Лесли-Энн Джонс – Кто убил Джона Леннона? Жизнь, смерть и любовь величайшей рок-звезды XX века (страница 28)

– Они произвели на меня очень хорошее впечатление, – говорил мне Джонни. – В музыкальном смысле они были гораздо лучше популярных в то время групп. Я практически не знал Брайана. Он был просто менеджером группы. Они были с ним долго, хотя в то время группы меняли менеджеров, как носки. Потом мы начали регулярно встречаться с Брайаном за ужином. В Лондоне ему нравился Caprice, а в Ливерпуле – маленький ресторан при гостинице за театром Empire. У меня было ощущение, что он немного боится битлов, которых называл «мои мальчики». Особенно Джона. Но своих чувств напрямую не высказывал. Он вел себя как бизнесмен.

– На канале Granada начали готовить материал о группах в Северной Англии. Лесли Вудхед был в то время молодым и начинающим режиссером и в 1961/1962 году снял для нас часть выступления The Beatles в Cavern Club. Это было незадолго до того, как вышла их первая пластинка. Этот отрывок не вошел в передачу, потому что не соответствовал нашим стандартам. В плане истории это очень интересные кадры. Потом Брайан Эпстайн позвонил мне и спросил, почему в передаче не было его группы. Я не смог ему прямо ответить на этот вопрос. Но в качестве компенсации мы пригласили битлов спеть «Love Me Do» и пустили песню в эфир.

Руководство канала Granada попросило Джонни реанимировать программу People and Places, на которой The Beatles исполнили «Please Please Me».

– Джон всегда выделялся, – вспоминает Джонни. – Битлы были одной из первых групп, у которой не было «официального» фронтмена, но мне кажется, что Джон был самым настоящим фронтменом. Он притягивал к себе взгляд, он был человеком, с которым я общался. В том, как он держался, было что-то королевское. В нем ощущалось достоинство, он был элегантным даже в черной коже. Остальные на его фоне выглядели просто детьми.

Продюсер прекрасно понимал, что в характере Джона есть и темная сторона.

– Это было неизбежно, – признавался Джонни. – И это было совершенно очевидно. Большую часть времени он был злым, наглым и неуживчивым человеком. Он очень напрягался, когда камера следовала за ним по студии: в гримерку, в отдел реквизита и когда ему наносили грим. Но мы тогда уже понимали, что снимаем исторические кадры. Когда Джон сам это понял, то начал позировать и ходить как калека. Как горбун из Нотр-Дама.

Сейчас мы понимаем, что у Джона было несколько личностей. Золотым правилом общения с ним было следующее: угадать, с каким именно Джоном ты сейчас общаешься. Мне кажется, что я мог распознать в человеке звезду, т. н. X-фактор, и относился к его таланту с уважением. Когда я видел настоящий талант, меня аж слеза пробивала. Именно так я понимал, что передо мной какой-то особенный, замечательный человек. Джон увидел во мне это качество, на этом мы с ним и сошлись. Я понял его, а он понял меня. И встретились мы где-то посредине, на полпути между нами.

На вопрос, может ли он назвать какой-то конкретный момент, когда он понял, что Джон – гений, Джонни ответил: «Да, когда он визжал в Twist and Shout».

– Часто говорят об особенном «саунде Мерси» / Mersey sound, или «бите Мерси», – размышляет Джонни. – Не думаю, что что-то подобное существовало в реальности. У Силлы Блэк был первый хит авторства Берта Бакарака [ «Anyone Who Had a Heart», слова Хэла Дэвида]. У Gerry and the Pacemakers [ «How Do You Do It?», слова Митча Мюррея, изначально песню предложили Адаму Фэйту, а потом решили, что это будет дебютная песня The Beatles] и Billy J. Kramer and the Dakotas – «Little Children» [композиция Джона Лесли Макфарланда и Морта Шумана]. Все эти группы и исполнители не писали своих песен. «Мерси саунд»[87] был выдуман гораздо позднее. Если вообще «Мерси саунд» существовал, то его единственным представителем были битлы. Мне кажется, что очень просто понять, почему The Beatles стали глобальным феноменом. Главным образом из-за того, что они пели свои песни, были невероятно харизматичны и вместе сотворяли настоящее чудо. Это была уникальная группа.

Несмотря на то, что Джонни и Джон не так часто общались, они поддерживали дружеские отношения. Хамп вспоминает, что The Beatles не торопились уезжать из студии после записи. Они немного выпивали. Джона очень интересовали исполнители блюза и госпела, программа, которую Джонни сделал о блюзе и таких исполнителях, как Мадди Уотерс, Санни Бой Уильямсон, Мемфис Слим и Алонзо «Лонни» Джонсон, у которого Лонни Донеган позаимствовал уменьшительно-ласкательную форму своего имени.

– Джон хотел все знать об этих великих группах и исполнителях. Ему также очень нравилась моя программа 1963 года о Литле Ричарде и программа о Джерри Ли Льюисе 1964 года. Выпуск Blues and Gospel Train о бабушке рок-н-ролла (послушайте «Didn’t It Rain?»), Сестре Розетте Тарп. Мы говорили в основном о музыке. Об исполнителях, в ряд которых он хотел встать. И таковым в глубине своей души он себя и считал. Это меня тронуло. Мне это нравилось. Словно он хотел мне сказать: «Я – один из этих ребят, Джонни. Я – настоящий музыкант». И я его услышал, ему не надо было меня в этом убеждать. Уже тогда Джон понимал, что он – гораздо больше, чем один из The Beatles, которые рано или поздно распадутся. Да, я все это знал[88].

Синтия утверждает, что ходила на все выступления группы, но этого точно не могло быть. Особенно это касается тех концертов, после которых Джон с Питом Шоттоном, который к тому времени уже ушел из полиции, брали себе двух девчонок и «уходили на дно». Мать Синтии к тому времени переехала в Канаду для того, чтобы ухаживать за ребенком родственницы. Синтия переехала к Мими в качестве квартиранта и платила аренду. У тети Джона не было времени на Синтию, а та ее презирала, так что единственным человеком, который выигрывал от такого странного положения вещей, был Джон. Который снова переехал к Стю. Дом «Мендипс» не такой уж и большой. Некоторые авторы насчитывают в доме больше комнат, чем там есть на самом деле. Я лично там была и видела. Кроме Синтии в доме проживало еще два постояльца, следовательно, в «Мендипс» было пятеро взрослых, на которых был один туалет и отдельная ванная комната. В доме было много людей.

В день, когда ему исполнился двадцать один год, и всю первую неделю октября 1961 года Джон провел вместе с Полом в Париже на сто фунтов, которые ему подарила тетя Мэйтер. Мне кажется, что Джону стоило бы взять в такую поездку не Пола, а свою девушку. Но Синтия была занята – сдавала выпускные экзамены, поэтому Джон поехал с другом. На улице Парижа они встретили Юргена Воллмера, который привел их в отель, где остановился, и сделал модные стрижки.

1 января 1962 года состоялось безуспешное прослушивание на лейбле Decca в Лондоне. Тот самый случай, когда ребятам сказали: «Спасибо, но нам вы не нужны».

– На самом деле менеджер по артистам и репертуару Дик Роу, занимавшийся поиском новых исполнителей для Decca, битлов не отвергал, – говорит Саймон Напье-Белл. – Это полная ерунда. В тот день они записали две группы: The Beatles и Brian Poole and the Tremeloes. Роу попросил продюсера Майка Смита выбрать ту, с которой они заключат контракт. Смит видел выступление The Beatles в Cavern, которое ему очень понравилось. Позднее говорили, что, мол, они его на концерте очаровали гораздо больше, чем в студии без публики. Но все это не так. Дело в том, что Майку было неохота ездить в Ливерпуль, когда ему с ними надо было встречаться или работать. База The Tremeloes была гораздо ближе. Эта группа пела кавер «Twist and Shout» (песня вышла у The Beatles на пластике «Please Please Me») и «Do You Love Me».

Битлы приехали в Гамбург в апреле, после смерти Стюарта. Синтия упаковала вещи и переехала от Мими, поселилась у своей тети и стала искать жилье в центре города. Спустя два дня после возвращения четверки в Ливерпуль Нил Аспиналл отвез их в Лондон на прослушивание у Джорджа Мартина в EMI. Спустя пару месяцев битлам сделали предложение, от которого они не смогли отказаться. Мечты Джона начинали сбываться. Кроме этого, его девушка забеременела.

В наши дни у женщин гораздо больше выбора, чем было у Синтии. В 1950-х – начале 1960-х приличные девушки воздерживались от секса до замужества главным образом из-за риска забеременеть. Противозачаточные таблетки начали продаваться в стране в 1961 году, однако рецепты на них выписывали главным образом замужним женщинам, которые не хотели иметь больше детей. Противозачаточные таблетки поступили в продажу без рецепта в 1967 году. До этого большинство девушек выходило замуж и занимались домом и детьми, в то время как мужья зарабатывали деньги. В реальности эта социальная схема «идеальной семьи» порабощала женщин, которые теряли свою независимость. В начале 1960-х у большинства женщин не было даже банковских счетов. Синтия была готова жить с любимым человеком так, как жило большинство женщин, однако из-за того, что Джон вскоре должен был стать суперзвездой, все у нее сложилось иначе.

Брайан Эпстайн уже предупредил битлов о том, чтобы они не завязывали серьезных связей, чтобы не отпугнуть молодых поклонниц, и не распространялись о своей личной жизни. Синтия понимала, почему Джон не хотел анонсировать их отношения, поэтому даже не представляла, как сообщит ему о том, что она беременна.