоке в форме слезинки. Она бросила его в сумочку, пошла по коридору и достала другой ключ. Этот был сделан из тонкого блестящего металла и висел на хрупком пластиковом брелоке с названием местной аптеки. Она открыла им следующую дверь, к которой мы подошли. Она распахнула дверь до упора, сделала один шаг внутрь и остановилась как вкопанная.

Она зажала рот рукой, но не издала ни звука. Я подошел к ней и тоже остановился. Комната была зеркальным отражением её номера. Но в то время как комната Сони была безупречно чистой, эта выглядела так, словно по ней пронесся торнадо. Кровать лежала на боку. Матрас был разорван в дюжине мест, и оттуда свисали комки серого волокнистого материала. Шкаф лежал на полу лицевой стороной вниз, рядом с ним была свалена в кучу разорванная одежда. Стул лежал на боку, его сиденье было разорвано. Карниз был сорван со стены. Занавески были разрезаны и лежали на полу в виде лент.

Соня спросила: “- Кто это сделал? Что они искали? Я не понимаю.”

“- У Рене здесь есть комната?”, - спросил я.

“- Да. В другом конце коридора. Ты же не думаешь...”