Лев Котляров – Как достать архимага 7 (страница 53)

— Зачем? Вы же говорили, что здесь опасно…

— Говорил. И сейчас опасно. Но без вас всех я не справлюсь. Понимаешь, источник высасывает магию, — слова давались с трудом, грудь тяжело вздымалась, словно от нехватки воздуха. — А у Васи она другая. У Лабеля — призрачная. Ли — атаранг, его магия похожа и может нам помочь. А старик… старик, вообще, часть этого механизма. Если мы хотим разорвать его связь с источником, он должен быть здесь.

— А вы?

— А я пока тут постою. Подумаю. Иди быстро.

Последняя фраза далась особенно тяжело. Да что там фраза! Я даже стоял, и то из чистого природного упрямства!

Григорий колебался всего секунду. Потом кивнул и исчез в темноте коридора.

Я остался один на один с источником.

Он пульсировал ровно, успокаивающе. Если не знать, что это смертельная ловушка, можно было залюбоваться. Холодный, серебристо-голубоватый свет заливал небольшую пещеру, в которой мы находились. Ее стены ловили сияние гладкими отполированными боками, словно их касались тысячи рук.

— Красивый, да?

Голос раздался так неожиданно, что я вздрогнул. Старик парил в двух шагах от меня, пристально глядя на источник.

— Ты как здесь оказался?

— А я везде, где он, — старик усмехнулся беззубым ртом. — Мы связаны. Я чувствую каждый его вдох, каждое биение. А он — мое.

Мне показалось, что он стал живее с нашего последнего разговора. Неужели источник его подпитал?

— И давно ты здесь? — одними губами спросил я, но он услышал.

— Всегда, — пожал плечами старик. — С тех пор как очнулся после… после смерти. Или до смерти. Я уже не помню. Иногда ухожу, брожу по коридорам. Но всегда возвращаюсь. Тянет.

Он подошел ближе к источнику, протянул руку. Пальцы прошли сквозь свечение, не касаясь сферы.

— Видишь? Не пускает. Я ему нужен живым, но не настолько, чтобы можно было прикоснуться. Только смотреть. Вечно смотреть.

— Мне жаль, — сказал я и понял, что это правда.

— Жаль, — повторил старик. — Триста лет никто не говорил мне этого слова. Все приходили, пытались забрать силу, убить меня, уничтожить источник. А ты говоришь «жаль». Странный ты маг.

— Я вообще странный, — усмехнулся я. — Слушай, как тебя хоть звать? Не могу же я все время мысленно называть тебя «стариком».

Он задумался. Морщинистый лоб собрался складками, губы шевелились, словно он перебирал забытые имена.

— Кажется… Кажется, Маркел, — неуверенно произнес он. — Или Матвей? Нет, Маркел точно. Маркел Силыч меня звали. Когда-то давно.

— Маркел Силыч, — повторил я. — Хорошее имя. Сильное.

— Было сильное, — вздохнул он. — Теперь вот — одно название.

Мы помолчали. Источник пульсировал, и я чувствовал, как силы уходят все быстрее. Еще немного — и я рухну без сознания.

— Маркел Силыч, — вдруг сказал я, просто желая еще раз убедиться, что могу соображать, — ты хочешь освободиться?

Он посмотрел на меня с недоверием.

— Шутишь? Конечно, хочу. Триста лет тут торчу, как привязанный.

— Тогда слушай. Сейчас сюда придут мои друзья. Обычные люди, почти без магии. И один атаранг — маленький кот. Ты не бойся их, ладно? Они помогут.

— Кот? — удивился старик. — Кот-атаранг? Никогда не видел.

— Увидишь. А пока — помолчи, ладно? Мне сосредоточиться нужно.

Маркел Силыч кивнул и отступил в тень. Я остался один.

Время тянулось бесконечно. Я смотрел на источник, изучал его пульсацию, пытался уловить закономерность. И кажется, начал понимать.

Он не просто высасывал магию. Он ее перерабатывал, превращал во что-то другое. В ту самую силу, что держала острова в воздухе. И питался он не только магией, но и эмоциями — страхом, болью, отчаянием. Маркел Силыч был идеальным для такой задумки: маг, привязанный к источнику, вечно страдающий, вечно одинокий. Его отчаяние кормило артефакт столетиями.

Шаги в коридоре возвестили о возвращении остальных — Григорий привел их, но остановился там же, где я сказал ему в прошлый раз. Вася попыталась подбежать ко мне, но я остановил ее жестом.

— Леша! Ты жив! — она обхватила себя за плечи.— Ты бледный как смерть!

— Нормально, — отмахнулся я. — Все в порядке?

— Да, в порядке, — подтвердил Лабель, с интересом разглядывая источник. — Ничего себе… Вот это артефакт! Я такие только на картинках видел!

— Кристоф, не подходи близко, — предупредил я. — Он тянет силу. Вы все стойте там, у входа. И слушайте меня внимательно.

— А вот почему я так себя чувствую! А я-то думал, что это из-за клаустрофобии… — задумчиво потянул он.

Ли спрыгнул с рук Васи и подошел ко мне. Желтые глаза внимательно смотрели на источник.

— Оун голоуден, — сказал он. — Оучень голоуден.

— Знаю. Ли, ты можешь его накормить? Не своей силой, а атарангов, что в тебе есть? Мне кажется, этот источник забыл, кто его создал.

Кот задумался, его уши дернулись, между ними появились крошечные рога, а на хвосте пропала шерсть.

— Моугу. Ноу тогдау я ослаубею.

— Ненадолго. Только чтобы он перестал тянуть из нас. Иначе я не смогу осуществить задуманное.

Ли кивнул и сел у моих ног, глядя на источник. Шерсть его начала светиться слабым золотистым светом. По телу пробежали искры, и вдруг поток магии, тянущийся от меня к источнику, прервался.

Я вздохнул с облегчением.

— Спасибо, Ли. Отдыхай. Надеюсь, минут пять у нас есть.

Кот лег, положив морду на лапы, но глаз не закрыл — следил за происходящим.

— Теперь вы, — я повернулся к остальным. — Вася, становись справа. Лабель — слева. Григорий — прямо напротив источника. Маркел Силыч, ты где?

Старик выступил из тени.

— Здесь я, здесь.

— Становись рядом со мной.

— Зачем это?

— Затем, что ты — ключ. Без тебя ничего не выйдет.

Он недоверчиво посмотрел на меня, но место занял.

— Итак, слушайте план, — начал я. — Источник работает неправильно потому, что питается страданием. Нам нужно изменить это. Заставить его питаться чем-то другим.

— Чем? — спросил Лабель.

— Жизнью, — ответил я. — Обычной человеческой жизнью. Той, что вокруг нас. Вы все — живые. Вы дышите, чувствуете, надеетесь. Ваше присутствие здесь, ваша воля — это тоже сила. Не магическая, а жизненная. Звучит, как полный бред, я знаю, но мы должны попробовать.

— И что мы должны делать? — Вася напряглась.

— Ничего особенного. Просто стоять и думать о хорошем. О том, что вас держит в этом мире. О любви, о друзьях, о доме. О будущем, которое ждет впереди. Источник должен почувствовать это, понять, что есть другой способ существовать. Отвязаться от духа, который к нему привязали.

— Это меня, что ли? — спросил старик, и я кивнул.

— А если не поймет? — Григорий был, как всегда, прагматичен.

— Тогда будем пробовать по-другому. Но сначала — это.