Лев Лопуховский – Прохоровка. Без грифа секретности (страница 80)
В конечном итоге такое развитие обстановки только способствовало бы успеху контрнаступления двух фронтов — Воронежского и Степного. То, что немцы не смогли сделать, имея полторы тысячи танков, нельзя было совершить с пятьюстами, одновременно удерживая фронт вклинения. Стратегически, да и в оперативном отношении, исход оборонительной операции Воронежского фронта был уже предрешен, несмотря на некоторые просчеты, допущенные нашим командованием, и неудачи в тактическом плане.
Манштейн вспоминает: «<…> К сожалению, из этих планов ничего не получилось. <…> 17 июля ОКХ приказал немедленно снять весь корпус СС и направить в его распоряжение. В связи с таким уменьшением сил командование группы было вынуждено отказаться от запланированных ударов <…> и вернуть армии на исходные позиции»{487}. Фельдмаршал не прочь свалить вину на ОКХ, на Гитлера, на плохие дороги, на кого угодно (это присуще почти всем военачальникам при постигшей их неудаче). А правда состояла в том, что в зоне его ответственности, в которую входил весь южный фланг советско-германского фронта (кроме Крыма), произошли серьезные изменения.
Советские Юго-Западный и Южный фронты 17 июля перешли в наступление. Войска ЮЗФ захватили на правом берегу Северского Донца плацдарм шириной по фронту около 30 и глубиной 10–12 км. Войска ЮФ в первый же день наступления прорвали хорошо подготовленную оборону немцев и захватили плацдарм на р. Миус. Так что 2-й тк СС в любом случае пришлось бы выводить из боя. Собственно, так и произошло: тд «ДР» и «МГ» пришлось перебросить на угрожаемое направление в Донбассе. И только тд «АГ» без тяжелого вооружения была направлена в Италию. А резервный 24-й тк был использован для отражения наступления на Северском Донце.
Для обороны района вклинения протяженностью до 150 км по фронту и глубиной 35 км противнику требовалось много пехоты, которой не хватало. Поэтому дальнейшее удержание захваченного плацдарма, особенно учитывая возможность ударов советских войск под его основание, стало весьма рискованным. И командование группы армий «Юг» приняло решение вывести главные силы из боя и отвести их на хорошо подготовленный рубеж, который они занимали до начала наступления. За счет почти двукратного сокращения фронта достигалась большая экономия сил, появлялась возможность часть их вывести в резерв.
Читатель, надеемся, уже убедился, насколько тяжелой оказалась обстановка для наших войск после неудачи контрудара 12 июля. В не менее сложной обстановке пришлось действовать войскам фронта и в период контрнаступления с целью восстановления обороны. Именно так назывался завершающий этап оборонительной операции в документах фронта.
В военной энциклопедии об этом периоде сказано кратко (очевидно, не только в целях экономии места): «<…> пр-к 16 июля начал планомерный отвод гл. сил в исходное положение. Войска Воронежского, а в ночь на 19 июля и Степного фронтов перешли к его преследованию и к 23 июля вышли на рубеж Черкасское, (иск) Задельное, Мелихово и далее по левому берегу р. Северский Донец. В основном это был рубеж, занимаемый сов. войсками до начала операции»{488}.
Из текста не ясно, когда же перешли в преследование войска Ватутина? Почему войска Степного фронта не перешли в преследование немедленно после обнаружения отхода противника? Наконец, читателей, не говоря уж об историках, наверное, заинтересуют и такие вопросы: чем объясняется низкий темп преследования отходящего противника, по существу превратившегося в вытеснение противника, почему не удалось с ходу вклиниться в его оборону или хотя бы восстановить оборону по бывшему переднему краю? Попытаемся ответить на эти вопросы. Тем более что ход боевых действий в этот период, насколько известно автору, нигде и никогда подробно не рассматривался. Почему — станет ясно из дальнейшего рассказа.
В ночь на 17 июля авиаразведка фронта установила отвод танковых частей противником с переднего края в направлении Белгород, Томаровка. Только 17 июля с 7 до 14 часов из района Комсомолец в направлении на Бол. Маячки и Покровку прошло 12 колонн противника, в которых насчитывалось до 550 танков и самоходных орудий и до 1000 автомашин.
Наше командование сделало вывод, что противник начал отвод главных сил группы армий «Юг». В ответ на просьбу Ватутина дать войскам фронта время на приведение частей в порядок и необходимую перегруппировку (он просил двое суток) Ставка разрешила начать активные действия Жадову и Ротмистрову с 18 июля. Войскам 40-й армии было приказано наступать с утра 17.07.43{489}. В течение 17–19 июля соединения 5-й гв. танковой армии продолжали приводить в порядок материальную часть (на 19 июля 180 танкам требовался средний и текущий ремонт).
Преследование отходящего противника в это время предполагалось вести сильными передовыми отрядами. Но части прикрытия противника, находившиеся в непосредственном соприкосновении с нашими войсками, оказали им ожесточенное сопротивление. Особенно сильные заслоны противник выставил на направлении действий 5-й гв. танковой армии. Передовые отряды соединений армии Ротмистрова в течение 17 июля после упорного боя заняли урочище Ситное, балку Моложавая, совхоз Комсомолец и Сторожевое, но были остановлены перед первым промежуточным рубежом противника. Оттеснить его удалось лишь на 4–5 км. Соединения 5-й гв. армии 18 июля наконец овладели высотой 226.6, форсировали Псёл и выбили противника из Козловки и Кр. Октябрь 19 июля они заняли Кочетовку и северную окраину Грезное. Части 6-й гв. армии сумели захватить только высоту в районе с. Верхопенье. В связи с большими потерями наступление пришлось приостановить.
Действия наших передовых отрядов противник расценил лишь как попытку нащупать слабые места в своей обороне. 19.7.43 командование 4-й танковой армии противника с удовлетворением отметило, что враг до сих пор не перешел к преследованию отводимого северного фронта. И в то же время не начал ожидаемого сильного наступления на фронте 52-го ак{490}.
Главные силы фронта были введены в бой 20 июля. Командующий потребовал к 15.00 овладеть рубежом Выковка, Яковлево, а к исходу дня — Томаровкой. Это на глубине 40 км, за главной полосой обороны противника! Стремление Ватутина на плечах отходящего противника ворваться в глубину подготовленной обороны противника понять можно. Такая задача уже ставилась при вводе в сражение двух свежих и полнокровных гвардейских армий. Теперь ее должны были выполнить войска фронта, возможности которого значительно снизились. В связи с передачей Степному фронту 7-й гв. и 69-й армий из состава фронта убыло: сд — 17, иптабр — 3, иптап — 8, пап РГК — 5, минп — 3, гв. мп — 3, зенитных дивизий — 2, отдельных зенитных полков — 4, батальонов ПТР —11, тбр — 3, тп — З{491}. К этому времени из состава 5-й гв. танковой армии были выведены в резерв Ставки 2-й гв. тк, 16-й и 80-й гв. минп. К тому же войска фронта к 21 июля потеряли не менее 100 тыс. чел.{492}. Но требования Верховного Главнокомандующего надо было выполнять.
Но при этом опять совершенно не учитывалась сила сопротивления противника, который тщательно подготовился к отходу и отражению попыток русских перейти в немедленное преследование. Боем на промежуточных рубежах Манштейн планировал нанести им максимальные потери и выиграть время для эвакуации бронетехники, скопившейся на сборных пунктах и в ремонтных мастерских, и подготовки обороны на более выгодном рубеже, нежели прежний, с которого немцы начали наступление. При отходе противник угонял с собой местное население (несколько тысяч человек, в том числе всех мужчин старше 14 лет) и скот.
Перед отводом главных сил противнику удалось довольно точно вскрыть группировку наших войск. На отчетной карте 2-го тк СС она показана по состоянию на 19.00 (21.00) 18 июля{493}. В соответствии с этим был определен порядок выхода из боя соединений армии Гота и группировка сил на промежуточных и конечном рубежах отхода. Танковые дивизии выводились из боя последовательно и только после того, как сдавали занимаемые рубежи назначенным частям. Основные силы тд «АГ» и «ДР» были выведены из боя и начали отход в ночь на 17 июля. Тд «АГ» выводилась в район Лучки и западнее, «ДР» — восточнее шоссе на Белгород от Кр. Поляны до Яковлево. Тд «МГ» была временно переподчинена 48-му тк. Предварительным распоряжением на перегруппировку новый передний край для ее частей был определен по высотам в 3–6 км от линии соприкосновения с противником на рубеже Кочетовка, Грезное, изгиб железной дороги. Западнее Кочетовки оборонялись части 11-й тд, восточнее — 167-й пд{494}.
167-я пд, входившая в состав корпуса СС, была включена в 3-й тк группы «Кемпф». Она сменила части 19-й и 7-й тд на рубеже 1 км севернее Покровка, Плота, выс. 247.7, Мал. Яблоново, дорога в 1 км южнее Ивановские Выселки. Два полка первого эшелона дивизии заняли оборону на фронте до 16 км, третий полк развернулся на следующем промежуточном рубеже. Впереди на занимаемом рубеже остались подразделения прикрытия. На левом фланге стык прикрывал противотанковый дивизион дивизии. 503-й тяжелый батальон «тигров» (без одной тр) сосредоточился юго-восточнее Клейменово в готовности к маневру на угрожаемые направления. Дивизию поддерживал 54-й полк шестиствольных минометов и дивизион тяжелой артиллерии 3-го тк{495}.