Лесана Мун – Попаданка с бидоном, или семеро приютских и серый дракон (страница 30)

Он повернулся ко мне. В полумраке я различала только контуры его лица.

- Всегда приду, - просто сказал он. - Если позовешь.

Я закрыла глаза, старательно сдерживаясь, чтобы не начать глупо улыбаться. Дыхание постепенно выравнивалось. Страх отступал.

- Барбара?

- Да?

- Я не уйду. Буду здесь. Спи спокойно.

И я уснула. Под защитой дракона, который сидел на краю моей кровати с мечом в руке. А утром меня разбудил крик.

Я вскочила. Грэя на краю кровати уже не было. Крик доносился с кухни. Я даже не стала одеваться толком, выскочила в коридор в одной ночнушке, накинув сверху старый халат, найденный в доме на чердаке.

На кухне были все дети. И Грэй. И бабушка Докия. Все смотрели на мальчика, которого я привела вчера.

Он стоял посреди кухни. И бормотал что-то жуткое. Мальчик поднял лицо вверх, и я ахнула. Его глаза были затянуты черной пеленой, не было ни зрачка, ни белка.

- Что за чудовище ты вчера привела, Барбара? – спросила Сина. И я поняла, что проблем у нас только что стало намного больше.

Глава 33

- Э-э-э, - протянула я. - Кто-нибудь объяснит, что происходит?

- Он проснулся, - прошептала Злата. - Пошел на кухню. И начал... ну, вот это вот.

- Семеро, - произнес мальчик монотонно. - Семеро соберутся под одной крышей. Шестеро здесь. Седьмая - далеко. Там, где воют волки.

От последней сказанной фразы у меня волосы встали дыбом. Почему-то вспомнился сегодняшний сон и протяжный волчий вой в нем.

- Одна кровь в двух телах, - продолжил говорит ребенок, о котором я думала, что он немой. – Одна ярость в двух сердцах. Снег. Холод.

Мальчик моргнул. Глаза вернулись к нормальному виду - темные, пустые, но хотя бы уже человеческие. Посмотрел на нас всех растерянно и покачнулся. Я подскочила, подхватила его.

- Все в порядке, я тебя поймала, - поспешила успокоить ребенка.

Усадила на скамью. Ребенок потер лоб, сморщился.

- Болит, - прошептал он.

- Еще бы не болеть, - проворчала бабушка Докия, уже суетясь у печи. - После таких-то речей.

Грэй присел рядом с мальчиком, внимательно посмотрел ему в глаза.

- Провидец, - сказал он тихо, больше себе, чем нам. - Редчайший дар.

- То есть он правда будущее видит? - уточнила я на всякий случай.

- Видит. - Грэй нахмурился.

Бабушка Докия сунула мальчику кружку с отваром.

- Пей. Ивовая кора. От боли.

Мальчик посмотрел в кружку, понюхал. Скривился, но послушно сделал глоток. Закашлялся.

- Горько...

- Терпи, - невозмутимо сказала Докия, дождалась, пока ребенок допил и забрала кружку. – Звать-то тебя как, раз уж разговаривать умеешь.

- Жан.

- Добро пожаловать в новый дом, Жан, - сказала я и попыталась улыбнуться, хотя, если честно, было совсем не весело.

Грэй поднялся.

- Барбара, мне нужно ехать в столицу. Отчитаться о смерти управляющего. Разобраться с документами. - Он посмотрел на меня серьезно. - Вернусь через несколько дней. Постарайся без приключений.

- Постараюсь, - пообещала я, хотя мы оба понимали, что это вряд ли на сто процентов зависит только от меня.

Чтобы не откладывать в долгий ящик, Грэй сразу же собрался, попрощавшись со всеми. Я проводила его до поворота. Он обернулся, взял меня за руки.

- Если что-то случится...

- Ничего не случится, - перебила я. - У меня тут бабушка Докия, дети, корова. Все под контролем.

Он усмехнулся.

- Это меня и пугает. - Достал из кармана серый камешек, почти силой впихнул его мне в ладонь. – Это призывной артефакт, мы такие на службе используем. Я его на тебя настроил. Сожмешь - я почувствую и сразу выеду, неважно днем или ночью.

- Спасибо, - сказала, вглядываясь в серые глаза.

- Совершенно не за что. Я – эгоист, и делаю это, прежде всего, для себя. Хочу опутать тебя со всех сторон, чтобы ты не смогла сбежать. Не хочу тебя снова потерять, как тогда, после родильного дома.

- Ты же ищейка, везде меня сможешь найти, - попыталась перевести разговор в более шутливый тон.

- Знаешь, с твоими талантами находить неприятности, я уже не так уверен в своих сыскных способностях, - со смешком ответил Грэй, но глаза его все равно оставались тревожно-серыми, темными, как грозовые тучи.

- Делаю все, что могу, - улыбнулась, пожав плечами.

И как-то внезапно резко оказалась прижата к твердому мужскому телу. В противовес почти грубым прикосновениям рук, губы Раэля были нежными, а поцелуи – легкими, как дуновение ветерка. Он словно пробовал меня на вкус, смаковал.

От нехватки воздуха или переизбытка гормонов, моя голова закружилась, а ноги стали ватными и отказывались держать ослабевшее тело. Я цеплялась пальцами за шею дракона, перебирала волосы на его затылке и все пыталась обрести твердую почву под ногами. Но ничего тверже мужчины рядом не попадалось.

Раэль начал поцелуй, он же его и прервал. Тяжело дышал, прижав меня к себе так тесно, что я отчетливо чувствовала каждую его мышцу. Напряжение и дрожь его тела были созвучны моим ощущениям.

- Так давно этого хотел. Не сдержался. Извини.

Замотала головой.

- Не надо извинений. Я тоже этого хотела. Пусть и не так давно, как ты.

Сказала, и поняла, что это правда. Понятия не имею, когда и каким образом появились эти чувства, для самоанализа будет еще время, но сейчас я действительно находила этого мужчину очень привлекательным. И речь не шла только о его физических данных, хотя они, безусловно, выше всяких похвал. Его моральные и душевные качества заслуживали не меньше комплементов.

- Если так и дальше пойдет, я никуда не уеду, - засмеялся Грэй, поцеловав меня в висок. – А это не пойдет на пользу ни моей карьере, ни твоему делу с приютом.

Нехотя дракон отпустил меня, и словно этого ему показалось мало, отступил назад несколько шагов, увеличив между нами расстояние.

- Дождись меня, Барбара. Просто дождись.

И развернувшись, быстро зашагал прочь.

Глава 34

Я стояла на дороге и смотрела вслед удаляющейся фигуре Грэя, пока он окончательно не скрылся за поворотом. Губы все еще покалывало от поцелуя, а в груди творилось что-то непонятное - то ли бабочки летали, то ли пчелы роились. В моем-то возрасте! Это же надо!

Фыркнула сама на себя. Надо же, влюбилась как девчонка. В дракона. Который к тому же ищейка и в любой момент может раскусить, что я - иномирянка. А за это тут, между прочим, казнят. Весело живем.

Тряхнула головой, прогоняя ненужные мысли, и развернулась к дому. Пора возвращаться. Дети наверняка проголодались, а я тут романтикой занимаюсь. Мамаша года, называется.

Когда я вернулась в усадьбу, на кухне царил оживленный гул. Вик с Ромом о чем-то спорили, Сина пыталась их утихомирить. Злата сидела в углу и что-то шептала, водя пальцем по столешнице - судя по тонкой дорожке из песчинок, упражнялась в управлении землей.

- Барбара вернулась! - объявил Вик, едва я переступила порог. - А мы тут уже думали, что ты сбежала с драконом в закат.