Ли Чайлд – Дуэль (страница 72)

Он опустился на колени возле комода, а через мгновение Энн Уоллер наклонилась и протянула ему рулон туалетной бумаги. Вирджил коснулся ее языком и приложил к боковой стенке ящика.

– Ты не порезалась, когда искала деньги? – спросил он у Кэти.

Девчонка взглянула на свои руки – ладони и тыльную сторону.

– Вроде нет. А что?

Он показал кусочек туалетной бумаги.

– В ящике я обнаружил несколько пятен крови, они сравнительно свежие. – Затем подошел к окну и увидел, что оно не заперто. – Ты закрываешь его на замок?

– Да, когда оно опущено. А оно постоянно опущено, если только по ночам не становится очень жарко. Но если оно открыто, мы находимся в комнате, моя сестра Лиз и я. Однако экран всегда пристегнут. Окно должно было быть закрыто.

Вирджил полностью открыл окно и проверил нейлоновый экран, который внизу закрывался на крючок. Сейчас крючок был отстегнут, а когда Флауэрс прижал палец к экрану, то обнаружил узкий разрез вдоль всей его длины.

– Экран разрезали, чтобы добраться до крючка, – сказал он.

– Вот же сукин сын, – удивился Джим Уоллер. – Кто-то сюда забрался? Здесь ничего такого никогда не случалось.

– Вам следует обратиться в полицию, – сказал Вирджил.

– Но к кому? Кэти права относительно помощника шерифа. А вы можете что-то сделать?

– Я нахожусь на расстоянии двух штатов за пределами моей юрисдикции, – стал объяснять Флауэрс. – Но вот что я вам скажу. Почему бы Джиму и Энн не посидеть несколько минут у меня на веранде? А потом Кэти. Мы поговорим. Джонсон может подождать в баре.

– Я никого не хочу смущать, – сказал Вирджил Уоллерам, когда они вернулись на веранду, – но в такой ситуации деньги обычно берет кто-то из семьи. Как вы считаете, мог кто-то – возможно, один из детей – взять их взаймы?

Уоллеры переглянулись, и Джим Уоллер выпалил:

– Исключено.

– У нас не слишком много денег, но бывали и более трудные времена, – сказала Энн. – Кэти откладывает на покупку одежды для школы, косметику и тому подобное. Она становится взрослой. Мы не стали бы их у нее забирать.

Стройная женщина с тугими колечками светлых волос и большими глазами, она была почти на фут ниже мужа, но выглядела крепкой. Загорелое лицо, немного усталое, без единой унции жира. Энн стояла перед мужем, скрестив на груди руки, вылинявшая голубая рубашка заправлена в такие же полинявшие джинсы.

– А другие дети?

Оба одновременно покачали головами.

– Никогда, – сказала Энн. – Мы ходим в церковь, и дети не пропускают воскресную школу. Даже маленький Нат знает Библию.

Вирджил сомневался, что трехлетний ребенок способен цитировать Евангелие от Марка, но оставил свое мнение при себе. Он также не стал говорить, что церковь может негативно относиться к тому, что пятнадцатилетняя девушка продает алкоголь.

Ему сказали, что все четыре дочери – «хорошие девочки» и единственный человек, с кем у них бывали проблемы, – это сама Кэти, старшая. Лиз, Элли и Лорен – образцовые дети, они хорошо учатся и слушаются родителей. Что до мальчиков, восьмилетний Джимми «немного проблемный», но младший, Нат, почти идеал. Малыш спал по ночам в течение первых двух месяцев жизни и до этого дня очень редко плакал.

Они поговорили еще несколько минут, но Уоллеры стояли на своем.

Никто из семьи деньги взять не мог.

Джим и Энн хотели остаться и послушать, как Вирджил будет говорить с Кэти, но тот настоял, что должен побеседовать с ней без свидетелей, и они с грустным видом вместе с остальными детьми отправились восвояси и закрыли за собой дверь. Девушка все еще сердилась, когда садилась на стул напротив Флауэрса, и нетерпеливо постукивала по полу одной худой ножкой. Дождь продолжать идти, и вода журчала в канавах.

– Вот в чем проблема, Кэти, – сказал Вирджил, наклонившись вперед и упираясь локтями в колени. – Кто-то разрезал экран, из чего следует, что он или она забрался в комнату снаружи. Но ты утверждаешь, что окно всегда заперто изнутри, и оно не разбито; значит, кто-то открыл его из комнаты. В таком случае зачем кому-то разрезать экран и снимать крючок, если он или она имел возможность спокойно открыть окно? Это не имеет смысла. Поэтому ответь на мой вопрос: побывал ли в твоей спальне тот, кто мог открыть окно так, чтобы ты не знала, а потом вернуться в другое время и разрезать экран, чтобы проникнуть внутрь? Может быть, вчера вечером, когда ты работала в баре?

Ее глаза метнулись в сторону, рука прижалась к горлу.

– О нет… – Она медленно качала головой, словно пыталась убедить себя в чем-то.

– Скорее всего, этот человек и забрал деньги, – продолжал Вирджил. – Кто он? Твой друг?

Кэти довольно долго молчала.

– Вы не должны ничего говорить папе, иначе он меня убьет. Нет, правда. Кроме того, ничего не было. Но он не поверит.

– Расскажи.

Девчонка колебалась, но потом вздохнула и отвела взгляд.

Накануне вечером, рассказала она, вся семья отправилась в магазин за покупками. Парень, который живет неподалеку, пришел к ней в гости, они сидели в ее спальне и разговаривали.

– Как я уже сказала, ничего не было. Мы просто болтали.

Кэти смотрела Вирджилу в глаза и кивала; ее светлые кудряшки подпрыгивали, обрамляя ее лицо. Она казалась честной.

– Я тебе верю. – Но Вирджил все равно сомневался. – Ты хочешь пойти и поговорить с парнем?

Она кивнула.

– Как я сказала, ничего не было. Он симпатичный, и мы дружим, но больше ничего такого. – Очевидно, Кэти почувствовала сомнения Вирджила, потому что добавила: – Правда. Но если он взял деньги… – Она поджала губы, и ее глаза сузились, словно Кэти размышляла, что сделает с вором. – Я просто хочу вернуть мои шестьсот долларов. Вот и всё.

– Ладно.

Парня звали Филип Уикс, ему было шестнадцать, и он жил с отцом в трейлере, в полумиле, там, где заканчивалась тупиком дорога, ведущая к ранчо Уоллеров.

– Поместьем владеет богач по имени Дрейк, он из Бьютта, и Фил вместе с отцом работают там сторожами, – сказала Кэти. – Я туда не хожу, потому что его отец меня пугает. Мне даже бывает страшно, когда он рядом, понимаете? Мне кажется, он бьет Фила. В прошлом году у него были большие синяки под глазами, он не признавался, с кем подрался, и никто в школе ничего не знал. Я думаю, его побил отец.

– Как зовут отца?

– Барт Уикс. – Она слегка содрогнулась.

Вирджил надеялся, что она ошибается, но ее инстинкты казались ему верными.

– Давай сходим к твоему отцу и расскажем ему, что нам удалось выяснить. Посмотрим, что он захочет сделать.

– Только не говорите, что Фил был у меня в спальне. Даже Лиз ничего не знает. Никто не знает. Если маме и папе это станет известно, они будут в ярости. Просто скажите, что мы его вычислили.

– Я понял.

Они вошли в большой дом. Старший мальчик играл в «Лего» в своей комнате, малыш спал. Вирджил заметил Лиз, одну из младших сестер Кэти, которая торчала возле двери, делая вид, что читает книгу, но на самом деле она подслушивала. Энн стояла возле стойки, отделявшей кухню от столовой, Джим сидел в кресле с откидной спинкой и смотрел в большой, но старый телевизор с приглушенным звуком, где шел бейсбольный матч. Вирджил и Кэти рассказали, что они сумели выяснить, не сообщая, что Филип побывал в комнате Кэти. Родители не стали задавать много вопросов, поэтому Вирджилу не пришлось лгать.

– Мне никогда не нравился этот парень, – сказал Джим Уоллер, отодвигая подставку для ног, чтобы встать. Он посмотрел на старшую дочь и погрозил ей пальцем. – Если я когда-нибудь его здесь увижу… – Он не закончил предложения, но Флауэрсу показалось, что Кэти его прекрасно поняла.

В этот момент появился Джонсон.

Джим и Энн Уоллер попросили мужчин сходить к Барту Уиксу, отцу Филипа.

– Здесь, в Монтане, я не полицейский, а обычный человек, который приехал на рыбалку.

– Но вы же полицейский офицер, – сказала Энн Уоллер, нервно глядя на своего мужа. – Возможно, представитель власти его напугает? И заставит сказать правду?

– В жизни все совсем не так, как по телевизору. Люди не открываются полицейским, как только те покажут им жетон.

– Мы с Джимом не умеем вступать с людьми в конфронтацию.

– В самом деле? – с недоумением спросил ее муж.

Он поскреб щетину, бросил мрачный взгляд на жену, и Вирджил заметил, что младшая дочь, Лиз, еще больше отступила в темноту.

Она пряталась?

– Нам необходимо заниматься нашим бизнесом, – напомнила мужу Энн. – И не портить отношения с соседями.

– Проклятье, мы очень хороши в конфронтации, – с широкой улыбкой заявил Джонсон. – И мы это охотно сделаем.

– Ты так думаешь? – спросил Вирджил.

– Уверен. Пойдем, дождь не собирается прекращаться, нам все равно нечего делать. Не будь козлом. – Джонсон посмотрел на Энн и Кэти. – Извините меня за грубость.

Флауэрс не хотел в этом участвовать.