Leslie Leslie – Цвет (страница 3)

– Ты же знаешь, что ты очень дорог мне. У тебя есть мой номер телефона. Почему ты не позвонил мне? – Джи Ху смотрел на него с мольбой в глазах.

– Учитель, не притворяйтесь. У вас есть своя жизнь, в которой для меня места нет. Я просто прохожий в вашей жизни или человек, благодаря которому у вас есть работа. Не стоит давать мне ложные надежды. Моя жизнь ничтожна. И если бы меня сегодня забили до смерти, я бы сказал им только спасибо. – По щеке Гаона скользнула слеза, смешавшись с кровью.

Эта слеза отчаяния отозвалась в душе Джи Ху оглушительным громом.

– Эй, перестань. Давай съездим в больницу, а дальше разберёмся. Я, например, ещё не завтракал. Как насчёт завтрака? – сдерживая дрожь в голосе, подбадривающе произнёс Джи Ху. – Вставай, идти можешь?

– Ну как‑то же я сюда пришёл? – раздражённо ответил Гаон, отталкивая его руку. Он похрамывал, хватаясь за рёбра, и медленно направился к выходу.

– Учитель, не оставляйте его, – шёпотом сказал директор, когда Джи Ху проходил мимо. – Больничные счета мы оплатим.

Джи Ху едва заметно кивнул, глядя вслед Гаону стеклянным взглядом. В его глазах пылали злость, беспомощность и решимость.

Гаону было всего шестнадцать лет. В свои годы он уже сполна испытал предательство самых близких взрослых. В центр он попал в десять лет – маленький, худой, с прозрачной кожей и огромными глазами, полными боли. Каждый взгляд в его сторону заставлял Гаона вздрагивать.

Дома он жил в аду. Отец, крепко выпивавший, после очередной пьянки избивал и его, и мать. Денег в семье почти не было – Гаон в основном питался рисом.

Молодой детский психолог Джи Ху, только что окончивший аспирантуру, изо всех сил старался не поддаваться жалости. Он знал: слёзы и сожаление – худшее, что он может проявить. Сдерживая эмоции, он всегда улыбался и подбадривал хрупкого мальчика. Когда они заходили в кафе после прогулки, Джи Ху смеялся над Гаоном и пытался «взять на слабо» – так он добивался, чтобы ребёнок поел повкуснее и посытнее.

Сначала мальчик относился к учителю с опаской, ожидая подвоха. Постепенно он начал доверять Джи Ху и даже улыбаться в его присутствии. Уже шесть лет они шли рядом: Гаон рос добрым и сильным духом, а Джи Ху радовался его успехам, словно старший брат.

– Как ты? – спросил Джи Ху, сидя рядом с ним в такси.

– Пойдёт, – ответил Гаон, глядя в окно.

– Слушай, ну хватит уже разыгрывать драму. Понятно же, что тебе больно. Ты что, железный человек, что ли?

– Слушай, ну что ты ко мне пристал? Мы уже не на территории центра. Ты говорил, что я могу считать тебя братом. Так вот, как брат прошу: не лезь, я сам разберусь, – раздражённо бросил Гаон.

– Ну ты и фрукт. Я всё‑таки твой старший брат, а у тебя ни капли уважения к моим переживаниям, – Джи Ху постарался скрыть улыбку и резко отвернулся к окну. Эти слова были для него невероятно ценны: Гаон не чувствовал себя одиноким и считал его братом.

– Давай просто поедем позавтракаем. Не нужна мне больница.

– А вот это не тебе решать. Великий и могучий железный человек тоже нуждается в помощи!

– Да что ж за упёртый братец попался, – Гаон слегка стукнул Джи Ху по коленке.

– Драться будем? – с улыбкой воскликнул Джи Ху.

Оба рассмеялись. Они понимали: внешний вид Гаона был далёк от идеального. Улыбаться ему было больно – каждый раз он хватался за лицо, едва улыбка начинала проступать.

Дождавшись своей очереди в больнице, Джи Ху передал Гаона врачам, а сам отправился в ближайший магазин за новой одеждой.

Заключение врачей оказалось неутешительным: перелом двух рёбер, многочисленные гематомы. Однако внутренние органы не пострадали – и это радовало.

– Так что случилось? – осторожно спросил Джи Ху, сидя в маленьком кафе и нарезая только что пожаренную свинину.

– Я же уже ответил, чтоб ты не лез.

– Да кто лезет‑то? Мне просто интересно, кто смог тебя так отметелить. Ты же боец, ты же столько лет ходишь на тхэквондо. Какой там у тебя уже пояс?

– Чёрный. И что? Знаешь ли, не всегда против толпы помогает мой пояс.

– Давай рассказывай.

– Да что рассказывать? Шёл домой, в переулке толпа попросила закурить. А я же, благодаря некоторым, – Гаон с усмешкой посмотрел на Джи Ху, – не курю. Ну вот и началось. Я честно положил всех! Но и мне досталось – они использовали грязные приёмчики! – в сердцах воскликнул Гаон.

– Да я тебе верю. Уверен, что ты был хорош. Но вот так просто напали на тебя? Ну не бывает такого. Ты уверен, что перед этим ничего не произошло? – задумчиво спросил Джи Ху.

– Эй, да ладно тебе. Хватит. Ты лучше скажи, я круто выглядел в медпункте? Я выглядел брутальным бойцом? – глаза Гаона загорелись.

Джи Ху рассмеялся:

– Для меня ты выглядел чумазым ребёнком. Ни один боец не выглядит круто после боя. Ты же знаешь главную фразу великого полководца Сунь‑цзы: «Лучший бой – тот, который не состоялся».

– Да ну тебя. Я вот успел посмотреть на себя в зеркало. Очень эффектно! Это потёки крови по лицу…

– Не забывай, моё видение отличается от твоего.

– Ну да, наверно, в чёрно‑белом цвете всё выглядело не так эффектно. Мне вот всегда было интересно: как это, как можно не видеть цвета? Не представляю, как с этим можно жить.

– Тебе действительно интересно? Я ведь не всегда был таким. Я видел цвета. Я помню, каких цветов базовые вещи. И если ты назовёшь цвет, я помню, как он выглядит. Я знаю, что кровь – красная, небо – голубое, солнце – жёлтое. Я просто этого не вижу, хотя, если мне снятся сны – они цветные.

– Мой мозг не понимает этого. Если я вижу чёрно‑белое фото, то оно чёрно‑белое, на нём не присутствуют другие цвета. Значит, у тебя в жизни, как на фото, не присутствуют другие цвета?

– Можно, конечно, и так сказать, но оттенков серого гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Поэтому я живу в оттенках, а эти оттенки дают ощущения: холода, теплоты, боли, уюта – да много разных чувств. Если тебе так легче – я чувствую цвета, не зная, как они выглядят на самом деле. Вот, предположим, сегодня я видел не потёки крови у тебя на лице – я чувствовал боль, которую ты испытывал. Понимаешь?

– С трудом, – ухмыльнулся Гаон, потягивая кока‑колу через трубочку.

– Давай уже начистоту. Я не верю, что просто так к тебе подошли и избили. Ты же понимаешь, что тебя ждали? Что им от тебя нужно было? – начал понемногу давить Джи Ху.

– Да я тебе честно говорю. Они попросили закурить. Единственное, что меня насторожило, – они кричали во время драки, что кто‑то им не отдаёт деньги и почему‑то за него должен ответить я. Вот этого я не понял, решил, что они ошиблись.

– Ты такой взрослый и веришь в то, что такие люди могут ошибаться? Ты кого‑нибудь запомнил?

– Ну если подумать и увидеть ещё раз, то, возможно, смогу узнать.

– Давай пойдём в полицию? Это нельзя так оставлять, – озадаченно предложил Джи Ху.

– Ты что! Ни за что! Полиция мне не друзья!

– Гаон, послушай меня. В жизни не всегда мы обращаемся к тем, кто нам приятен. Но они смогут тебя защитить. По крайней мере, они смогут разобраться, кто тебе угрожал. Если хочешь, давай я приглашу капитана Мин, и мы пообщаемся вне участка? Как тебе идея?

– Ты же от меня не отстанешь? – шумно вздохнул Гаон. – Ладно, давай встретимся с капитаном Мин.

Глава 4

Со Джи весь рабочий день сидела в участке и изучала улики. Расследование зашло в тупик: последний подозреваемый, задержанный вчера, отказывался давать показания. А это значит – нужно искать другие ниточки.

Уже четыре месяца она без остановки пыталась найти тех, кто распространяет наркотики в районе. Причём эти наркотики, предлагаемые подросткам, имели очень плачевные последствия.

Назывались они «МЛ» – полное название «Мун Лайт». Распространялись в виде таблеток жёлтого цвета с серыми вкраплениями. Отсюда и название: внешне они действительно напоминали луну.

Уже было зафиксировано несколько летальных исходов – и все среди подростков. Несколько из них были из неблагополучных семей; остальные, наоборот, учились в престижных школах и занимали далеко не последние места в рейтинге. Все эти факты усложняли поиск.

– Добрый день!

Со Джи вздрогнула от неожиданности и подняла голову. Возле её стола стоял высокий улыбчивый мужчина.

– Господин учитель? – растерянно спросила она. – Добрый день! Что вас привело ко мне?

– Понимаю, что только я предлагал вам свою помощь, но сейчас в вашей помощи нуждаюсь я – точнее, мой ученик.

– Что случилось? Я вас внимательно слушаю.

– Вчера ночью на моего ученика – вы его помните, Гаона, дерзкого малого – напали и изрядно избили. Вроде ничего подозрительного, но во время нападения он услышал фразу, что теперь он должен им деньги за кого‑то. Но у него никого нет.

– Очень странно. И что вы хотите?

– Не могли бы вы с ним пообщаться? Возможно, чем‑то помочь, – растерянно спросил Джи Ху.

– Пока он не напишет официальное заявление, я бессильна, – безучастно ответила Со Джи.

– Он не пойдёт в участок. Поймите, пожалуйста, его чувства. Ребёнок всю жизнь живёт в постоянном страхе. На его глазах арестовали отца, оставив их с матерью одних. Они живут в таком районе, где полицию, мягко говоря, недолюбливают. Может, у вас есть фото недавних подозреваемых по похожим делам? Он говорит, что сможет узнать нападавших.

– Хорошо, давайте попробуем. Где сейчас Гаон?

– Он ждёт в кафе в соседнем квартале.