Лера Золотая – Бандит для пышной Лапочки (страница 9)

Его глаза темнеют, а губ касается легкая полуулыбка.

— Потому что мы оба потеряли голову, — отвечаю я, пытаясь вырваться, но мужчина снова притягивает меня к себе. — И продолжения у нас быть просто не может.

— Ты все привыкла решать сама? — Добрыня приподнимает бровь, глядя на меня.

— Ну да, — тихо говорю я.

Всегда гордилась своей самостоятельностью, а вот сейчас почему-то стало как-то неудобно в этом признаваться.

— Привыкла.

— Значит, надо это менять, — мужчина встает с кровати и быстро одевается. — По-моему, ты очень хотела есть, когда нам пришлось отвлечься.

Я прячу лицо в подушку, пряча пылающие щеки. Он все-таки слышал...

Добрыня открывает дверь, а я судорожно натягиваю на себя покрывало.

— Вот твои вещи, — оказывается, моя сумка все это время стояла под дверью комнаты. — Ванная комната за той дверью. Буду ждать тебя за домом.

Добрыня уходит, а я со стоном вылезаю из-под покрывала и плетусь в указанном направлении. Что-то я совсем расклеилась, даже позволила мужчине, которого знаю не долее суток, собой руководить. Плохо на меня влияет это знакомство... Ох, плохо.

— Васька, наконец-то ты вернулась, — Симка раскрывает объятия, когда я снова появляюсь около мангала. — Я уже думала, что ты там где-то утонула.

— Садись, — Добрик подвигает мне плетеное кресло и ставит передо мной тарелку с дымящимся шашлыком. — Думаю, что тебе все-таки надо выпить.

Передо мной появляется бокал с темной рубиновой жидкостью.

— Ну что, девочки, за знакомство, — Кит поднимает бокал, и мы чокаемся.

Я пью, жую как робот. Натянуто улыбаюсь на шутки мужчин, но все время возвращаюсь к обдумыванию слов, сказанных Добрыней.

— Ты чего как мешком прибитая? — шепчет мне на ухо подруга. — Неужели было так плохо?

— Не мели ерунды, — раздраженно шиплю я.

— Вот и я думаю, что такой самец не может быть плох в постели, — не отстает Симка. — А меня вот Кит все это время обхаживает. Знаешь, мне показалось, что им от тебя что-то надо.

— Да? — удивленно вскидываю брови. — Что такого им от меня надо?

Симона пожимает плечами, снова отвлекаясь на Кита, который рассказывал очередную смешную историю.

— Сима, нам, наверное, уже пора, — неожиданно даже для себя я встаю и ставлю на стол бокал, к которому даже не притронулась.

— Ты же сказала, что у вас завтра выходной, — Добрик становится рядом со мной. — Я думал, вы останетесь здесь. Завтра можно было бы куда-нибудь съездить.

— Спасибо за гостеприимство, — пытаюсь снова вернуть себе возможность самостоятельно принимать решения. — Но нам пора.

Выразительно смотрю на Симочку, которая с сожалением поднимается с дивана.

— Василиса, — Добрыня становится у меня на пути. — Нам надо поговорить. Это касается моего увлечения.

— Ну вот, — с облегчением выдыхаю я. — Можно было и не городить такой огород с вином, шашлыками и всем остальным. Тебе действительно от меня что-то надо?

— Насчет всего остального я бы поспорил, — обиженно говорит хозяин дома, пытаясь взять меня за руку.

Я же умело избегаю его прикосновений, потому что боюсь реакции собственного тела.

— И что тебе надо? — холодно говорю я.

— Твою машину, — сладко улыбается Добрик, заглядывая мне в глаза.

— Не дождешься, — я отодвигаю его с дороги и направляюсь к парковке во дворе. — «Ежик» мой и только мой.

— Василиса, так я и не предлагаю продать твоего «ежика», — мужчина догоняет меня и идет со мной в ногу.

Кит и Симона предупредительно отстали от нас, напряженно наблюдая за нашим разговором.

— Я предлагаю взять его в аренду!

Когда я выхожу на парковку, то останавливаюсь как вкопанная.

— Где? Где моя машина? — я кричу так, что из-за ближайших кустов вылетают стайки толстых воробьев.

— В мастерской, — невозмутимо говорит Добрыня, глядя на меня. — Ты мне дашь договорить?

— Слушаю, — складываю руки на груди, скептически глядя на хозяина дома.

9

9

Добрыня

Василиса сверкает на меня злыми глазами, а я, как дурак, стою и любуюсь.

— Ты такая, красивая, когда злишься, — неожиданно вырывается у меня, и в это время нас догоняют Симона и Кит.

— Ближе к делу, — рявкает Василиса.

— Ого! — Симка переводит взгляд с меня на Добрика и обратно. — Это что же ты, Добрыня, такого натворил, если Васька молнии мечет? Даже не знаю, когда последний раз видела ее такой разъяренной. Наверное, когда владелец нашей клиники не захотел нам курсы оплачивать.

— И что было? — с интересом спрашивает Кит, опасливо поглядывая в сторону Василисы.

— Мы все узнали, что Васька у нас мастер метать не только молнии, но и скальпели, — смеется Симка.

— Василиса, я хочу, чтобы твоя машина участвовала в гонках, — говорю я, стараясь не пропустить реакцию девушки.

Она смотрит на меня как на дурака, только и того что не крутит пальцем у виска.

— Мой «ежик» и в гонках? — наконец-то отмирает Василиса. — Спасибо тебе, конечно, большое, что он у меня бегает как новый, но в гонках...

— Я же почему и отправил твою машину в мастерскую, — пытаюсь объяснить я.

— Значит, ты сначала все решил за меня? — Василиса наступает на меня, наклонив голову и глядя из-подо лба. — А теперь решил мне все объяснить?

— Вася, Вася, — Симка пытается схватить подругу за руку. — Может, не надо?

Я вижу неподдельный страх в глазах Симоны, и только Кит невозмутимо наблюдает за нашим разговором, потягивая вино.

— Симка, не трогай меня! — рявкает девушка, продолжая на меня наступать. — Смотри-ка, хозяин жизни нашелся! Менять все надо? А вот тебе, — она тычет мне под нос фигуру из трех пальцев. — Никто ничего не будет решать за меня!

И тут совсем неожиданно для меня бьет в солнечное сплетение. Кит отбрасывает бокал и бросается к Василисе, но Симка подставляет ему подножку, и друг летит, растопырив руки в разные стороны.

— Бежим! — кричит Симона.

— Я без своей машины не уйду! — кричит в ответ Василиса.

— Девочки, давайте поговорим спокойно, — выдыхаю я, протягивая руку Никите и помогая ему выбраться из кустов. — Я же не забираю твоего «ежика».

Специально решил назвать машину этим дурацким прозвищем, чтобы хоть немного растопить сердце Василисы.

— Симона, вы прям банда, — кряхтит Кит, отряхиваясь от листвы и травы. — За это надо выпить.

— Вась, а? — подруга смотрит на Василису с надеждой. — Может, правда, лучше поговорить?

— Все равно ехать не на чем, — вздыхает моя валькирия и возвращается к столу.

Неужели я это подумал? Моя валькирия... Я смакую эти слова и понимаю, что мне нравится, а сердце начинает предательски пропускать удары. Даже не думал, что я могу быть таким мягкотелым. Надо собраться и думать о деле. Геник уже сбежал. Думаю, что и настучать успел. Теперь дело осталось за малым — уговорить Василису уступить своего «ежика».