Лера Золотая – Бандит для пышной Лапочки (страница 5)

— Все идет хорошо, — говорю я, обращаясь к Валерке. — Еще немного потерпи, и всё будет в порядке.

Он слабо кивает, когда я ковыряюсь в ране, пытаясь достать сумку, на лбу выступает испарина. Симка быстро протирает его лицо влажной салфеткой.

— Вот так, — бормочет она. — Держись, родной.

Я погружаюсь в работу, отсекая мысли о возможных осложнениях. Сейчас главное — спасти пациента. Мои пальцы двигаются уверенно, хотя внутри все сжимается от напряжения.

— Сима, подай пинцет, — прошу я, не поднимая головы. — И подготовь шовный материал.

Подруга молча выполняет указания. Слышно только наше тяжелое дыхание и тихое позвякивание инструментов. Время словно замедляется.

Внезапно Валерка начинает задыхаться. Его лицо багровеет, он пытается что-то сказать, но из горла вырывается, только хрип.

— Дыхание! — кричу я. — Срочно кислород!

Симка мгновенно реагирует, надевая кислородную маску с помпой на лицо Валерки. Я быстро проверяю, что могло вызвать такую реакцию.

— Все в порядке, — говорю я, когда дыхание Валерки стабилизируется. — Много крови потерял.

Наконец, последний шов наложен. Я падаю на стул и откидываюсь на его спинку, вытирая пот со лба.

— Все, — говорю я тихо. — Зови родственников.

— А это что, все его родственники? — удивленно таращит глаза Симона.

— Да шучу я, — устало смеюсь, глядя на Валеру, который после всех передряг мгновенно провалился в сон.

Мужики заваливают в операционную всей гурьбой.

— Ну, поскольку у нас нет палаты интенсивной терапии, — говорю я. — Поэтому забирайте своего раненого бойца.

Добрыня смотрит на меня с благодарностью.

— Ну, валькирия, нам тебя бог послал, — весело говорит Кит. — Спасибо!

Он достает пачку денег и протягивает мне.

— Это лишнее, — я прячу руки за спину. — Лучше купите ему лекарства.

— Это само собой, — Кит кладет деньги на операционный столик. — Ох и безбашенная ты баба.

— Спасибо, Василиса, — тихо говорит Добрыня, когда Кит и еще один парень аккуратно выносят Валеру из клиники и укладывают в машину.

Я не вмешиваюсь в транспортировку, потому что там главная Симка. Она дает последние указания по уходу за раненым.

А вот мы с Добрыней так и молча стоим друг напротив друга.

— Пожалуйста, — наконец-то выдавливаю из себя. — Надеюсь, теперь мы в расчете.

— По-моему, я счет тебе не выставлял, — мужчина приподнимает бровь и смотрит на меня с удивлением.

— Просто я не люблю быть кому-то должна, — пожимаю плечами. — Тебе уже пора, а то мне еще поспать надо. Симка после ночной домой пойдет, а мне еще работать.

— Ключи от своей тачки дашь? — спрашивает Добрыня, глядя куда-то мне за спину. — Я же обещал ее отремонтировать. А после сегодняшнего просто обязан это сделать.

После недолгих раздумий протягиваю ключ. Пусть будет еще один повод, чтобы встретиться.

5

5

Василиса

— Рассказывай, — Симона усаживается напротив меня, протягивая кружку с обжигающим кофе.

— Что рассказывать? — пожимаю я плечами, чувствуя, как меня начинает колотить.

— И где ты нашла это приключение на свой пышный зад? — не отстает подруга.

— Да вот пышный зад и стал причиной нашего знакомства, — грустно улыбаюсь я.

— Я что, клещами из тебя подробности должна вытягивать? — не унимается Симка. — Ты меня под статью подвела. За это я требую информацию в полном объеме.

Колотун начинает бить так, что трясутся руки, и я едва не проливаю на себя кофе.

— Ага. Понятно, — девушка забирает из моих трясущихся рук кружку и отставляет в сторону. — Надо чего-нибудь покрепче.

— Не надо, — вяло протестую я. — Мне же завтра... вернее, уже сегодня прием вести. Еще не хватало, чтобы от меня перегаром за версту разило.

— Лаврушечку пожуешь, — как заправский алкаш дает совет Симка.

Она отходит к шкафу и достает оттуда бутыль с медицинским спиртом. Что-то колдует, отвернувшись от меня, а потом протягивает стограммовую мензурку, до краев наполненную прозрачной жидкостью.

— Я тебе нормально развела, — деловито говорит она. — Только пей залпом.

— Не-не мо-гу, — выдыхаю я.

Внутренности скрутило в тугой узел. Спазм не дает даже вздохнуть.

— Эк тебя штырит, подруга, — сочувственно говорит подруга, поднося мензурку к моим губам. — Срочно надо выпить.

Я с трудом разлепляю губы, и она резко вливает мне в рот, обжигающий напиток, на всякий случай прикрывая мне нос.

— Это у тебя адреналин выходит, — со знанием дела говорит Симона. — Щас тебя попустит.

Глотаю разведенный спирт (хотя уже сомневаюсь, что подруга его разводила)... Раскаленная лава льется по пищеводу, оседая где-то на дне желудка. Из глаз ручьем льются слезы. Я начинаю надрывно кашлять. Хватаю поднесенный Симкой стакан воды и пью большими глотками, стараясь затушить пожар, который разгорелся у меня внутри.

— У меня там все сгорит, — севшим голосом выдавливаю из себя слова. — Ты меня решила угробить? А еще подруга называется.

— Спокуха, — Симона берет свой остывший кофе и делает глоток. — Через пять минут спасибо мне скажешь.

И правда, минуты через три я начинаю дышать нормально, а не как собачка Дина. Еще через минуту спазм проходит. По телу разливается приятное тепло. Голова начинает слегка кружиться, а в ушах появляется шум.

— Фух, — с наслаждением делаю вдох. — Спасибо.

— Ну а теперь рассказывай, — улыбается подруга. — Ты мне должна. Надеюсь, помнишь.

Выпитое не только убило на корню Кондратия, который меня хватил, но и развязало язык. И я в красках описываю, как я оказалась на пустыре около ангаров, как застряла в какой-то кроличьей норе, а потом таранила беспорядочно стреляющего мужика.

— Ну ты, мать, даешь, — Симона смотрит на меня, выпучив глаза. — Никогда бы не подумала, что измена Славика напрочь лишит тебя мозгов.

— При чем тут Славик? — заплетающимся языком спрашиваю я. — При чем тут эта гнида паршивая? Да я, если захочу, за этого Добрыню замуж выскочу. Вот. Симка, наливай!

— Ха-ха-ха! — заливается Симка. — Вот это тебя развезло, подруга.

— Не веришь? Ты мне не веришь? — тычу пальцем в грудь девушки, пытаясь встать с кушетки. — А давай поспорим.

— Спать ложись, пьянчужка, — она заботливо укладывает меня на кушетку и накрывает покрывалом. — Мечтать невредно, а если мечтать, то ни в чем себе не отказывать.

Симка забирает из моих рук мензурку, которую я схватила со стола, всё прячет в шкаф, убирает кружки с недопитым кофе и тихонько выходит из ординаторской.

— Подъем, алкашам и криминальным элементам! — звонкий голос подруги заставляет сморщиться и ещё сильнее зажмурить глаза.

— Чего ты орешь? — стону я, пытаясь отбиться от назойливых попыток Симки стащить меня с кушетки. — Я только уснула.