Лев Туманов – У неё был мой запах (страница 4)

— И что он меня заблокировал, — Алина усмехнулась. — Ты его заставила?

— Я попросила.

— Попросила? — Алина рассмеялась — громко, фальшиво. — Ты с ним спишь, чтобы он забыл, как я хороша в постели? Это не сработает. Мужчины не забывают лучший секс в жизни.

Вероника медленно подошла к столу. Села напротив сестры.

— Ты считаешь себя лучшей?

— Я знаю это, — Алина наклонилась вперёд, демонстрируя декольте. Её грудь была меньше, чем у Вероники, но форма — идеальная, как у фотомоделей. Она знала это. Пользовалась этим. — Я делаю то, на что ты не способна. Я грязная. Я та, о ком мужчины мечтают, когда трахают приличных девушек.

Вероника смотрела на неё. На сестру, которую вырастила. Которую наряжала, кормила, водила к врачам. На идиотку, которая думает, что вагина — это аргумент.

— Зачем ты это сделала? — спросила Вероника тихо. — Я хочу понять. Не чтобы простить. Просто чтобы знать.

Алина задумалась. Покрутила прядь волос на пальце — жест, который она скопировала у Вероники. Копировала всегда, с детства. И всё равно считала себя лучше.

— Потому что ты всегда всё получаешь, — сказала Алина. — Мама любила тебя больше. Папа (его она называла отчимом, хотя он усыновил её в пять лет) оставил квартиру нам обеим, но ты живёшь в ней одна. Денис — идеальный мужчина, а достался тебе. Все мужчины смотрят на тебя. Даже когда я рядом. Ты — солнце, а я — луна. Отражаю твой свет, но никогда не светлю сама.

— И ты решила отомстить?

— Я решила доказать, что я лучше, — Алина встала. Подошла к холодильнику, достала апельсиновый сок. Отпила прямо из горла. — Я показала Денису, что он может иметь нас обеих. И знаешь, что? Ему понравилось. Он хотел продолжать. А ты ему не нужна. Ты нужна ему как картинка. А я — как женщина.

Вероника молчала.

— Так что не вини меня, — продолжила Алина, закрывая холодильник. — Вини себя. Будь поинтереснее в постели. Раздвигай ноги шире. Делай то, что он просит. Или иди на все четыре стороны с этого пьедестала.

Она поставила сок на стол и направилась к выходу. На пороге остановилась.

— И да, Ник. Мы с ним не закончили. Ты можешь блокировать его телефон, но не его член.

Дверь хлопнула.

Вероника осталась сидеть за столом, глядя на закрытую дверь.

Внутри что-то сломалось. Что-то, что она считала любовью. Что-то, что она называла сестринской привязанностью. Что-то, что заставляло её три дня плакать.

Теперь там была только пустота.

И ненависть.

Чистая, прозрачная, как вода в горном озере.

Она встала, подошла к зеркалу в прихожей. Посмотрела на себя — подтянутую, загорелую (солярий два раза в неделю), с идеальной кожей и глазами, которые мужчины называли томными.

— Ты не права, Алина, — сказала она своему отражению. — Я не буду бороться за него. Я буду ждать.

Она улыбнулась.

— И когда он будет полностью моим — когда мы поженимся, когда его бизнес станет нашим общим делом — я заберу у него всё.

Она провела пальцем по губам, стирая невидимую помаду.

— А потом я заберу тебя, сестра.

Она достала телефон. Набрала сообщение Денису: «Сегодня я хочу ужин при свечах. Забери меня из офиса в семь».

Через минуту ответ: «Буду. Я люблю тебя, Вероника».

Она не ответила.

Она включила душ — горячую воду, почти обжигающую. Встала под струю и позволила себе минуту слабости. Сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Закрыла глаза.

— Ты справишься, — прошептала она. — Ты всегда справлялась.

Пар наполнил ванную комнату, скрывая её лицо.

Но не скрывая того, что там происходило — медленной, разрушительной трансформации. Той, что превращает жертву в палача.

***

Вечером Денис забрал её из офиса.

Она надела платье — чёрное, короткое, с глубоким вырезом на спине. Без белья — она решила, что это будет её маленькой местью. Её тело — её оружие. Пусть смотрит, пусть хочет, пусть думает, что она его — вся, до последнего миллиметра.

Но ни один миллиметр не был его.

Они поехали в ресторан на набережной — тот самый, где он сделал ей предложение полгода назад. Денис заказал столик у окна, шампанское, икру. Был внимательным, нежным, заботливым. Говорил о будущем — о свадьбе, о детях, о доме за городом.

Вероника кивала. Улыбалась. Клала его любимый стейк на тарелку. Пила шампанское и чувствовала, как алкоголь разжигает в ней не страсть, а холодную решимость.

— Я хочу, чтобы после свадьбы мы открыли совместный счёт, — сказала она, когда официант убрал тарелки. — И чтобы я стала соучредителем агентства.

Денис напрягся. На секунду — неуловимо.

— Зачем? — спросил он, помешивая кофе.

— Потому что я твоя жена. Потому что я хочу быть частью твоей жизни. Полностью.

— Но бизнес — это моё. Ты же не разбираешься в недвижимости.

— Я разбираюсь в людях, — Вероника накрыла его ладонь своей. — И в финансах. У меня два диплома, Денис. Я не просто красивое лицо.

Он помолчал. Потом кивнул.

— Хорошо. Подумаем.

«Подумаем» означало «нет». Вероника знала это. Но она также знала, что Денис — как и любой мужчина — думает не головой, когда рядом женщина в коротком платье без белья.

Она подозвала официанта.

— Счёт, пожалуйста. И ещё — принесите нам ключ от вашего президентского номера. Мы хотим отпраздновать помолвку.

Денис удивлённо поднял бровь.

— Здесь? Сейчас?

— А почему нет? — Вероника наклонилась, коснулась губами его уха. — Я хочу, такого секса, чтобы весь отель слышал. Хочу доказать тебе, что я умею быть грязной. Если нужно.

Он выдохнул. Потянулся за бумажником.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Я знаю, — ответила она.

И подумала: «Любишь — значит, будешь моим».

В номере они занимались сексом на кровати, на столе, на подоконнике. Вероника делала всё, что он просил — и даже то, о чём он не просил, но чего хотел. Она стонала громко, царапала спину, шептала грязные слова.

Она играла роль идеальной любовницы.

И Денис поверил.

Он заснул с улыбкой на лице, уверенный, что всё наладилось.

Вероника лежала рядом, глядя в потолок. В голове крутились цифры — его доходы, расходы, активы. Она знала о его бизнесе больше, чем он думал. За три года она выучила всё — имена партнёров, суммы сделок, слабые места.

Теперь пришло время использовать эти знания.