Лесли Вульф – Прекрасная пара (страница 3)

Зрители начинают аплодировать, и мы с женой встаем. Сияющая Карли выбирает этот момент, чтобы тоже оказаться в центре внимания, – обнимает меня, будто мы на церемонии «Оскар» или еще что. Она не отпускает меня чуть больше положенного, в нос бьет ее аромат. Женщина прижимается ко мне бедром, и я осторожно отстраняюсь, зная, что все камеры направлены на нас. Затем предлагаю Аманде руку, которую она быстро подхватывает, и мы идем к импровизированной сцене.

Она встает рядом со мной за кафедрой, когда я беру микрофон. Толпа замирает, глядя на меня, – приятное чувство.

– Спасибо всем, что собрались здесь сегодня вечером. Но прежде, чем мы перейдем к серьезным вещам, поделюсь недавно услышанной шуткой: почему репортер сунул палец розетку? – Пауза для пущего эффекта. – Потому что хотел получить шокирующую новость!

Аудитория смеется от души, и я наслаждаюсь произведенным впечатлением. Когда смех стихает, я продолжаю:

– Хорошо, теперь, когда мы повеселились, позвольте рассказать вам историю. – Смотрю на супругу, и она почти незаметно кивает. – Это история о том, как мы создали организацию «Граждане за трезвое вождение» и, самое главное, зачем. В какой-то момент мы оба поняли, что в работе слишком часто сталкиваемся со смертью. У Аманды – жизни, которые не смогла спасти замечательная команда Сансет-Вэлли. Бессмысленные смерти, которых можно было избежать. У меня – перечень происшествий, о которых я сообщал в вечерних новостях. Ни дня передышки в наших и ваших жизнях; ни дня, когда бы не приходилось говорить об очередном ужасающем «несчастном» случае, произошедшем здесь, в Лос-Анджелесе. – Я выдерживаю паузу, чтобы люди осознали сказанное. – Это должно прекратиться. И вы можете этого добиться. Мы можем. Вместе.

Мои слова тонут в восторженных аплодисментах, у меня в горле пересыхает от желания выпить. За столиком рядом с подиумом мне улыбается красавица в красном платье с открытой спиной.

Я встречаюсь с ней взглядом и на мгновение задерживаю его. Ее улыбка расцветает, она слегка наклоняет голову и многозначительно смотрит на меня. На секунду я забываю об Аманде.

Кто знает, что еще принесет этот вечер? Кажется, что-то вполне многообещающее.

Глава 4

Аманда Дэвис

Ноги просто убивают меня. Я не очень люблю высокие каблуки, особенно после полной смены в отделении неотложной помощи, а потом – на кажущемся бесконечным мероприятии. Но вот оно закончилось, и мы стоим на бордюре, ожидая, пока тощий студент-парковщик подгонит «кадиллак» Пола. Как же хочется просто присесть на бетонные ступеньки и снять обувь.

Мы уезжаем одними из последних, и я чувствую напряжение и тревогу. Я ужасно нервничаю и хочу, чтобы все поскорее закончилось. Вдали мерцают огни Малибу, а в темном, зловещем океане отражаются вспышки пробивающихся сквозь облака молний. Несколько мгновений спустя вдалеке раздается раскат грома. Парковщик явно не торопится. Надеюсь, мы не промокнем до нитки, пока его ждем.

Я с ужасом жду того момента, когда мы с Полом останемся одни в машине. Все по новой, обида на него так и жаждет вырваться наружу. Да, признаю́, я стала озлобленной и стервозной, как и большинство разочарованных женщин. Побочный эффект разбитого сердца.

Но пока что я держусь за его руку, как того требует момент, улыбаюсь, киваю и машу рукой нескольким припозднившимся гостям. В основном это коллеги Пола. Его соведущая останавливается, чтобы пожелать спокойной ночи. Я притворяюсь, будто не понимаю, что ей нужно, а она хлопает своими тяжелыми от туши ресницами, глядя на моего мужа. Кажется, она зря тратит время – смешно, но от этого осознания мне становится легче. Похоже, мысли Пола витают где-то далеко. Возможно, он думает о ком-то моложе Карли. И моложе меня.

Наконец, до нее доходит, и ведущая с высоко поднятой головой – идеально уложенные кудри подпрыгивают при каждом шаге – направляется к своему красному БМВ с откидным верхом. Тот стоит в нескольких метрах с уже открытой дверцей.

Новая соведущая супруга, Латеша Джонс – женщина, которую, по его словам, он презирает, – мимоходом пожимает мне руку, а затем останавливается прямо перед Полом.

– Интересно, нет ли лучшего способа привлечь спонсоров, – говорит она с легкой, хитрой улыбкой на полных губах. Не могу не отметить – даже после стольких часов ее макияж выглядит безупречно. Должно быть, пользуется профессиональной косметикой, а не магазинной, как я.

– Правда? – отвечает Пол, на мгновение морща лоб.

– Я еще подумаю над этим. Такой аудитории, как эта, нужно что-то новое. Свежее. Возможно, в следующем году стоит выступить другим ораторам? – Я чувствую, как напрягается рука мужа, но он ничего не говорит. Просто кивает. – Что ж, если тебе неинтересно, я передам свои предложения Рэймонду.

– Пожалуйста, – выдавливает Пол, стиснув зубы. – Осторожней на дороге, Латеша. Или лучше вызови такси – ты же пропустила парочку стаканчиков.

Ее машина, белый «мерседес» с откидным верхом, уже припаркован у обочины. Она смеется над комментарием Пола и садится за руль, однако уезжает не сразу. Судя по тому, как она ерзает на сидении и наклоняется к рулю, полагаю, что, сбросив туфли от Manolo на высоченных каблуках, она надевает нечто более удобное.

И я с нетерпением жду возможности сделать то же самое. Я бы сняла черные туфли-лодочки еще сидя за столом, если бы не боялась всех этих камер, охотящихся за будущими «звездами» бульварной прессы. Сомнительная слава. У меня в голове крутятся жуткие заголовки. «Модная бестактность или ловкий ход? Аманда Дэвис сбросила туфли под столом на вчерашнем шикарном благотворительном вечере». Или то, чего я больше всего страшусь: «Драма на благотворительном вечере! Гости следят за Полом Дэвисом, а Пол Дэвис – за другими женщинами. И это в присутствии своей очаровательной жены! Неужели их брак трещит по швам?»

Прерывая мои душевные терзания, из-за угла выглядывают узнаваемые фары «кадиллака» XT6, который приближается к нам пугающе медленно.

Пол тоже его замечает и коротко вздыхает.

– Наконец-то, – бормочет он, слегка запинаясь. От него сильно пахнет бурбоном.

– Давай я поведу, Пол. Я пила только содовую.

Он бросает на меня косой взгляд.

– В этом нет необходимости. Я в порядке. Поехали.

Ему никогда не нравилось, что я езжу на его шикарной машине, но он этого не говорит. Муж открывает мне дверь (играет в джентльмена перед оставшимися таблоидами), и я коротко касаюсь его руки.

– Давай вызовем такси. Пожалуйста. У меня плохое предчувствие.

– Предчувствие, Аманда? – Он топчется на месте, сгорая от нетерпения поскорее уехать. Моя просьба его раздражает, и он повышает голос: – Хм? С каких пор ты боишься со мной ездить?

Это риторический вопрос. Я сдаюсь. Вместо того чтобы бессмысленно спорить, сажусь в машину и сразу сбрасываю туфли.

Но стоит «кадиллаку» тронутся с места, как меня прорывает.

– Все это – организация, сбор средств – сплошное притворство, не так ли? Держу пари, ты делаешь это ради рейтингов. Ты в это не веришь… Просто используешь, чтобы упрочить свою карьеру и пообщаться с влиятельными людьми. Как и меня.

– Черт возьми, Аманда, – говорит он, хлопая ладонью по рулю. – Что, черт возьми, с тобой сегодня не так? Отстань от меня, мать твою!

– Никакой ты не активист. От нас никакой пользы. За все время, что мы этим занимаемся, законодательство никак не изменилось. Честно говоря, я понятия не имею, куда уходят деньги.

– О, так ты у нас теперь аудитор? – Колеса протестующе взвизгивают, когда он сворачивает налево, на каньон Малибу, и набирает скорость. – Ну хоть предупреди, когда захочешь взглянуть на документы. Ты же у нас главная, да?

Я закатываю глаза. Для него все сводится к власти и контролю. Единственное, что его волнует. И еще то, как люди к нему относятся.

Уступаю ему во второй раз за две минуты. Я позволяю разуму бесцельно блуждать, пытаясь унять тревогу, растекающуюся по венам. Пытаюсь заставить замолчать кричащие мысли и принять правильное решение.

Небо над нашими головами озаряется яркими вспышками молний, и раскат грома пугает меня, заставляя вздрогнуть. Он звучит угрожающе, вызывая дурное предчувствие. Некоторое время я смотрю в окно на стены каньона, проносящиеся мимо в свете мощных фар автомобиля. Дорога пустынна и извилиста, а Пол все ускоряется.

Немного осталось.

– Ты вела себя глупо, – говорит он, бросая на меня гневный взгляд. – Эти твои подозрения, отношение ко мне, все остальное.

Я качаю головой и отказываюсь произносить даже слово в свою защиту. Это бессмысленно; все мои попытки всегда заканчиваются поражением. Я достаю из сумочки телефон и быстро набираю сообщение.

– Кому ты пишешь в такое время? Уже почти полночь.

Его подозрения были бы забавными, не будь они такими обидными. Он полагает, что если его мысли заняты другими женщинами, то мои – другими мужчинами. Он меня совсем не знает.

– Я забыла сказать миссис Хиггинс, что мы уехали, – отвечаю я.

– Кому?

– Пожилой женщине за нашим столиком. Я обещала перед уходом встретиться с ней в баре и выпить шампанского, но совсем забыла.

Пол недоверчиво смотрит на меня, а я продолжаю печатать.

«Я уехала. Извините…» Ответа нет – только уведомление о том, что оно прочитано получателем.

Я поворачиваю экран к мужу.