Лев Самойлов – Выстрел в переулке (страница 1)
Лев Самойлов, Владимир Гирин, Михаил Вирт
Выстрел в переулке
© Самойлов Л. С., Гирин В. М., Вирт М. З., правообладатели, 2026
© ООО «Издательство Родина», 2026
Лев Самойлов, Владимир Гирин
Выстрел в переулке
Глава I. У комиссара милиции
Рано утром дежурный по Управлению охраны общественного порядка позвонил мне по телефону и сообщил, что комиссар, заместитель начальник управления, может принять меня. Наскоро позавтракав и на ходу раскладывая по карманам документы, записные книжки и карандаши, я вышел на улицу. Мостовая и тротуары были мокры. Сохранившаяся после ночной грозы влажная свежесть чувствовалась в прозрачном воздухе, на траве и деревьях поблескивали невысохшие дождевые капли.
Часы показывали десять, когда, получив пропуск, я направился к указанному мне входу и очутился в саду с подстриженными деревьями, газонами и клумбами цветов. Картина вполне идиллическая. Все дышало миром, покоем, тишиной.
В глубине сада широко раскинулось старинное здание с мощными белыми колоннами. Я вошел внутрь. В коридорах было прохладно и тихо. Из какого-то отдаленного кабинета слабо доносились приглушенные голоса и стрекотание пишущих машинок.
Комиссар был занят, и мне пришлось ждать, правда совсем недолго. Я даже не успел как следует оглядеться, как услышал свою фамилию, и секретарь пригласил меня пройти в кабинет. За большим письменным столом сидел моложавый человек в светлом кителе и писал. Увидев меня, он быстро поднялся и пошел навстречу.
– Извините, задержал.
Мы обменялись приветствиями. Однако телефонный звонок оттянул начало нашего разговора. Комиссар жестом пригласил занять кресло перед его столом и взял трубку.
– Да, это верно, – негромко сказал он. – Бухгалтер столовой Орлов. Убит на улице выстрелом из пистолета. В семь часов вечера… Нет, в сознание не приходил… По-видимому, в целях ограбления. Пока не могу утверждать. Ведется расследование. Нет, нет, один на машине «Волга»… Да, скрылся. Серого цвета… Нет, не такси. Справку об этом я вам послал… Обстоятельное сообщение получите завтра… Я понимаю… Да, завтра… хорошо.
Комиссар говорил тихо, спокойно, но было видно, что он взволнован.
– Прошу прощения. Еще одну минуту… – комиссар снова поднял трубку и набрал нужный номер. – Здравствуйте, Анна Герасимовна! – приветливо сказал он. – Как ваше здоровье? Лучше? Очень рад… А Федор Георгиевич дома? Знаю, что недавно пришел… Но что делать, такая уж у нас участь. Передайте, пожалуйста, что он мне очень нужен.
Комиссар закончил разговор и положил трубку. Затем, вырвав лист из большого настольного блокнота, написал на нем несколько фамилий, вызвал секретаря и распорядился:
– Вызовите всех к одиннадцати часам.
Я огляделся. Кабинет был обставлен легкой, изящной мебелью. Удобные низкие кресла со спинками и сиденьями из поролона. Плоские книжные шкафы, сквозь стекла которых виднелись корешки книг. На полу лежал большой ковер.
Секретарь ушел. Я уже собрался говорить о своем деле, но меня снова прервал телефон. И так несколько раз. Судя по ответам комиссара, чаще всего ему задавали два вопроса: «Как же так, среди бела дня, в центре города допустили преступление?» и «Задержан ли преступник?» Естественно, что на первый вопрос трудно было ответить до окончания расследования. Зато на второй, казалось бы, легкий, вопрос следовало отвечать: «Нет». Однако, каждый раз произнося это коротенькое слово, он хмурился и нервно покусывал губы. Я понимал его состояние.
В открытые окна кабинета из сада вливался нежный аромат цветов. Неожиданно громко прозвучала сирена и послышался шум удаляющейся машины. Комиссар поднял голову, и только сейчас я как следует разглядел его лицо. Оно казалось бледным и очень усталым.
– Слушаю вас.
– Товарищ комиссар, вам, конечно, известно полученное мною задание?
– Да, мне звонили из редакции. Я могу только приветствовать ваше желание написать серию очерков о передовых людях милиции.
– Не могу ли я…
– Можете, – улыбнулся комиссар. – Я распоряжусь, чтобы вам дали материалы. Если будет какая заминка, обратитесь ко мне.
Такой «бумажный» способ знакомства с людьми меня мало устраивал, и я в этом откровенно признался.
– Что же вы хотите? – комиссар откинулся в кресле.
– Хочу лично познакомиться с людьми, присмотреться к их работе.
Несколько мгновений мой собеседник задумчиво смотрел в сторону, что-то соображая, прикидывая, потом решительно сказал:
– Хорошо. Я предоставлю вам эту возможность, но…
– Слушаю вас.
– Давайте так договоримся. Ваши очерки будут не о гениальных одиночках, все видящих и все знающих, а о рядовых в синих шинелях, о тех, кто по воле партии, по зову сердца пошел на большую и трудную работу «ассенизаторов и водовозов, революцией мобилизованных и призванных». Помните Маяковского?
Я не успел ответить, вошел секретарь и доложил о приходе Гончарова. Темноволосый, большелобый, среднего роста, с невозмутимым лицом, майор милиции, несколько тяжеловато ступая, подошел к нам и произнес глуховатым голосом:
– Здравствуйте, товарищ комиссар, явился по вашему приказанию.
– Садитесь. Мне пришлось вас срочно вызвать. Как идет расследование по делу Орлова?
Гончаров посмотрел на меня, потом перевел взгляд на комиссара. Тот познакомил нас и сказал:
– Можете говорить.
Майор доложил, что вчера, сразу же после убийства и бегства преступников на машине, была организована силами милиции и дружинников проверка всех гаражей и стоянок автомашин. В три часа ночи в гараже одного из научно-исследовательских институтов сотрудники Уголовного розыска вместе с представителем автоинспекции обнаружили машину «Волга» серого цвета с глубокой царапиной на кузове, похожей на след пули. Вскоре был задержан и шофер Савушкин. Он спал дома пьяный.
Комиссар огорченно пожал плечами.
– Значит, пока еще нет никаких улик. В серый цвет окрашивают много автомашин, а происхождение царапины не выяснено. Что говорит Савушкин?
– Уверяет, что ездил к больной тетке в Клин и вернулся в гараж поздно вечером.
– Ну, вот видите… А кто ему разрешил уехать с работы по личным делам?
– Никто не разрешал. Я его допрашивал сегодня рано утром. Сперва он заявил, что был выходной и в этот день не работал. Потом «вспомнил», что ездил по вызову заместителя директора института, а в конце концов сказал, что все это неправда, что он обманул заведующего гаражом и ездил не по вызову, а к тетке в Клин.
– Как он объясняет царапину на машине?
– Говорит, какой-то мальчишка бросил камень. Как только получу заключение экспертизы, снова вернусь к этому вопросу.
– Савушкин в прошлом судился?
– Нет. Имел взыскание за нарушение правил уличного движения.
– Это еще ни о чем не говорит. Насчет тетки выяснили?
– По телефону мы связались с Клином, просили выполнить наше поручение. Ответа ждем с минуты на минуту.
– Надо было срочно проверить! – недовольным голосом заметил комиссар. – Кто ведет расследование?
– Опергруппу возглавляет заместитель начальника райотдела милиции капитан Дроздов. От прокуратуры – следователь Коваленко.
– Хорошо, – комиссар помолчал. – Вот что. Вам я поручаю руководить оперативным расследованием по этому делу и лично с вас буду спрашивать.
– Слушаюсь! – Гончаров сделал движение, чтобы встать, но комиссар задержал его.
– Обыск у Савушкина произвели?
– Да, но ничего не нашли, кроме черной кожаной куртки, в которую, со слов свидетелей, был одет преступник.
– Кожаная куртка? У какого шофера ее нет? Вы установили, из какого оружия стрелял преступник?
– Судя по подобранной гильзе, из пистолета калибра 7,65.
– Что говорит директор столовой?
– Он еще не допрошен.
– Почему? – удивился комиссар.
– Мы не могли сразу установить личность убитого, при нем не оказалось никаких документов.
– Как же вы узнали?
– При осмотре его вещей на внутренней стороне крышки часов оказалась надпись: «Дорогому И. И. Орлову в день пятидесятилетия от сослуживцев», – и дата. По этой дате, вычислив год рождения, мы узнали в адресном бюро его адрес.
– Понятно, – нетерпеливо перебил комиссар, – но откуда и когда стало известно, что Орлов нес деньги в банк?
– Сегодня утром от сотрудников столовой. Орлов почему-то не стал дожидаться инкассатора. Подробностей не знаю. Сейчас поеду в отделение к Дроздову и все уточню.