Лев Кейвилл – Небесный щит (страница 4)
Время сжималось, как атмосфера в разгерметизированном модуле. Виктор работал методично, разделив процесс на параллельные потоки: левая рука исследовала архивы "ЗАСЛОНа", правая поддерживала видимость нормальной работы с текущими данными мониторинга. Двенадцать лет опыта позволяли ему сохранять внешнее спокойствие, когда внутри разворачивалась настоящая буря.
Архивные записи о компании "ЗАСЛОН" оказались удивительно скудными для организации, создавшей целую сеть орбитальных систем. Скупые технические характеристики, перечни запусков, даты деактивации. Никаких подробностей о назначении системы, кроме общей формулировки "мониторинг экологической обстановки".
"Засекреченные данные или целенаправленно стертая история?" – подумал Виктор.
Запрос по частотам коммуникации дал неожиданно детальный ответ: три диапазона для командной связи, два для телеметрии и один резервный, экранированный от внешних помех. Виктор настроил свой терминал на прием по всем указанным частотам одновременно, замаскировав операцию под стандартную проверку чувствительности приемников.
Центр мониторинга наполнялся людьми. Смена А уступала место смене В. Технический персонал завершал утренние проверки. В секторах А и В уже работали специалисты в черной форме СБК – устанавливали новые блоки фильтрации данных.
Не поднимая головы от консоли, Виктор заметил появление незнакомой фигуры в дверях центра. Высокий мужчина с военной выправкой, черная форма с красными знаками различия. Майор Хольт собственной персоной – редкий визит для рядовой проверки.
Как только Виктор идентифицировал офицера, его приемник уловил сигнал. Слабый, почти на пороге чувствительности оборудования, но определенно искусственного происхождения. Сигнал, точно соответствующий одной из частот "ЗАСЛОНа".
Виктор мгновенно запустил программу дешифровки, скрыв её за стандартными процессами анализа солнечной активности. Сигнал был кодированным, но использовал устаревший протокол шифрования. Через семь секунд система выдала результат.
Координаты и идентификатор: "ЗАСЛОН-17, орбита геостационарная, синхронизация выполнена, активация согласно Протоколу Возрождения, время до полной передачи данных: 73 часа".
Протокол Возрождения? Ничего похожего не было в архивных записях. И полная передача данных – каких данных?
Виктор быстро свернул окно с дешифровкой, как только заметил, что майор Хольт направляется в его сторону. Военный двигался размеренным шагом, изучая каждую рабочую станцию внутреннего круга.
– Оператор 5-47? – голос майора прозвучал как скрежет металла по стеклу.
– Да, сэр, – Виктор повернулся, сохраняя нейтральное выражение лица.
Майор Хольт остановился в двух шагах от консоли. Лицо с резкими чертами, глаза холодные, расчетливые, косой шрам через левую щеку – боевое ранение или намеренно не устраненный дефект для усиления эффекта.
– Вчера вы выполняли внешние работы в секторе, где была зафиксирована аномальная активность, – не вопрос, а утверждение.
– Стандартная замена сенсора, сэр, – ответил Виктор. – Об аномальной активности не докладывалось.
Майор изучал его лицо, словно техник, анализирующий показания неисправного датчика.
– Возможно, вы не заметили, – произнес он. – Некоторые… сигналы бывают ниже порога осознанного восприятия.
Мышцы спины Виктора непроизвольно напряглись. Майор явно знал о сигнале. Но откуда? Система ВКК была автономной, замыкалась только на станции "Рубеж".
– Мы обнаружили попытки несанкционированного доступа к старым системам "ЗАСЛОНа", – продолжил Хольт, делая паузы между словами, как будто выстраивая тактическую последовательность. – Вредоносная группа пытается использовать древнее оборудование для распространения ложной информации о Земле.
Виктор заставил себя функционировать с бесстрастностью автоматического анализатора.
– Ложной информации, сэр?
– Фальсифицированных данных о пригодности планеты для жизни, – Хольт произнес это с интонацией человека, сообщающего о невозможной глупости. – Классическая дезинформация от группы "Возвращенцев". Их идеология проста: создать панику, спровоцировать массовые высадки на зараженную поверхность, наблюдать за гибелью тысяч. Крайне неэффективная трата человеческих ресурсов.
Виктор поддерживал ровное дыхание, хотя пульс участился. Мог ли кто-то еще заметить сигнал? Или это просто совпадение, профилактическая проверка?
– Я не встречал подобных данных, сэр, – ответил он. – Мои показания стабильно подтверждают непригодность Земли для жизни.
Хольт сделал жест рукой, словно отметая несущественное.
– Разумеется. Но мы устанавливаем дополнительные фильтры. Некоторые старые системы могли быть… скомпрометированы. Протоколы безопасности требуют немедленного доклада о любых аномалиях, особенно от оборудования довоенного периода.
Майор отступил на шаг и окинул взглядом весь центр мониторинга.
– Удивительно, как все еще функционирует, – произнес он достаточно громко для окружающих операторов, но не адресуя слова конкретно Виктору. – Последние представители исчезающего вида – люди, родившиеся на станциях, никогда не видевшие настоящей планеты. Прикованные к орбите, как древние каторжники к веслам. Довольно… неэффективное существование.
Это звучало почти как сочувствие, если бы не холодные интонации. Виктор понял, что майор сканирует его реакцию на провокационные слова.
– Мы выполняем свою функцию, сэр, – ответил он сдержанно. – Мониторинг – критический элемент выживания человечества.
– Верно, – в голосе Хольта появилась нота удовлетворения, будто он получил ожидаемый результат. – Продолжайте работу, оператор 5-47. Технический персонал скоро доберется до вашего сектора.
После ухода майора Виктор позволил себе короткий, контролируемый выдох. Разговор оставил ощущение допроса без прямых обвинений. Времени осталось критически мало. Если техники СБК установят новые фильтры, он потеряет доступ к сигналу "ЗАСЛОНа".
Виктор принял решение. Зайдя в систему управления шаттлами, он оформил заявку на плановое обслуживание внешних датчиков – стандартная процедура после замены сенсорного модуля. Шаттл "Ласточка" был назначен на задание автоматически, без необходимости дополнительных согласований.
Одновременно с этим Виктор загрузил в свой ПИУ все данные о "ЗАСЛОНе", которые успел собрать, и координаты источника сигнала. Рискованно хранить такую информацию на личном устройстве, но других вариантов не было.
– Оператор 5-47, – раздался голос сзади. Это был Павел, бледный и встревоженный. – Они уже здесь, начинают с вашего сектора.
Виктор быстро финализировал заявку на шаттл.
– Спасибо, Павел. Все в порядке, просто плановая проверка.
Молодой техник наклонился ближе, голос снизился до шепота:
– Это не просто проверка. Они перезагружают всю систему. Устанавливают новые протоколы фильтрации. После обновления любые сигналы, не соответствующие официальным параметрам, будут автоматически блокироваться.
Виктор сохранил нейтральное выражение лица, хотя информация подтверждала его худшие опасения.
– Все системы требуют периодического обновления.
– Не это, – настаивал Павел. – Я слышал, как один из техников СБК говорил о "массовом всплеске активности устаревших систем". Они что-то нашли, Виктор. Что-то, связанное с Землей.
Значит, сигнал не был единичным. Что-то происходило в гораздо большем масштабе.
– Павел, – Виктор сделал паузу, оценивая риски, – ты когда-нибудь слышал о Протоколе Возрождения?
Лицевые мышцы молодого техника отреагировали с характерным паттерном неподдельного удивления.
– Нет. Что это?
– Я тоже не знаю. Но, возможно, это связано с тем, что происходит.
В центр вошла группа техников СБК в черной форме. Они методично двигались от станции к станции, устанавливая новые блоки и перепрограммируя системы.
– Мне пора, – Павел выпрямился. – Будьте осторожны, Виктор.
Виктор повернулся к консоли, делая вид, что полностью сосредоточен на работе. Но его разум просчитывал возможности. Шаттл "Ласточка" будет готов через сорок минут. Если техники не успеют добраться до его станции до этого момента, у него будет шанс.
Шанс на что? Виктор сам не мог точно сформулировать. Добраться до "ЗАСЛОН-17"? Получить его данные напрямую? Это было бы прямым нарушением десятка протоколов, граничащим с изменой.
Но если данные спутника действительно отличаются от официальной информации о Земле, если планета восстанавливается быстрее, чем утверждают власти… Что тогда? Все колонии поддерживались в состоянии выживания, ограниченные ресурсы распределялись по строгим нормам, с жесткой социальной стратификацией и контролем. А что, если в этом уже нет необходимости?
Голографическое изображение Земли висело над центральной консолью – синевато-серый шар, чужой и недоступный. Виктор смотрел на него, чувствуя странное притяжение. Он никогда не был на Земле, как и все его поколение. Но что-то внутри, какое-то не до конца стертое генетическое наследие, заставляло его тянуться к этому миру.
Когда техники СБК начали работу с его консолью, Виктор уже принял решение. Журнал регистрировал стандартную проверку оборудования, заявка на шаттл была одобрена, маршрут для планового обслуживания внешних датчиков проложен. Через тридцать минут он будет на полпути к "ЗАСЛОН-17", и это навсегда изменит его жизнь.