Лесли Вульф – Послание смерти (страница 41)

Тесс не могла дождаться, когда же доктор закроет за собой дверь. Как только он ушел, она повернулась к медсестре с подбадривающей улыбкой:

— Я слушаю, Мел. Что вы собирались мне поведать?

— Так, ничего, — ответила та, не отрывая взгляда от пола. — Ничего существенного.

«Дьявол», — подумала Тесс, но продолжала улыбаться.

— Позвоните мне, ладно? В любое время.

— Угу, — промычала Мелисса.

Она помогла Тесс одеться и больше не произнесла ни слова. Но, подавая блузку, случайно прикоснулась к коже бывшей пациентки. Тесс почувствовала, какие ледяные у Мелиссы пальцы. Конечности у людей бывают такими холодными только от страха, когда адреналин и кортизол гонят кровь к жизненно важным органам, чтобы обеспечить выживание.

Кот открыл дверь и вкатил кресло.

— Готова, детка?

— Больше, чем ты можешь себе представить, Кот, — ответила она.

Тесс обернулась и распахнула объятия.

— Давайте обнимемся, — попросила она. — Вы хороший человек, Мел. Хочу, чтобы вы это знали.

Мелисса неуверенно обняла ее, стараясь поскорей освободиться и пряча взгляд.

— Ты ведь знаешь, что тебе придется уехать отсюда на коляске? — спросил Кот, держась за ручки кресла.

— Ну да, без разницы, — пробурчала Тесс, но уселась в кресло без возражений.

— Странно, что ты не споришь со мной, — сказал он и покатил ее по коридору к лифтам.

— Оно того не стоит, — ответила Тесс с усмешкой. — Берегу силы на подозреваемого, которого собираюсь допрашивать.

— Когда?

— Сегодня, как только ты доставишь меня в офис окружного шерифа в Палм-Бич.

— Господи Иисусе, детка, ты не даешь себе покоя.

Оказавшись рядом с Котом на пассажирском сиденье его старого джипа, Тесс вытащила из кармана сотовый и быстро набрала номер.

— Ди? Это Тесс. Послушай, насчет Констанс Гиллиам, так называемой лучшей подружки доктора Нельсон, которая на самом деле оказалась ее спонсором по программе АА. Наша доктор Нельсон боролась с зависимостью, с амфетаминовой зависимостью. Вот зачем она снимала наличные. Найдите ее дилера, и пусть ребята его притащат.

— Я у тебя что, на быстром наборе? — шутливо поинтересовался Донован. — Считай, уже все сделано.

— Узнай у судмедэксперта, не показали ли расширенные токсикологические анализы Сары и Лизы следов наркотиков, новых и старых.

— Сделаю.

На линии повисла тишина, пока Тесс сначала кусала губу, потом грызла ноготь на пальце.

— Ладно, валяй, что еще? — спросил Донован. — У тебя ведь что-то на уме, иначе ты бы меня отпустила. Что такое?

— Это… Сама не пойму, что это, так, догадка. Пробей, пожалуйста, мужа Мелиссы Хендерсон. И расскажи, что обнаружишь.

— Твоей медсестры? — изумился Ди.

— Ага. Не спрашивай… Просто интуиция.

44. Снова в седле

Тесс вошла в здание офиса окружного шерифа в Палм-Бич, окинула долгим взглядом ступеньки и направилась к лифту. Как бы униженно она ни чувствовала себя, выбирая лифт, чтобы подняться на один этаж, это было быстрее. А они не могли терять время зря.

Пройдя через общий зал и по дороге кратко поздоровавшись со всеми, кого знала, она вошла в комнату для совещаний, где сразу подошла к доске и проверила каждую деталь, отмеченную на ней, хотя уже раньше все это видела. Вживую доска выглядела совсем не так, как на экране, и Тесс могла вносить на ней правку без помощи Фраделлы.

Тот сидел за столом и быстро печатал на ноутбуке.

— С возвращением, — сказал он, не отрываясь от экрана.

— Спасибо, — ответила Тесс. — Где Гэри?

— Внизу, у дока. У него есть что-то по токсикологии. Сейчас свистну им, — предложил он и отправил Рицце краткое сообщение по внутренней связи.

— Время на исходе, — сказала Тесс, как только Мичовски и Рицца присоединились к ним. — У меня плохое предчувствие, — продолжила она, нервно вышагивая перед доской и попивая кофе из чужой кружки.

— Но Кэтрин Нельсон удерживают всего неделю, — сказал Фраделла. — Не то чтобы мы тут спали на ходу, ведь…

— Ее насилуют и истязают каждый день, пока она находится в их руках. Поверь мне, на счету каждая минута.

— Мы это знаем, — произнес Рицца, кладя руку Тесс на плечо и слегка сжимая его. — Мы все это знаем.

— У меня… предчувствие нехорошее, — повторила она. — Серийные убийцы порой ускоряют темп, и тогда время летит. Мы не должны позволить этому случиться.

— И не позволим, — заверил ее коронер. — Расширенный анализ показал слабые метаболизированные следы пропофола. Это сильный анестетик и релаксант, вводится непосредственно в кровь. Я еще раз осмотрел тела и обнаружил на шее у Лизы почти заживший след от иглы. Возможно, таким образом их и похитили, быстро подавив сопротивление.

— А что с Сарой? У нее на шее есть что-нибудь? — спросил Мичовски.

— Я не увидел. Но примите во внимание, что Сару душили с гораздо большим ожесточением, чем Лизу. Допускаю, что ссадины и подтеки скрывают точку от укола, особенно с учетом, что он мог зажить еще прижизненно.

Тесс нервно кусала губу. Несубы были слишком умны, слишком высоко организованы для банды убийц и, похоже, отнюдь не новичками. Такой высокий уровень организованности встречается только у преступников, которые снова и снова действуют по одному и тому же модусу операнди, доводя до совершенства каждый шаг. Тогда как они эволюционировали? И почему детективы не обнаружили свидетельств предыдущих убийств и не заметили ошибок, совершенных преступниками на ранних этапах?

— Тодд, ты проверил открытые розыскные дела по нашей таблице?

— Только двое видели послание смерти. Но если убрать это условие и оставить сужающие круг обстоятельства — наличие маленького ребенка, замужество, определенную внешность, — то сюда подпадает двадцать один случай.

Тесс нахмурилась:

— За какой период?

— За последние два года.

— А если посмотреть за, скажем, десять лет?

— Ничего или почти ничего. Я полагаю, стресс-фактор, который запустил цепочку убийств, имел место примерно два года назад. Не могу сказать того же про изнасилования, этих просто несть числа.

— Да, собранная информация указывает именно на это. Или на то, что несуб сидел в тюрьме, не имея возможности воплотить свои больные фантазии. Но ясно одно: он делал это уже много раз, он весьма опытен и весьма хорошо организован. Я никогда не видела, чтобы преступная группа действовала так, как эти двое.

— Почему тогда мы не находили тел? Что изменилось?

— Думаю, этот преступник закапывал свои ошибки… Я полагаю, он начал выставлять их напоказ, только когда они стали достойны восхищения, когда он усовершенствовал всё до самой последней мелочи. И когда убедился, что отсутствие улик не позволит нам приблизиться к нему.

— Как ты можешь так говорить, когда несубы оставили на жертвах кучу следов ДНК? Какие же это предосторожности?! — воскликнул Рицца.

— ДНК они оставили не по неосторожности. Хороший пример, док, вы сказали «кучу». Несубы помечали тела жертв своими ДНК.

— Типа фирменного знака? — уточнил Фраделла.

— Именно. Оставленная ДНК — часть их почерка. Это не влияет на профиль, только усиливает его, добавляя новое измерение. Несубы хотят оставить метку на жертвах, сперма доказывает сексуальный контакт, который у них был с погибшими.

— Что это значит? — спросил Тодд.

— Сопоставь эту информацию с тем, как он выкладывает жертв — голыми, выставляя их гениталии напоказ, на всеобщее обозрение. Эти преступники видят в неверных женах падших женщин, потаскух и берут на себя миссию продемонстрировать это всему миру.

— А ты не думаешь, что они действуют из религиозных побуждений? — предположил Мичовски.

— Что-то сомневаюсь.

В этот момент раздался сигнал на линии связи, Фраделла ответил, нажав на кнопку.