Лев Лопуховский – Прохоровка. Без грифа секретности (страница 81)
Всего в 3-м танковом корпусе на утро 17 июля насчитывалось (без 7-й тд, переданной в 48-й тк) 45 боеспособных танков (в том числе 15 «тигров») и 17 штурмовых орудий (228-й отб). 84 танка и одно штурмовое орудие нуждались, в краткосрочном ремонте, 30 танкам и 11 штурмовым орудиям требовался долгосрочный ремонт. К 18 июля в 6-й тд оставалось 18 боеспособных танков, включая 2 командирских (ее ударная танковая группа взаимодействовала с 168-й пд), в 19-й — 25 (2 командирских) танков и 21 ПТО (ударная танковая группа дивизии взаимодействовала с 167-й пд), в 503-м отб — 14 «тигров». В 167-й пд имелось 51 противотанковое орудие, в 168-й пд — 53{496}.
В донесениях и в самом ходе боевых действий не просматривается замысел командования фронта по срыву планомерного отхода противника и его разгрому. Выдержка из боевого распоряжения Ватутина от 21 июля, 02.50:
«1. Установлено, что противник, отводя свои войска, занимает для обороны свой прежний рубеж.
2. Исключительно важно ближайшей задачей в первую очередь 5 гв. ТА, а также 5 гв. А и 6 гв. А на плечах отходящего противника ускоренной, но организованной атакой захватить прежнюю оборонительную полосу противника, не дав ему организовать оборону.
3. Для выполнения этой задачи необходимо:
а) подвести войска к оборонительной полосе противника быстро и компактно <…>»{497}.
В результате действия наших войск в основном свелись к нанесению фронтальных ударов, которые приводили к большим потерям в людях и технике. Так, в 5-й гв. ТА из имевшихся на 18 июля 439 танков и САУ к утру 20-го в строю остался 361{498}.
Но самое главное — при таком способе действий не удавалось упредить противника в выходе на промежуточные рубежи. Тон боевых распоряжений и донесений менялся с каждым километром продвижения. Если сначала в них говорилось о небольших отрядах прикрытия противника, то теперь — о мощных арьергардах, усиленных танками и артиллерией, о контратаках. Вместо стремительного преследования дело свелось к вытеснению противника со средним темпом продвижения 3–5 км в сутки. Наши войска, наступающие вдоль шоссе Обоянь — Белгород, были остановлены в 5–7 км от переднего края бывшей главной полосы обороны.
В контрнаступление перешли из положения обороны, обойдясь минимальной перегруппировкой сил. Хотя в течение 18 и 19 июля можно было без особого риска создать более мощные группировки для нанесения ударов под основание образовавшегося выступа. Этому способствовала выгодная для наших войск конфигурация линии фронта. Не будем фантазировать, к чему могли привести удары по флангам вклинившейся группировки противника, уже приступившего к выводу из боя соединений 2-го тк СС, в условиях нашего превосходства в силах (все равно пришлось вводить в сражение войска 53-й армии с ее 1-м мех-корпусом) и завоеванного господства в воздухе. Об этом хорошо сказано в воспоминаниях К.К. Рокоссовского, С.М. Штеменко и Л.М. Сандалова (начальник штаба Брянского фронта) относительно действий наших войск при отходе противника из Орловского выступа.
Не использовал Ватутин и возможности по нанесению удара по западному флангу группировки противника, хотя на это его нацеливала Ставка ВГК при передаче фронту 27-й армии. Этого, судя по немецким документам, очень опасался Гот. Дивизии 52-го ак понесли большие потери: 332-я пд — 2770 чел., в том числе 89 офицеров (3,2 %); 255-я пд — 925 чел. (18 офицеров). Он решил усилить армейский корпус танками 39-го полка в составе 52-го отб «пантер»{499}. Особенно его беспокоило положение на фронте 57-й пд, обороняющей рубеж шириной до 50 км. Ее переподчиняют 48-му тк.
В приказе 4-й ТА № 11 от 21.07.1943 отмечается, что противник с полудня 20 июля силами пехоты и танков атакует северный фронт танковой армии. Ожидаемое сильное наступление против западного фланга пока не подтверждается. Гот назначает конечный рубеж отхода с передним краем: выс. 215.4 (2 км вост. Каменный Лог. —
Командование фронта и Ставка не захотели тратить время на перегруппировку войск, хотя этому благоприятствовали и. общая обстановка, и завоеванное нашей авиацией полное господство в воздухе. Противник был вынужден выводить из боя не только танковые соединения, но и перебрасывать на другие направления (в район Орла и в Донбасс) наиболее боеспособные части своей авиации. В результате активность его в воздухе резко снизилась. Так, если 15 июля 8-й авиакорпус противника выполнил до захода солнца 706 вылетов, на следующий день — 499 вылетов, то 17 июля в небо поднялось только 138 самолетов, из которых значительная часть имела венгерские опознавательные знаки{501}.
И наша авиация использовала благоприятно сложившуюся обстановку для нанесения ударов по отходящим войскам противника. Например, 1-я гв. бад совершила за 18 июля три групповых вылета, достигнув наивысшего напряжения в ходе оборонительной операции{502}. Активно действовала и штурмовая авиация. 18 июля в 15.15 девятка «Илов» атаковала отходящую колонну машин с прицепами (всего 200–250 машин) в районе Меловое на дороге Дубрава, Бутово. Группа командиров 6-го тк 1-й танковой армии выразила восхищение результатами атаки специальной телеграммой в адрес авиаторов{503}.
К сожалению, в который раз командование фронта недооценило возможности противника по сдерживанию наступления наших войск. А обороняться немцы умели. Они со времен Фридриха считали, что устоять легче, чем победить. Войска учили, что, отбив атаку, надо немедленно контратаковать, чтобы захватить пленных, оружие и боевую технику противника. В течение дня части противника упорно удерживали занимаемый рубеж, используя любую возможность для проведения коротких контратак. Затем под прикрытием арьергардов основные силы выходили из боя и отходили на следующий промежуточный рубеж. Первыми отходили батареи тяжелой артиллерии, которые развертывались на новом рубеже в готовности к открытию огня на максимальную дальность. Батареи легкой артиллерии и минометного полка вели огонь до 22.00 (24.00), стремясь ввести противника в заблуждение. Танки использовались для усиления пехотных частей и в качестве резерва их командиров. Выход из боя и отход арьергардов прикрывали многочисленные засады с использованием танков, в том числе «пантер». Подбитые боевые машины немцы уже не успевали эвакуировать и взрывали при отходе.
В полосе Степного фронта соединения 69-й армии, понесшие большие потери, приводили себя в порядок и 17 июля активных действий не вели. 92-я гв. сд, сдав свой участок обороны 252-й сд 53-й армии, была выведена в тыл для доукомплектования. В 96-й тбр и 148-м отп на 15 июля в строю имелось всего 12 танков, из них 4 легких. Армия получила в качестве пополнения 9348 человек, в том числе 48-й ск — 6574 (стрелковым соединениям досталось 1100 чел.). 18 июля и в ночь на 19-е действовали только передовые отряды. Противник отразил их атаки сильным артиллерийским огнем. В предвидении отхода немцы не жалели снарядов и мин.
Чтобы сорвать планомерный отход врага, нужны были дополнительные силы. 19 июля в 13.00 командующий войсками Степного фронта доложил представителю Ставки Жукову: «По данным авиации и боем устанавливается отход противника в южном и юго-западном направлении. Идет бой за Плоты и Александровку. Решил немедля ввести Саломатина и две сд Манагарова. Задача — стремительным ударом преследовать противника в направлении Шахово, Гостищево, Белгород, к исходу дня 20.7 перерезать шоссе Обоянь — Белгород в районе Ерик, Шопино, Гостищево. Крючёнкин В.Д. — преследует вдоль левого берега р. Сев. Донец на Белгород. Шумилов М.С. — Мясоедово, Старый Город. Прошу утвердить»{504}.
Основные силы Степного фронта перешли в наступление в 4.00 20 июля. Части 214-й и 233-й сд 53-й армии, введенные в бой из-за правого фланга 69-й армии, к исходу дня овладели Лески, Малиновкой и завязали бой за Волобуевку, Чурсино и Клейменово. Соединения 69-й армии овладели Ржавцем, Кураковкой, Стрельниковом, Казачьим. Противник оказывал упорное сопротивление частями прикрытия и боем на промежуточных рубежах, неоднократно переходя в контратаки силами пехоты и небольших групп танков. Более того, он счел возможным перебросить часть танков и артиллерию в полосу наступления войск Воронежского фронта.
Иногда ошибочно считают, что основные силы 3-го тк армейской группы «Кемпф» были выведены из боя к 18 июля. Судя по архивным документам, они также выводились из боя постепенно, по мере сокращения фронта вклинения. 20 июля были выведены из боя 19-я тд и тд СС «МГ», а затем и 332-я пд. 11-я тд 48-го тк действовала западнее шоссе, прикрывая направление на Быковку. По мере усиления нажима советских войск вдоль шоссе Обоянь — Белгород на угрожаемое направление был переброшен 503-й отб «тигров» (15 боеспособных машин) — к 2.30 20 июля в район станции Сажное, затем в район Смородина (западнее р. Липовый Донец). Части 6-й тд 21 июля также совершили маневр на левый фланг 167-й пд и оседлали шоссе Обоянь — Белгород.