Лев Пучков – Испытание киллера (страница 73)
— Нет, мальчик мой, мы именно террористы, — огорчил я его. — Так что, если что, будем стрелять через борт…
— Нам прямо по аллее, до фонтана, — сообщил Стас. — Потом поворачиваем направо, через березовую рощу и упираемся как раз в дачу начальника УВД. Где малолетние бляди, маленький сержант не знает. Сказал, что, возможно, в одной из саун. А саун тут — восемь штук… Что делать будем?
— Поехали за компрой, — решил я. — Потом разберемся.
Усевшись в машины, мы аккуратно тронулись по аллее. Навстречу несколько раз попадались какие-то товарищи в спортивных костюмах. Свернув у огромного фонтана направо, мы миновали березовую рощу и вскоре подрулили к здоровенному одноэтажному дому, в нескольких окнах которого горел свет.
— Сюрприз, — обескураженно пробормотал Стас, когда мы спешились. — На даче кто-то есть… и сколько их — неизвестно.
— Времени в обрез, — сказал я. — Действуем нахрапом. Залетаем, всех вырубаем и забираем компру. Вперед!
Пристроившись друг другу в затылок, мы ворвались в прихожую и, сориентировавшись в обстановке, разбежались по разным комнатам. Мне попался кабинет — на торцевой стороне висел портрет Железного Феликса, выложенный из деревянных пластинок.
— Ага! — обрадовался я. — Щас я тебе зрение подкорректирую, родной ты мой!
Из соседней комнаты послышался звук смачной оплеухи и тоненький визг:
— Ай! Больше не буду!
Через несколько секунд в кабинет ввалились остальные участники штурма — Коржик, пыхтя от возбуждения, тащил щуплого мужичонку в спортивном костюме, правая щека которого алела от недавнего приложения заскорузлой ладони немого.
— У-у! О-оо! — возмущенно высказался Коржик, демонстрируя мне табельный «макаров», отнятый у щуплого, и для вящей убедительности сделал так: — Пффф! Пффф!
— Ага! — зловеще воскликнул Стас. — Ты собирался пристрелить нашего друга?
— Я просто достал, просто достал! — испуганно залепетал мужичонка. — он неожиданно ворвался, я испугался… ну и вот, — щуплый смущенно пожал плечами.
— За попытку нападения на сотрудника ФСБ мы тебя кастрируем, — торжественно пообещал Стас. — И отрежем уши… если не скажешь, где нам найти малолетних шалав. Скажешь — будешь жить. Идет?
— Фууу… — облегченно выдохнул мужичонка и плюхнулся в кресло. — Ну вы и напугали меня, ребятишки! Ну вы даете… Да в третьей сауне они…
— А что — сегодня работы нет? — живо поинтересовался я.
— Да бригаду этих… прокуроров в гости ждем, — сообщил мужичонка. — А они пока того… не являются. Так что…
— А где третья сауна? — деловито спросил Стас.
— Как где? — удивился мужичонка. — Они же в шеренге стоят! Третья по счету и будет — от входа… Постой-постой — а вы что, не знаете, где сауны? Вы кто такие, ребята? А? — Мужичонка опять напрягся и настороженно забегал глазками по сторонам.
— Лесорубы, — продекламировал я. — Ничего нас не берет — ни туманы, ни морозы… Ну-ка, Коржик, — в машину этого! Да скотча не жалей!
Коржик ухватил задрыгавшего ногами мужичонку поперек туловища и быстро потащил на выход.
— Приступим, коллега, — тихо пробормотал я, подходя к мозаичному Феликсу.
При ближайшем рассмотрении зрачок в правом глазу Железного Феликса действительно оказался кнопкой. Когда я надавил на кнопку, одна пластина на лбу чекиста плавно уехала в сторону, обнажив наборное устройство с десятью круглыми клавишами.
— 5 — 11–10, — нетерпеливо напомнил Стас, жарко дыша мне в затылок. — Давай!
— Сам знаю, — нервно огрызнулся я. — Не дыши, Стасик, с толку сбиваешь!
Стас отодвинулся, скрипнув зубами, — я быстро набрал код. Лицо Феликса лопнуло пополам — панно медленно разъехалось, явив нашему взору объемную нишу, в которой ровными рядами стояли столбики из компактных видеокассет.
Компромат запросто разместился в наших объемных сумках. Всего было двести сорок кассет: на каждого «правильного» по три экземпляра. Кассеты были аккуратно подписаны: «Попов — 24.03.97 г.», а ниже, в столбике, еще две: «Попов — 2» и «Попов — 3». Очень, очень недурственно — видеопохождения восьмидесяти «правильных» в соответствии с хронологией, в трех экземплярах. Ай да братцы! Целую роту в постоянной напруге держали. Ай да мы! Теперь эта рота ударно начнет колоться, и братцам придется очень туго…
Найти третью сауну особого труда не составляло.
После третьего стука дверь распахнулась — на пороге здоровенный полуголый мужлан в переднике и лениво что-то жевал, почесывая лохматую грудь. Из приоткрытой двери на улицу резко рванул парфюмерный фон и разноголосый девичий смех.
— Ну, слава спецназу! — облегченно выдохнул я. — Здесь!
— Э-э! Вы чего тут? — пробасил мужлан. — Какого хера?
— У нас там еще места остались? — громко поинтересовался я, адресуясь к Валере Базырову, возившемуся возле патрульного «уазика».
— Сколько угодно! — с готовностью ответил тот. — Открывать?
— Ага, открывай, — распорядился я и посоветовал мужлану: — Иди к «уазику», залепи себе рот скотчем, замотай руки и садись поудобнее — тогда тебя никто не будет трогать. Вопросы?
— Чи-и-хо?! — страшно удивился мужлан. — Меня трогать?! Да я вас…
— Стасик! — Я отступил назад, приглашая соратника к физическому труду.
Бац! — Стас с ходу зарядил мужлану в репу — репа мотанулась назад и вернулась в исходное положение. Мужлан взревел и полез по ступенькам вниз, лапая воздух руками.
— Крепкий, зараза! — досадливо воскликнул Стас, ныряя под рукой махальщика и бия его локтем в корпус.
Хрюк! — мужлан согнулся и начал плавно оседать на ступеньки. Стас для верности жахнул кулачищем по макушке и вручил его подоспевшим Коржику с Сашей Шрамом.
В предбаннике нас встретило весьма завлекательное зрелище. Десять вполне распустившихся дам (ни за что бы не поверил, что они сплошь малолетки!) сидели в одних трусиках за большущим столом, уставленным разнообразной снедью и бутылками, и развлекались просмотром видяшника.
— Что — приехали? — живо поинтересовалась одна из них — крайняя, когда мы со Стасом ввалились в дверь.
— Внимание! — торжественно начал было Стас. — Программа… — в этот момент я сделал ему знак замолчать: внезапно осенила идея получше, вызванная вопросом крайней. Судите сами: легко ли уговорить сборище развращенных пацанок, которым все в этой жизни по барабану, — легко ли заставить их покинуть территорию ФОКа, ссылаясь на мифическую программу защиты свидетелей и какую-то гипотетическую угрозу их жизни?
— Значит, так, девчата, — начал я. — Сегодня работать будете на природе — наши прокуроры отказались заезжать на территорию центра. Они в лесочке, сразу за КПП. Некоторые неудобства будут, но обещаю побаловать вас царским шашлычком. Так что быстро похватали свое шмотье и бегом в «рафик». Вопросы?
Вопросов не возникло: младые девы шустро разобрали вещи и дисциплинированно проследовали в «рафик». Правда, та самая «крайняя», выходя, слегка насторожилась и чуть было не испортила так славно начавшийся исход шалав из ФОКа.
— А где Костик? — застопорилась она в дверях. — Он пошел открывать двери — и пропал!
— Костик пошел писать! — солидно объявил Стас и респектабельно усмехнулся: — По крайней мере, так он мне сказал.
— А вы кто такие? — не удовлетворилась ответом настырная «крайняя». — Я вас раньше вроде не видела! Так-так…
Знаете, с дамами я никогда не дерусь, но в тот раз подумал: сейчас еще два лишних слова, и придется бить любознательную нимфетку по неокрепшей головушке — а то подымет хай на весь ФОК!
Ситуацию вытащил Валера Базыров. Вогнав передок патрульного «уазика» в сноп света, падающий из распахнутой двери сауны, он выскочил из рычащей машины и сердито крикнул:
— Ну вы там долго еще будете?! Надо рулить еще — бросьте ее на хер! И без нее обойдемся!
То ли вид патрульной машины и облаченного в форму должностного тела успокоил «крайнюю», то ли в глазах Валеры она прочитала ужасающие для себя перспективы, но нимфетка покорно вздохнула и трусцой припустила к «рафику», где ее уже ожидал дружный коллектив ударниц секструда.
Как ни странно, бурной сцены у притаившейся в лесу машины со спецаппаратурой не случилось. Видимо, что-то в облике Славы Завалеева заставило прекрасных дам с ходу поверить в выдвинутую им версию о «программе защиты и перемещения свидетелей». А может быть, вид аппаратуры, интригующе мигающей разноцветными индикаторами и лампочками, их очаровал — в общем, обмороков и истерик не последовало.
Слава доходчиво объяснил, что мы — бригада специалистов, осуществляющих экстренные акции программы защиты свидетелей при парламентской комиссии России по безопасности, и каждая с этой минуты подпадает под юрисдикцию данной программы. Потому что все они, увы, стали нежелательными свидетелями в грязной игре руководства правоохранительных органов области, и мы получили достоверную информацию, что сегодня их собираются злодейски лишить жизни заметающие следы негодяи. Затем Слава сообщил, что мы установили радиопрослушивание переговоров злоумышленников и очень скоро прекрасные дамы могут сами убедиться, какая страшная опасность им угрожает. Закончив выступление, Слава прибавил громкость на каком-то аппарате и сказал, чтобы дамочки внимательно слушали — скоро, дескать, их хватятся, и тогда начнется такое!
Накануне Слава с Серегой неплохо поработали: весь радиоспектакль был рассчитан по минутам, лишние слова и фразы вымараны, компоновка радиопереговоров произведена так, что смысл их был предельно ясен. Короче, в настоящий момент Слава прокручивал для нимфеток магнитофонную запись.