Лев Овчинников – Руны и серебро (страница 24)
Ехать верхом было трудно. Самочувствие Альгерда можно было сравнить с самочувствием рыцаря, прошедшего все этапы Великого Войланского Турнира. И всё же Альгерд сознавался сам себе в сердце, что чувствует он себя относительно хорошо. Усталости после боя не стоит уделять много внимания, ибо и воин устаёт от ношения доспеха и размахивания шестопёром.
«Ольдания, это глухое захолустье, определённо пошло мне на пользу», – подумал волюнтарий. Он действительно мог гордиться собой, ведь ещё недавно он упал без чувств, пытаясь обезвредить чарами одного-единственного доходягу-философа. А здесь, вдали от дома, он уже сжигает вурдалаков направо и налево. Конечно, в случае с Фьяром из Абеларда упасть в обморок ему помогла собственная тревожность, ибо он не желал причинить вред кому-либо из тех людей в университете, школярам или их наставникам. В сегодняшнем бою с отвратительными и опасными существами Альгерд почти не был скован страхами и волнением.
«Для чародея важнее всего сосредоточенность, – говорил Альгерду и другим волюнтариям Венитар Белый Странник, когда посещал палаты коллегии, – Она достигается дисциплиной разума, а к дисциплине ведёт понимание природы сущего».
То было много лет тому назад.
– Мэтр Ди́вий, вы сказали до этого, что сосредоточенность полностью исходит из свободы, а теперь говорите, что она достигается дисциплиной… – неуверенно обращался к альву Альгерд.
– Верно.
– Разве дисциплина и свобода не противоположны друг другу? Противоречие…
– Противоречие, – кивнул Белый Странник – Противоречие во всём, юноша, во всём сущем.
Завороженно Альгерд смотрел в тот день на альва, что был истинным владыкой Воли. Старец с лицом тридцатилетнего мужчины. Короткая белая, как у всех альвов борода, серебряные глаза. Их взор – взор победителя чудовищ и демонов. Взгляд из глубины веков, что сохранилась в чистоте вод памяти его духа.
Отчего-то сейчас воспоминание о Венитаре придало Альгерду сил.
– Долго ли нам ещё? – спросил Альгерд громко.
– Башенки стенные уже видать, – ответил ему Моймыр.
– Мы в предместьях, – добавил малознакомый голос.
Осталось их всего семнадцать человек, включая Альгерда и Моймыра, слуг и оруженосцев. Из дюжины витязей, назвавшихся охраной каравана, выжило только семь человек, двое из которых были ранены. Человеку в жёлтом кафтане вурдалаки отгрызли голову.
Всё складывалось препаршиво, кроме того, что они успели въехать в город до закрытия ворот.
– Ну и потрепало вас, судари! – выдохнул привратник городской стражи, оглядывая раненых на телеге. – Эт вам к господину Хадриану Вальгу надыть.
– Как бы нам к нему попасть, уважаемый хранитель порядка? – спросил Моймыр.
– Почти у самого княжьего замка, у самого Ярнборка, его жилище, – отвечал стражник. – Там шпилёк торчит из крыши. Шпилёк такой остренькой.
– Вам надо в замок, мастер Альгерд, – обратился к чародею Моймыр, когда дослушал стражника, – а я позабочусь о раненых.
– Вряд ли я попаду в замок – скоро пробьют ночную стражу. Нужно искать ночлег, желательно лучшую таверну, какая здесь есть.
– С таверной помочь не смогу. И, кхм, мэтр, – неуверенно молвил Моймыр, – Вы, случаем, не умеете целить словом или взмахом посоха?
– Нет, но Хадриан Вальг возможно способен, – съязвил Альгерд, и тут же осёкся, вспомнив о раненых. – Ладно, не стану отвлекать вас. Спешите же к его мудрости Вальгу с вашими ранеными, а я дойму стражу.
– Я оставлю вам пару ратников, слуги тоже будут с вами и несколько возов. Нужно пережить ночь, коль вы не глава коллегии, а я не гербовой дворянин, и в замок нас уже не пустят.
Лучшей, по словам стражников, оказалась таверна «Под Свиньёй Громадой», что возвышалась над Озёрным торжищем. Её построили ольфандцы. Таверна представляла собой трёхэтажный фахверковый дом с башенкой, своим собственным двором и конюшней. Таверна была крупнейшим зданием во всём Железном Ладе, не считая ратуши и Хвалиборова замка.
Когда подъезжали к таверне услышали звон колоколов – подавали сигнал о ночной страже. Порядочных людей на улицах уже не почти не осталось, за исключением стражи и цехового ополчения.
Альгерд вошёл в душную гостевую залу не один, а с двумя ратниками и слугами. На доспехах виднелись в свете лучин, свеч и очагов пятна чёрной засохшей крови чудовищ. Присутствующие, хоть их было и немного, сразу обратили на пришельцев свои взоры. И надо сказать, люд в таверне был приличный, если судить по платьям и чистоте лица, а также не упускать из внимания и физиогномики.
«Хм, свечи. Однако! Стражник не соврал, место действительно приличное, – подумал Альгерд, ибо не ожидал подобного размаха от заведения в глухой провинции. – Впрочем, край богат железными рудниками… а нет! Дело вовсе не в богатстве края…»
– Уважаемые! – громко обратился к ним хриплым баритоном пузатый седобородый йордлинг. – Во-первых, здрасьте! Во-вторых, у нас тут врагов Веры, Короны и Закона не имеется, – йордлинг, бывший, судя по всему, распорядителем зала, оглядел воинов подозрительно. – В-третьих, бестий, бесов, колдунов тут также нет. Ежели вы за платой, то вам в ратушу или приказной дом Ордена на Рябиновой улице.
– Здравствуй! Нам не нужна ни плата, ни враги Короны, – начал Альгерд. – Нам бы комнаты, а лучше этаж. Мы наткнулись на местных вурдалаков, – это я к вашему любопытному взору на окровавленную кольчугу моих приятелей, – и победили. А имя моё Альгерд из Вуковиц, я советник имперской коллегии чародеев.
С этими словами Альгерд достал мешочек с серебром и, развязав, протянул йордлингу.
– Как же я мог забыть о приличиях? – вопрошал йордлинг, разглядывая серебряные ольфены, которых должно было бы хватить Альгерду и всем его спутникам и на полгода проживания в таверне – Меня звать Вук Зло́тник, я владелец корчмы «Под Свиньёй Громадой». Прискорбно, но комнат не хватает, придётся расположиться на разных этажах, а слугам переночевать в конюшнях.
Альгерд ещё раз бросил взгляд на просторную гостевую залу с низким, как это принято в Ольдании и других северных странах, потолком. Народу было немного.
– Кто же те гости, что заняли у вас все покои? Или Железный Лад на время войны сделался столицей королевства? – улыбнулся Альгерд и протянул Вуку ещё один серебряный ольфен, который достал из кошеля на поясе.
Взяв монету, йордлинг вытянулся к Альгерду и вполголоса сказал:
– Столицей королевства-то Лад не сделался, но стал богаче на одного королевича.
– И он почему-то проводит время в твоей таверне? – подмигнул Альгерд.
– Да, клянусь Богами! Он здесь! Только, как вы догадались? Я уж думал, придётся спорить, доказывать.
– Тут светло, как днём. Ты бы никогда столько свечей не зажёг, мастер Злотник.
Вук Злотник рассмеялся от души.
– Что верно, то верно. Надо ли говорить, что сей преисполненный уважения к королевской особе жест уже окупился? Большую часть второго этажа занимает…
– Вислав Исмар, – закончил за него Альгерд.
– Быстро же слухи разносятся, однако, – развёл руками йордлинг.
– И где же наш принц? – постукивая указательным пальцем по серебряному знаку своей коллегии, пристёгнутому к тёмному кафтану, спросил Альгерд.
– Вон за той ширмой, в самом почётном и уединённом месте. Его светлость ищет себе хорошего проводника, общается вот с кандидатами.
«Принц Ольдании ночует не в замке князя, а в корчме, пускай и лучшей в городе. Любопытно. Я твою наглость недооценил, Хвалибор Ярна. Что ж, оно и к лучшему», – картина в голове Альгерда постепенно складывалась в единое целое.
Альгерд заявил права на самые большие покои из всех, что он снял. Отдал распоряжения ратникам и слугам, и отправился знакомиться с тем, кого пообещал защищать. С тем, кто мог ему пригодиться.
– … стал быть, можем зайти отсюда, – старик в клетчатой залатанной не раз накидке ткнул пальцем в стол.
– Что это? – спросил его Вислав, ибо старик ткнул в пустое место.
– А, невидно же! – опомнился собеседник и поставил глиняную кружку на то место, куда только что указывал пальцем. – Это замок воеводы Краса. Пусть Белые Боги упокоят его дух в чертогах небесных! Зовётся он, замок, значить, Йордбог. А проникнем-то мы в него вот так, окольем через лесочек…
Вислав взглянул на Торека. Отрок приложил ладонь к челу и покачал головой.
– Ты не понял меня, – сказал Вислав кандидату в проводники. – Мы не тати разбойные, не лиходеи. Нам нужно поговорить с родичами Краса, а не ограбить их.
– Да хто ж нас пустит-та? Первому же разъезду дружинников покойного воеводы попадёмся, и всё тут…
«Очередной дурак…» – решил в уме Вислав.
Найти хорошего трезвого проводника оказалось не так-то просто.
– Можешь идти, – сказал старику Вислав, тот откланялся и удалился.
– Ощущение, будто всё идёт не в нашу пользу, – проворчал Торек.
– А в чью же? Князя? – поинтересовался Вислав.
– Будто бы да.
– Ничего удивительного. Ведь мы на его земле, тут сильно́ присуствие духов его рода, сильна его связь с Богами, а нам даже никто толком не знаком.
– К тому же, складывается такое чувство, что местные не очень верят, что перед ними вы, – предположил Торек.
– Сын короля Рогдая Исмара коротает вечер в корчме «Под Свиньёй Громадой», даже звучит забавно, – усмехнулся Вислав.
Торек ничего не ответил, ибо вошёл, вероятно, следующий кандидат в проводники по земле Ярналадской. И как-то сразу вошедший приковал внимание Вислава, ибо это был высокий статный человек с благородными чертами лица, короткой ольфандской бородой и ясным взором. Вошедший опирался на красивый дубовый посох, изрезанный рунами. Он был бледноват и словно бы боролся с невиданной силы усталостью.